Наши уже не придут 4 (СИ)

— Какие перспективы? — нахмурился Немиров.
— Он займёт должность начальника Иностранного отдела, вместо Эйтингтона, — ответил Дзержинский. — А ты сможешь провести Эйтингтона через Верховный?
— Передай мне его биографию и выжимку из проведённых операций, — кивнул Аркадий. — Меня интересуют успешные и неудачные операции. Я должен буду дать полный обзор на кандидата, прежде чем Верховный Совет примет решение. А Судоплатова он пусть сам назначает, куда хочет.
Просто так выставить кандидата на должность нельзя — предварительно его биографию изучает кадровая комиссия при Верховном Совете СССР, поэтому важно дать всю полноту информации. Затем идут прения, в ходе которых устанавливается наиболее выгодный для Союза кандидат, а затем проводится итоговое голосование. Выборы нового человека на ключевую должность могут занимать до полутора недель, но, как правило, всё проходит быстрее.
— Ладно, с этим разобрались, — кивнул Аркадий. — Что думаешь по нашему «британцу», ну или уже «американцу»?
Сработал он грязно, но эффективно: коронер извлёк из тела Рокфеллера-младшего семь осколков, два из которых были смертельными, а также семь пуль калибра 9 миллиметров.
— Он снова в Испании, — вздохнул Дзержинский. — Считаю, что его нужно применять пореже — судя по тому, как он убрал Рокфеллера, ему вообще всё равно на побочный ущерб.
В ходе уничтожения преследователей, «британец» применил пулемёт ПФ-25, приехавший в США аж из Либерии несколько лет назад. Да, были убиты все охранники Рокфеллера, преследовавшие его на своих машинах, но пули попали в окна здания в конце улицы, в результате чего четверо случайных людей ранены, а один убит.
В США объявили недельный траур по Рокфеллеру-младшему, а убийц обещали найти и наказать. Увы, но никого не нашли — «британец» успешно смылся из страны в день убийства.
— Согласен, — кивнул Немиров. — Я рассчитывал, что он сработает потоньше.
— Но это ладно — дело минувшее, — махнул рукой Феликс.
— Да, — улыбнулся Аркадий. — Теперь по Испанскому вопросу…
В Испании происходит что-то нехорошее — популярность блока либералов и социалистов сильно упала, население их поддерживает гораздо слабее, чем раньше, поэтому голову поднимают националисты и консерваторы.
Грядущий ноябрь знаменателен выборами, на которых у социалистов и либералов очень плохие шансы.
И если социалисты с либералами настроили против себя крестьянство Испании, то националисты с консерваторами настроят против себя её рабочих. А уже это неизбежно приведёт к Гражданской войне. Раз уж Гражданская война в Испании неизбежна, то СССР нужно к ней подготовиться.
— Социалисты плохо поддаются координации, — пожаловался Дзержинский. — Они якшаются с анархистами, заигрывают с либералами — у них там хаос и минимум партийной организованности. Но наши люди занимаются наведением порядка и дают советы местным коммунистам.
Коммунисты в Испании в меньшинстве, население их не поддерживает, потому что они для них что-то вроде отдельного типа социалистов. Но, в отличие от социалистов и, уж тем более, либералов, коммунисты прислушиваются к советам специалистов из СССР.
А специалисты дают ценные советы и подкрепляют их оружием. Наиболее удобными локациями для поставок оружия сочтены Каталония и Астурия, где очень сильно рабочее движение. Туда-то и везут под нейтральными флагами винтовки, автоматы, пулемёты, миномёты и боеприпасы ко всему этому.
— Переброска специальных частей затруднена — тяжело проводить это скрытно, — пожаловался Дзержинский. — Есть подозрение, что британцы уже знают.
Небольшие подразделения осназа ОГПУ перевозятся малыми партиями, после чего их прячут местные коммунисты.
Прямое участие в боевых столкновениях для осназа не предусматривается — основная идея их заключается в подготовке комбатантов из местных добровольцев. Это те самые специалисты, что готовили китайских добровольцев, нуристанских «избранных воинов», ставших потом гвардией Совета Нуристана и прочих формирований.
— Да и чёрт с ними, с британцами, — махнул рукой Аркадий. — На прямую конфронтацию они уже не пойдут.
