Золотой Грифон (СИ)

— И вот он я! — завалился в таверну радостный и уже подвыпивший Теодмер.
— Ты продал то барахло? — подозрительно уточнил Вильгельм, надеясь, что лучник не пропил весь товар.
— В каком-то смысле определенно да.
— Что это значит? — Подозрение лишь возросло от такого ответа.
— Ну-у-у… — протянул Теодмер, отводя взгляд в бесконечную даль, которая оканчивалась стеной таверны. — В общем-то, вот!
И лучник положил прямо в центр стола мешок с деньгами. Внутри находились в основном медные и серебренные монеты с малым номиналом из-за чего создавалась иллюзия огромной суммы из-за количества самих монет.
Но даже так Вильгельм был более чем уверен, что здесь находилось куда больше денег, чем отряд отдал за барахло купленное в Плериандоре. Ненамного, но больше, что не могло не радовать. Что уж говорить, после трёх дней угрюмых размышлений и мрачных ожиданий рыцарь уже сто раз успел пожалеть о том, что решил поиграть в торговцев.
— Ну что же, теперь можно отправляться обратно, — довольно произнёс Вильгельм, ведь поездку более чем можно назвать удачной: никаких рисков, а прибыль в общей сложности довольно приличная, жить можно.
Однако стоило рыцарю только покинуть таверну, как на улице он сразу же увидел Велетуила и груженною телегу.
— Не понял… — Вильгельм медленно перевёл взгляд с груженной телеги, на кошелёк с монетами, потом обратно. — Это ещё как? Откуда деньги, если ты не продал товар?
— Я его продал, это новое барахло. Присмотрись.
— Зачем ты его купил?
— Обменял, а не купил. Бартер. А это загоним уже в Плериандоре.
— Подожди. Это же сколько получается мы на этом заработаем? Прошлая партия уже окупилась, а тут ещё одна… — Вильгельм обрадовался ещё сильнее. — Как тебе это удалось?
— Вы слышали про пирамиды Иатии?
Теодмер ловко сменил тему и тут же заговорил зубы своему командиру. Оставалось лишь гадать при чём тут собственно загадочные пирамиды юга, если речь шла о чудесном появлении денег. Но бранящейся стражи Вильгельм не видел, а значит всё нормально и законно.
Вскоре отряд отправился прямо по истоптанной тропе через равнину, которая несколько раз ещё сменится холмами. Прокладывать полноценную дорогу между Бланотом и Плериандором королевство сочло невыгодным. В основном все полезные ископаемые доставлялись из Бланота на юг, в земли Дранодальдов, в частности в Алертон.
К тому же постройка полноценной дорогие между Бланотом и Плериандором сразу же оживит торговлю между двумя поселениями. И проблема не столько в конкуренции между родами, сколько в том, что Плериандор и Бланот находятся на границе со степями. А в степях живут кочевники. И как только на границе появится оживлённый тракт с кучей караванов, сразу же начнутся конфликты с этими степными дикарями.
К тому же в Брариндоре не один только Бланот добывал магические руды. Ресурсов хватало всем, у Плериандора на западе тоже имелись свои шахты. Более редкие ресурсы можно возить и через столицу королевства, попутно закупая и продавая товар в городах по пути. Такой подход куда более безлопастный и эффективный. Особой нужды в качественной дороге между Бланотом и Плериандором просто по факту не было. Деревням на этом участке хватает и их троп.
— Чувствую запах чего-то прекрасного и невообразимого… — вдруг Теодмер замер и начал принюхиваться. — Природа хочет мне что-то сказать… А, нет, показалось. Это мой вкуснейший панцирник. Многое я сделал и ещё большее сделаю, но сегодня я крайне благодарен сам себе за то, что предусмотрительно купил этот прекрасный бутерброд для себя. Теперь он скрасит этот полдник. Знаете, почему этот бутерброд прозвали панцирником? В честь Панцирей, армии простых смертных, что хранила когда-то Священные Земли. Среди них не было сильных магов, в основном все те, кто так и не смог добиться чего-то большего чем увеличения своей физической силы. Все они носили тяжёлую броню, панцири, кирасы, иногда латы. Но называли их всех панцирями в честь основателя, который носил могучий доспех. И выделялся в его образе всегда панцирь, от которого отскакивали даже пики и удары кавалерийских копий. После смерти части доспехов основателя достались его наследникам, которые продолжили его дело. Жаль, что никто из них не дожил до нашего времени. Как и оказались утерянные их реликвии в битвах прошлой эры.
 
