Идеальный шеф для Топоровой (СИ)

Кстати, помнится поначалу князь обещал мне отдельное жильё… Да-да, точно, вспомнила! Вот только больше он об этом даже не заикался. И в контракте не прописывал. А я, чёрт побери, так увлеклась пунктами, касающимися обязанностей, графика работы и процедуры расторжения, что совсем об этом позабыла. Или не позабыла, а подсознательно не хотела вспоминать?
Трудно сказать, ибо во мне столько эмоций к Игорю, столько разнообразных чувств.
Это и восхищение им как главой департамента. Как он чётко работает, как он буквально горит этим делом, как незаурядно решает проблемы.
Это бесконечное уважение к его интеллекту. Как они с Кириллом прекрасно работают в паре, и как гармонично они вписали в свой тандем меня. С каким вниманием прислушиваются к тому, что я говорю, вникают и… выдают по итогу такой продукт мысли, что просто диву даёшься.
Да мне безмерно повезло встретить столь эрудированного человека! Практически гения, пусть им у них числится в первую очередь Кирилл.
И последнее – это восхищение его мужественностью. Чуткостью по отношению к моим страхам. Той невероятной силой воли, которая держит в узде его дракона. Я иногда ловлю отголоски чувств, которые раздирают его, когда он целует меня. Он делает это осторожно, нежно, а на самом деле хочет куда большего. Более того – легко может это сделать, ведь физически он намного сильнее меня.
Может, но не делает.
И с каждым днём мне всё меньше страшно. Единственное, чего я всё-таки боюсь, так это того, что он может обернуться в дракона в тот самый момент. Во время секса, к которому всё плавно идёт. Да, Игорь уверил, что такого никогда не произойдёт (это я про оборот, а не секс), защитные инстинкты, все дела, но… страх он и есть страх. А вот что касается полётов, то тут совсем другие эмоции…
— Вам сюда, — отвлёк меня от волнительных мыслей голос сопровождающего.
Высокий парень с ну очень серьёзным выражением лица столь же серьёзно относился ко всему, что делает. Сопровождает ли меня до зала, в котором состоится пресс-конференция. Открывает ли двери в эту самую залу. Усаживает ли в кресло в дальнем углу, точнее закутке между стеной и колонной. Ещё бы шторку повесили, чтобы меня никто не видел, и, соответственно, я никого, и красота, ага.
— Старайтесь шевелиться как можно меньше, — строго проговорил парень. — Иначе полог невидимости может всколыхнуться и привлечь чьё-нибудь ненужное внимание.
Он так осуждающе посмотрел на меня, словно я с ножом у горла заставила Игоря пустить меня на конференцию. Да он сам предложил! Конечно, дракон волновался за меня, раз десять повторил, чтобы я сидела тихо, как мышка, но без вот этого вот пафоса. А ещё он настоятельно советовал периодически менять окуляры на те, зелёные. Мало ли, вдруг я что-то интересное замечу. И магический свисток выдал, чтобы я в случае чего подала сигнал.
Один свист – я вижу что-то подозрительное. Два – срочно ко мне. Беспорядочная трель – алярм, мы все умрём. Последнего, конечно, не хотелось бы. А ещё не хотелось бы лишиться вас, мои дорогие. Кто не в курсе, из-за блокировок мы не можем открыто звать вас куда-либо, поэтому точные данные сказать вам не могу. Но могу посоветовать поискать меня в сети, набрав имя и словосочетание «чародейные миры». Думаю, поиск вам выдаст мое местоположение, а там уже имеется нужная информация. Прошу это никак не комментировать, иначе Штирлиц будет слишком близок к провалу…
Пока я устраивалась в кресле, а парень что-то там нудно гундел (зачем, спрашивается, когда мы с Игорем всё обсудили? Не иначе, как значимость свою хотел показать!), в зал стал стекаться народ. Входили по одному после тщательного осмотра охраной. Телевизионщики принялись за установку больших громоздких камер, довольно забавных на вид: эдакие металлические коробки на ножках с множеством колёсиков, шестерёнок, рычажков и прочей технической милоты. Что характерно, подключали их к розеткам, значит, автономного питания для них пока не придумали. А если и придумали, то для более мелких, надо будет потом глянуть, как тут с этим обстоят дела, любопытно же.