  
Общий градус напряжения в мире чрезвычайно высок, разведки западных стран замазались в десятках сомнительных операций против СССР, разведка СССР замазалась в чём-то подобном, но уже против западных стран, поэтому все всё понимают и невольно стремятся к повышению общего градуса.
То, что раньше могло сойти за повод для международного скандала, сейчас воспринимается философски.
Например, СССР вынужден был «проглотить» потерю Венгрии — тот отморозок, Пал Пронаи, теперь официальный «законно избранный» президент Венгерской Республики. Видно, он уже забыл, что начинал как непримиримый монархист…
Верховный Совет даже пожурил Аркадия за такой просчёт: теперь-то, когда «стало можно», его действия воспринимаются как полумеры и нерешительность. Но, когда это началось, ещё «было нельзя» и если бы он начал действовать как сейчас, это легко могло привести к открытой конфронтации с Антантой…
Зато с Испанией его решительность нашла живейшую поддержку — после серии подробных докладов о диспозиции в Испании, Верховный Совет поддержал аккуратные действия по поддержке братского народа добрым словом и оружием.
— Я, наверное, пойду, — произнёс Дзержинский. — Что-то не очень хорошо себя чувствую. Надо полежать.
— Когда ты передашь дела Эйтингтону? — спросил Аркадий.
— На днях, — ответил Феликс. — Давно пора уже на покой…
— Не затягивай, — попросил его Немиров.
Дзержинский улыбнулся и кивнул, после чего покинул его кабинет.
Аркадий, оставшийся в одиночестве, подумал о том, что ему очень жаль. Вряд ли найдётся ещё один такой человек, как Дзержинский. Непонятно, как покажет себя Эйтингтон.
Да, ему известно, что Эйтингтон и Судоплатов сделали очень многое для СССР. Например, организовали Троцкому судьбоносную встречу с ледорубом. Только вот сейчас ОГПУ занимается не только устранениями…
Ещё он посчитал, что уход Феликса на покой именно сейчас — это символично. Примерно через полгода ОГПУ преобразуют в Комитет Государственной Безопасности, что будет сопровождаться серьёзной реструктуризацией и расширением полномочий службы разведки и контрразведки.
Наконец-то появится чётко оформленное управление специальных операций, которое и возьмёт на себя всю теневую деятельность, тесно связанную с вооружённым насилием.
Надзор за госаппаратом, на который Дзержинский тратил немалую часть рабочего времени, будет распределён между другими ведомствами, а в ведение КГБ будет передана охрана государственных границ, что ранее было функцией НКВД.
Общий мотив реорганизации госбезопасности — акцент на окружающий мир.
У КГБ будет восемь основных управлений: первое управление — разведка, второе — контрразведка, третье — военная контрразведка, четвёртое — специальные операции, пятое — внутренняя безопасность, шестое — пограничная служба, седьмое — оперативно-техническое и восьмое — радиоразведка.
Внутри управлений будут специализированные отделы и службы. Но сам список управлений не конечный — по мере возникновения потребности, будут учреждаться новые.
Подчиняться КГБ будет непосредственно Верховному Совету СССР, поэтому Немиров, как генсек, прямого влияния на него оказать не сможет. Председатель КГБ, коим станет Эйтингтон, если его кандидатуру примут, будет отчитываться Президиуму.
Это принципиально новый подход к формированию государственной спецслужбы — такого нет ещё ни у кого и появится подобное нескоро…
— Дела… — вздохнул Аркадий и задумчиво посмотрел на портрет Ленина.
Кое-кто предлагал обязательно установить в каждом кабинете по портрету Немирова, но ему такая идея не понравилась. Культ личности и всё такое — ему это не нужно.
Тем не менее, кое у кого он уже висит, рядом с Лениным и Свердловым.
Помимо КГБ, в течение полугода будет учреждён Государственный Комитет СССР, который возьмёт на себя функцию межотраслевого взаимодействия — это не нравится Сталину, потому что возьмёт он это у СНК. По рекомендации Аркадия, чтобы не расстраивать Иосифа Виссарионовича, Верховный Совет СССР учредил при СНК Главное Аналитическое Управление. Сталин воспринял это как какую-то подачку, но больше недовольства по этому вопросу не проявлял.