— Действительно чем-то пахнет, — вдруг опомнился и Вильгельм.
— Да, это кволинский соус. Очень вкусный и ещё тёплый. Будешь кусочек?
— Да иди ты со своим бутербродом! — отмахнулся рыцарь и начал озираться по сторонам: чутьё сразу же забило тревогу.
— Кажется вот там что-то… — Галарен указал в сторону, где вдали, слева, у горизонта слегка виднелись верхушки могучих хвойных деревьев.
Отряд ещё минуту стоял и пытался понять, что же там такое. После чего всё стало предельно очевидно.
— Пожар, — произнёс Готрик, когда чёрный дым стал достаточно густым. — И этот запах… Костёр так не пахнет.
— Нужно проверить, — недолго думая, рыцарь тут же принял решение.
Никто спорить с ним не стал, разве что Галарен лишь как-то странно ухмыльнулся. Но приказ арбалетчик исполнил и отправился вслед за отрядом.
И чем ближе Вильгельм приближался, чем сильнее становился дым, тем сильнее билось сердце. Странный, едва уловимый запах становился сильнее, до этого его можно было легко спутать с запахом сырой земли, но теперь ошибки быть не может. Так пахнут мертвецы, запах свежевырытой могилы, который сопровождает армии нежити.
— Поспешим, — отдал новый приказ Вильгельм и отряд ускорился.
Затем в ноздри ударила вонь горящей плоти. Крики и плач проносился среди хвойных деревьев. Словно копьём тишину пронзил слабый лязг стали.
Армия с пустыми глазами, в тёмной глубине черепов которых горели красные огни, стояла кольцом вокруг поселения. Ополчение укрылось в центре, за внушительным частоколом, но спрятаться успели не все. Гремели сражения в улочках, где мёртвые застали врасплох живых.
Нежити было много, действительно очень много. Среди ветхих мертвецов уже стояли и свежие трупы. Однако это была тупая нежить, среди них очень много бывших селян, у которых нет ни оружия, ни брони.
— Сбрасывайте мусор с повозки, — остановившись произнёс рыцарь.
— Это наши деньги. Поселение уже захвачено. Эти жители потеряли всё, им нечем платить, — холодные слова принадлежали Галарену.
— Я сказал, сбрасываем мусор с повозки, — с рыком пробасил Вильгельм, надевая полный шлем.
Спорить с рыцарем арбалетчик не решился. Через секунду весь товар был сброшен на землю, а в повозку залез Теодмер и сам Галарен. Бартем с Готриком на своих двоих стали по флангам от лошади. Рыцарь шёл впереди.
Нежити действительно было много, но она рассредоточилась по всему периметру. Лишь изредка встречались группы тварей, которых бы и сам Вильгельм в одиночку одолел. А вместе с отрядом прорваться к центру казалось и вовсе простой задачей.
Своим мечом рыцарь легко разил сразу по несколько мертвецов. Слева мелькало копьё Готрика, который действовал медленно, но без промаха и бил точно в голову. Уверенно держался и сам сотник его величества. Из телеги без остановки летели стрелы и болты.
— Новые подходят, — буркнул Галарен, поглядывая назад.
Там, у границы кольца нежити уже затягивалась брешь, которую создали наёмники. Новые мертвецы со все округи шли сюда. Места поверженных заменяли трупы из соседних поселений и позабытых курганов.
— Прорвались сюда, прорвёмся и отсюда, — уверенно произнёс Вильгельм, останавливаясь около ворот частокола. — Открывайте!
— Это некромант! Не верьте ему! — донёсся из-за ворот старческий голос.
 
— Заткнись, дурень! — рявкнул второй человек, после чего раздался деревяный стук и ворота отворились. — Быстрее заходите!
Вторым человеком оказался не командир ополчения, а дозорный аванпоста. Характерные отличительные знаки на наплечники говорили о офицерской должности солдата, который прибыл по тревоге к поселению. Рядом с ним стояли и другие дозорные, правда лошадей что-то стало заметно меньше.