"Фантастика 2023-127" Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Это было кстати. Во-первых, мед — чрезвычайно питательная штука, можно пожевать с утра соты — и до вечера уже ничего не есть. Во-вторых, он мне весьма сейчас на пользу. В том смысле, что силы восстанавливает. И мозги начинают лучше думать. А мне сейчас думать как раз.
Поэтому я не стал стесняться. Я прожевал соты, выплюнул на ладонь комок воска. Из воска можно свечи делать, но тут нет огня, поэтому я не знал, куда этот воск девать. Хотел залепить за ухо, но Глазунья у меня этот воск отобрала. Она прилепила его к своему куску и передала следующему по кругу, маленькому дичонку, и он сделал то же самое. Воск пошел по рукам, и последним в кругу оказался Рыжий, поскольку так получилось, что он сидел справа от меня.
Рыжий присоединил к воску и свой вклад, и получился комок размером с кулак. Он принялся вертеть его всяко, и все дикие уставились на этот желтый комок, точно какой-то смысл в этом воске особый был. А я вдруг поймал себя на мысли, что не чувствую вони даже от Рыжего. То ли привык я, то ли сам стал вонять так же, как дикие, не знаю. Вони я не чувствовал, такая вот эстафета.
Рыжий тем временем скатал из комка шарик, положил на ладонь и принялся тыкать в него пальцем и чиркать ногтем. Я и опомниться не успел, как в руках у него оказался лось. Фигурка. Причем не простая, не такая, какие я лепил из глины, когда был совсем маленький, а настоящее произведение искусства. Как живой, я даже как-то растерялся…
Дикие могли делать статуэтки. Здорово. Очень здорово. Что же это получается… Получается, что дикие не очень-то и дикие, так, что ли? Они вроде как бы даже почти и люди? Так получается?
Рыжий вдруг подкинул лося в воздух. И лось исчез. Я точно видел, как лось полетел вверх, но вниз, на ладонь, ничего не упало. Лось точно растаял. Растворился.
Дичата сжались.
Так, подумал я, значит, Рыжий не только изваятель, но еще и этот… фокусник. Или магистр. Магией занимается. Хромой был тоже магистром, умел предсказывать погоду по полету ласточек, умел отъедать большой палец на руке, а иногда тоже подбрасывал в воздух монетку, но она у него не исчезала, а зависала, да так, что ее можно было потрогать пальцем. Рыжий, наверное, тоже что-нибудь такое умеет…
Рыжий замычал, горло у него завспучивалось, как у лягушки, он приложил руки ко рту, а когда отнял их, то на ладонях обнаружился все тот же восковой комок.
Дикие были в восхищении, на меня это особого впечатления не произвело. Рыжий снова принялся тыкать пальцем в воск. Я почему-то подумал, что сейчас он изготовит корову. Корова — чрезвычайно ценное животное, я его даже в глаза не встречал. Хромой встречал, но давно, он всегда мне говорил, что неплохо бы отыскать корову, тогда у нас было хотя бы молоко, а из него масло и даже сам сыр. Но Рыжий не сделал корову. Он работал пальцем, и постепенно под этим творческим пальцем возникала тварь.
Тварь. В этом нельзя было сомневаться. Длинная, коряжистая, очень похожая на себя саму. Тварь стояла, ссутулившись и глядя вроде как ни на кого вообще и на каждого в отдельности. И на меня тоже.
Дикие зашипели. Узнали. Да и я узнал тоже. Рыжий взял щепку, подышал на нее, затем резко воткнул твари в лоб, располовинив голову почти до плеч. И тут же завыл Волк. Тоненьким щенячьим голоском. Но как-то страшно, как-то темно…
Дикие вскочили и разошлись в разные стороны, Рыжий исчез, Глазунья исчезла, я остался один. Волк продолжал выть, я подошел к нему. Волк был похож на ежа, колючки в разные стороны. Глаза были выпучены, а из-под задних лап расползалась лужица.
  