 
Звукари, причём как с ТВ, так и с радио (ругались они довольно громко, даже я из своего закутка услышала, кто есть кто) чуть не подрались за лучшие места для микрофонов на трибуне, с которой будет вещать император. Да, трибуна – это хорошо. Она будет возвышаться над всеми, и я хоть что-то да увижу.
Последних запускали газетчиков – вот тех было больше всего. К слову, из всех присутствовавших нашлась только одна девушка. Одна! Это что ещё за гендерная несправедливость? Даже у Игоря в департаменте, а они там не буковки печатают, есть женщины. Ту же Клару взять с целым отрядом помощниц.
— Проверка звука: раз, два, три… — Звукари перестали, наконец, ругаться и принялись за отладку техники.
— У меня брак по звуку, — отозвался кто-то.
Я попыталась понять, кто именно, но народу было уже слишком много. А, ну и ладно. Лучше окуляры надену, проверю обстановку. Мало ли, может, кто в суматохе решит «пошалить» с новыми технологиями, о которых никто не знает. Никто, кроме нас (тут должен звучать злорадный смех), но пусть заговорщики думают, что они одни такие умные.
Правда, был у нас один «прокол», ведь тот маго-техник, который управлял «таракашками», почувствовал, что на его волну настроились. В срочном порядке убежал, когда Игорь отправил за ним поисковые группы. Но, судя по переговорам, которые мы услышали с помощью смастряченной на скорую руку антенны, заговорщики списали этот момент на магию. Мол, дракон случайно поймал волну, но потом потерял, искал вслепую. И ничего, кроме умершего помощника, а также парочки магов схожей специализации не нашёл.
Даже порадовались, что к тому магу, которого они заманили в этот район для отвлечения внимания, присоединился ещё один. Этакий случайный помощник.
— Пока ничего, — огорчённо пробормотала сама себе под нос после того, как хорошенько осмотрелась, но окуляры снимать не спешила. — Жаль, что у них тут нет даже банальной рации.
«Не бойся, мы с тобой, — приободрила меня Матильда. — Если что, я смогу даже магический удар на себя взять, но только один. Драконья защита, которую навертел на тебя Игорь, тоже неплохая, это я тебе как инфернальный элемент говорю. Вениамин и вовсе рвётся в бой, засиделся, бедолага».
М-да, с такой подмогой мне действительно нечего бояться. Впрочем, я и не боюсь, просто волнуюсь.
— Внимание, тишина! — раздался чей-то зычный голос, отчего тут же все примолкли. — Его императорское величество всепресветлейший, державнейший великий государь император и самодержец всероссийский Андрей Николаевич!
Надо же, какой пафос! С другой стороны, тут дело куда серьёзнее, чем с нашими президентами. Должность не выборная, он у них тут один такой сиятельный, причём сиятельный настолько, что имеется масса желающих это сияние приглушить. Что ж, посмотрим, что за птица, этот всепресветлейший и державнейший Андрей Николаевич.
Император был… эффектный. Симпатичный мужчина, светловолосый, с аккуратной бородкой, цвет глаз не разглядела, ну и ладно. Весь при параде в белом мундире с золотым позументом, аксельбантами, звездами и прочим, чему я не знаю точного названия. Корона на голове сияет, даже мурашки пробежали от такого великолепия. Так, совсем чуть-чуть, не сравниться с тем эффектом, который производит на меня князь Воронцов.
Хотя… я всегда брюнетов больше любила, так что могу быть предвзятой. И к золоту отношусь спокойно.
— Дорогие подданные! — начал пафосный спич император, а я еле сдержала смех.
Ну не могу я, привыкла к россиянам, на худой конец гражданам Российской Федерации, а тут подданные. Нет, надо обратно рабочие окуляры надеть, так хотя бы на зелёный цвет отвлекаюсь, снижаю градус веселья, так сказать.
— Скоро наступит Новый Год, и мы все надеемся, что он принесёт нам…
М-да, миры разные, системы власти разные, а болтовня всё та же. Ладно, лучше сосредоточусь на чём-нибудь другом. Кажется, вдоль плинтуса ползёт нечто весьма любопытное… Гораздо крупнее того, что мы изучали ранее, но волны оно излучает вполне знакомой частоты.