Золотой Грифон (СИ)

Почти мгновенно после этого полуторник обрушился на одну из паучьих лап. Ещё несколько стрел пробили тушку твари, после чего наконец-то закончил возиться и Готрик.
— Посторонитесь! — прокричал оруженосец.
Сразу же отошёл Вильгельм, после чего и Бартем оставил свой щит. И как раз вовремя, потому что в отродье преисподней полетела склянка с подожжённым фитилём.
Снаряд разбился о плоть, после чего вся тварь оказалась покрыта праведным пламенем Аенора. Синий огонь стремительно разъедал монстра, впервые же секунды демон начал содрогаться в бесконечных судорогах и странно гудеть.
При этом температура в подземелье не повысилась, не стало труднее дышать. Но через считанные мгновения от твари остался только чёрный пепел.
— Хуф… Легко отделались… — выдохнул Бартем, прикрывая шею: один из шипов всё же смог ранить ветерана битвы. — Жалко щит… Хотя подождите. Может ещё починить можно.
И действительно, синий огонь не тронул дерева. Хотя щит всё же знатно потрепало ударами шипов. Окантовка испорчена, да и доски сами местами пробиты. Будет уже проще новый купить, да получше.
— О, а стрелы мои? — сразу же опомнился и лучник, принявшись рыться в пепле. — Надеюсь они не прокляты… Впрочем спрошу в храме. Хотя тварь же не магическая, плевать. Раз стрела, два стрела… тут древко сломалось, но наконечник вполне себе целый… А это что?
— Не бери руками!
— Поздно, я уже взял и вроде не умер, — пожал плечами лучник, изучая какую-то железяку в своей руке. — Наверняка это мощный артефакт, с помощью которого и было призвано это чудище. И стоит оно по меньшей мере сотен золотых монет.
— Ты разбираешься в демонических артефактах?
— Вильгельм, друг мой, здесь не нужно в чём-то разбираться. Просто подумай своей головой.
— Ох, да хранят нас Боги… — закатил глаза Бартем. — Пойдёмте уже. Попросим исцелить не только меня, но ещё и этого клоуна… Артефакты за сотню золотых… А рояли там среди праха не видишь?
— Бартем, не нужно сарказма. Здесь он не уместен. Ты же знаешь, что я тоже могу быть прав.
— С какой вероятностью?
— Пятьдесят на пятьдесят. Либо да, либо нет.
— Тяжёлый случай… но ничего… — наигранно мягко произнёс одноглазый ветеран. — И меня вылечат, и тебя… может быть, хотя вряд ли. Боюсь ты таким родился.
— Каким таким?
— Особенным, Теодмер. Особенным, — вместо Бартема ответил уже Вильгельм. — Всё пойдёмте. А, да… железку эту не потеряй.
Довольно быстро отряд вернулся к железной решётке, где всё также стояла послушница. Девушка сразу заметила кровь на шее у Бартема и тут же поспешила за помощью, пусть рана и не была такой уж серьёзной.
Бартема отвели к целительнице, которая пусть и не была магом, но спасать жизни умела. Сам же отряд направился непосредственно к духовной наставнице.
— В общем, тварь превратилась в чёрный прах. В качестве доказательства взяли с собой эту штуку. Она осталась после того как тварь догорела, — Вильгельм объяснил ситуацию и протянул железяку служительнице Ароса.
— О, да… верю вам, — после беглого осмотра произнесла женщина. — Это демонический артефакт.
— Я же говорил! — сразу же обрадовался лучник. — Сколько он стоит?
— Не знаю… медяк? Сколько здесь грамм металла? Спросите лучше у кузнецов, правда не думаю, что кто-то станет плавить эту ерунду.
— Но это же артефакт…
— Да. Использовался для призыва, на нём начертаны руны… вроде бы это знаки Кулгуса… — неуверенно предположила духовная наставница. — Но никакой магии в нём уже нет.
— Ладно, на память хоть останется…
— Вообще я хотела бы попросить вас, оставить этот демонический артефакт нам. Паладины его изучат. Вполне возможно, что на наших землях помимо тёмных магов начали действовать демонологи культа Кулгуса. Нехорошо это, очень нехорошо…
— Так значит какую-то ценность этот артефакт всё же представляет…
— Теодмер, не устраивай цирк, — Вильгельм шикнул на своего товарища, после чего вновь обратился к служительнице храма. — Можете оставить его себе, нам он не нужен.
— Благодарю вас за это, и за помощь с нашим делом. Хотя не ожидала, что вы так… легко справитесь. И, судя по всему, вы использовали кровь Ароса. Иначе объяснить сжигание демонического отродья до чёрного пепла, я объяснить не могу.