Глава 16
 
Манекены
 
Случилась неприятная, но одновременно очень смешная штука. Конечно, во всем был виновен Бугер, из-за него все это и произошло.
Утром, все это утром случилось. Я как раз наладил себе ванну и уже собирался погрузиться.
Да, вчера я нашел ванну. Тут их вообще много, в каждом доме этих ванн — куча, люди раньше очень любили мыться. Я нашел посудину на первом этаже, выворотил ее из крепежей, вышвырнул в окно, вытащил на середину улицы. Установил ванну на больших крепких чурбаках, натаскал воды из протекавшего неподалеку небольшого ручья. Вообще, в идеале надо было еще наколоть дров, развести под ванной огонь, а сверху все покрыть шалашом из густой хвои, чтобы получилась настоящая человеческая баня.
 
Но со всеми этими тонкостями мне было лень возиться, шалаш я вообще ставить не стал, а вместо дров приспособил горелку. Скоро вода нагрелась, и от нее пошел вверх легкий пар, я разделся, сбросил комбинезон, отстегнул экзоскелет, стащил маску и забрался в ванну. Закрыл глаза.
Ощущения, как всегда, превосходные. Теплота захватила меня в свои мягкие подушки, сразу стало спокойно, сразу захотелось спать, я зевнул, намочил полотенце и положил его на голову. Через некоторое время я привык к температуре воды и перестал ее чувствовать.
Вода разогревалась.
Вообще, мы к этим ваннам пристрастились, конечно, сильно. Хитч залезал в горячую воду чуть ли не каждый день, а иногда еще и по два раза. Он отыскал длинную такую ванну, из меди, с литыми тяжелыми ножками, громоздкую и неудобную, возил ее за собой в грузовом отсеке и регулярно в нее заныривал. Нас он в эту ванну не пускал, пользовался своим начальственным положением. Причем способ купания у Хитча был весьма и весьма примечательный. Он купался, не снимая маски. Комбинезон, правда, снимал, трубку маски выбрасывал на воздух, чтобы дышать, а сам погружался под воду с головой. И спал полностью в воде, со всех сторон.
А еще вот что делал — разливал по поверхности воды спирт, поджигал и, лежа на дне ванны, как тритон наблюдал за огнем, образовывавшим на поверхности воды странные фигуры…
Одним словом, предавался не слишком предосудительным излишествам. Я же просто болтался в воде, грелся, смотрел на дома, разглядывал окна… Потолки тут в квартирах низкие, как у нас, и двери маленькие, странно, что люди себе везде такие неудобные помещения строят… А, ладно.
Ванна маловата, конечно, но это мелочи, неудобства с лихвой компенсировала температура. Она росла, чугун равномерно разогревался, мне было хорошо и спокойно, когда вода достигла уже почти нетерпимого градуса, я добавил в нее соли.
Соль — отличное добавление к горячей воде, от соли кожа делается мягкой и эластичной, обновляется, после принятия соляной процедуры чувствуешь себя просто помолодевшим, хочется бегать, орать… А еще я слышал, что иногда можно найти какую-то особую вообще соль, специальную, с разными ароматами, главное, чтобы йода не было никакого. Лежишь в ванне, а представляется тебе, что ты в море, на волнах… Нам в море нельзя из-за йода, а так можно хоть представить…
Вопль был страшным.
Диким. Вопили недалеко, рядом совсем, в соседнем здании необычной для этой местности архитектуры. Я дернулся, опрокинул ванну, вода залила горелку, я покатился голым по холодному асфальту. Вскочил, схватил фризер.
Из танка выскочил Джи, откуда-то сбоку вывалился Хитч, оба с фризерами, оба в растерянности, Хитч без маски, на лице озабоченность. Без маски ходить запрещено, особенно во время передвижения по лесу. Запрет вполне обоснован — в первых рейдах многие люди натыкались на сучки, а в полевых условиях офтальмолога не сыскать, даже сейчас на базе среди стариков можно встретить одноглазых. Сегодня многие носят специальные защитные линзы, так что вроде можно уже и без масок, но тем не менее запрет сохраняется. Правда, в этом вопросе масок Хитч проявляет широту взглядов и самостоятельность мнений, так что мы и без масок ходим. Особенно в поселениях и особенно днем. К вечеру маску надевать все равно приходится, поскольку уши начинают болеть из-за холода, а днем…
Без маски удобнее дышать.
— Кто-то кричал… — растерянно сказал Джи. — Я слышал…
— Ясно кто. — Хитч высморкался. — Дурак наш…
Бугера видно не было. И орал, видимо, все-таки он.
— Ладно, за мной. — Хитч высморкался еще раз и посмотрел на меня. — А ты чего голозадый такой?! Подружки дома остались…