 
— Верно. Купили у алхимика, когда решились взяться за этот контракт.
— Мудрое решение от знающего человека. Кровь Ароса не очень известна даже среди магов. В основном её используют воины света. И стоит оно прилично, хотя помогает против узкого круга довольно редких врагов. Но разве можно жалеть золото, когда речь заходит о жизни? Тем более ваш вклад точно окупится, — с лёгкой улыбкой произнесла служительница, после чего отложила перо и взглянула на рыцаря. — Я пошлю послание в ратушу сейчас же. К вечеру сможете забрать награду. Храни вас Арос.
— И вам всего хорошего.
Вильгельм попрощался, встретил на выходе Бартема после чего отряд отправился в сторону таверны.
— Значит знающий человек… — задумался на секунду Теодмер. — А ведь я вот так мало о тебе знаю Вильгельм. Ты совершенно ничего о себе не рассказываешь!
— Нечего рассказывать.
— Ага, так я и поверил. А о демонах и крови Ароса ты тоже случайно в таверне услышал? Во второй раз в это я не поверю, особенно после слов той женщины. У тебя явно очень интересное прошлое. К тому же у тебя прямо поразительное чутьё. Да и доспехи, меч… они не из стали. Я как-то раз пытался поднять твой полуторник, так он весит килограмм пять наверное! Да и заточка не тупится. Наверное, и броня весит куда больше, чем кажется на первых взгляд. Однако при этом ты двигаешься быстрее других смертных. Напрашивается элементарный ответ, ты маг. Но я не видел ни разу, чтобы ты использовал магию даже в критических ситуациях. Неужели ты зачем-то скрываешь свою силу?
— Нет, не неси ерунды.
— А как ты тогда такой меч поднимаешь? Двуручник больше трёх не весит, а у тебя полуторник и…
— Отстань.
— Нет, я хочу знать правду. Неужели я не заслужил? Давай выпьем, а ты расскажешь, как…
— Нечего рассказывать, Теодмер. Нечего, — внезапно рыкнул Вильгельм. — Я когда-то был рыцарем, у меня были наставники, которые пытались раскрыть мой магический талант. Но ничего добиться я так и не смог. Тысячи часов обучения, сотни книг и сплошное разочарование. Я даже не научился зажигать свечи. Я даже не научился контролировать потоки энергии внутри себя. Но всё же из-за дара моё тело куда крепче. Доспехи и меч достались в наследство. Нет никакой великой истории. Есть лишь череда поражений, бесконечные неудачи, вечный позор и никчёмный рыцарь, у которого нет ни земли, ни скакуна, ни копья.
Нависла долгая пауза, мрак лёг на лица остальных товарищей лучника. Готрик угрюмо опустил взгляд в землю. Он давно уже бродит с Вильгельмом по Брариндору. Многое видел оруженосец, но не мог вспомнить, чтобы сир рыцарь хоть однажды поступил бесчестно. Даже когда к нему на улицы подбежал грязный сорванец с улицы, тот не погнал его прочь, а взял мальчика под опеку, пусть и сам едва ли сводил концы с концами.
Молчал и Бартем, единственный глаз которого вдруг остекленел. Одноглазый волк лично застал падение великого дома Орвандунальдов. Древний род, бравший начало с первых времён королевства, за считанные мгновение исчез. Это стало шоком для всех, но прибывали в первобытном ужасе те, кто наводил на тех землях порядок. Тогда в сотнике его величества что-то и сломалось после лицезрения самого трагичного падения.
— Ты опять не прав, — после паузы произнёс Теодмер, положа руку на плечо своего друга. — Ерунду какую-то говоришь. Мы только за этот месяц стольким людям помогли! И не помню я хотя бы одного случая, чтобы ты нашёл поражение в бою. Может у тебя и была чёрная полоса, но сейчас удача вновь повернулась к тебе лицом. Ты встретил верных товарищей, которые всегда рядом. И может быть ты не архимаг, но знаешь… Когда Плериандор буквально взорвался, а на улицу хлынула нежить, то ты первым выбежал из таверны. Я не видел в тебе ни сомнения, ни раздумий. Разве таких рыцарей называют никчёмными? Вроде бы нет, как и подобный поступок нельзя считать позором… А ещё конь у тебя так-то есть… Не боевой скакун, конечно… Но если для тебя это настолько важно, то можешь прокатиться… Правда не уверен, что наличие земель, коня или копья с латами делают кого-то рыцарем. Хотя может я и не прав, скорее всего не прав… Но всё же я хочу и буду верить, что рыцарь — это кто-то больший, чем просто обладатель какой-то там грамоты с королевской печатью.