Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ)

Он начал что-то быстро писать на листе из блокнота, который я споро ему подсунула.
Сделал размашистый росчерк — и нечаянно сбросил со стола одну из крохотных статуэток деда в виде прекрасной девушки в длинном алом платье и с веерами. Выпустил меня из объятий. Небрежно её поднял и замер, удивлённо разглядывая.
— Это что, заточённый дух-воин? Надо же, тёплый…
Я непонимающе поморгала, а потом сообразила, о чём говорил Виктор, и усмехнулась.
— Какое там. Это нэцкэ из коллекции деда. Он у меня историк, работает в универе на кафедре, любит всякие редкости. Бывшие студенты постоянно привозят ему с раскопок или просто из экзотических стран такие вот сувениры. Ну, и раритетные книги в придачу. Его хлебом не корми — дай почитать что-нибудь интересное.
— Благодарные студенты, неплохо, — хмыкнул Виктор, возвращая статуэтку на место. — Ладно, в другой раз это обсудим.
Когда мы, возбуждённые, раскрасневшиеся, выбежали в гостиную, то натолкнулись на изумлённых дедушку с бабушкой.
— Что случилось? — в один голос спросили они.
— М-м-м… Тут такое дело… — путано начала я, прикрывая ладонью припухшие губы. — У Виктора концерт через сорок минут в Ингалии. Его не удалось перенести…
— В Ингалии? — нахмурилась бабушка. — Но как вы туда, юноша, попадёте?
— Порталом, — невозмутимо сказал огневик.
— Но это же невозможно! — фыркнул дедушка.
— Есть один хитрый способ… — уклончиво ответил Виктор. — Но мне нужно найти укромное тихое место, где нет лишних глаз. Может, у вас здесь есть какое-то поле поблизости или лес?
— За городом лес. Я вас туда отвезу на машине.
— Я с вами!
Виктор повернулся ко мне, покачал головой.
— Лисёнок, то заклятье, которое я хочу произнести, не совсем законное. Точнее, официально оно не под запретом… — добавил уклончиво, почесав пальцем висок. — Но в Серпе его не приветствуют. Я надеюсь, что представители ингальской асфалии примут его за обычный мощный портал и не смогут отследить точку открытия. Но если вмешаются люди Максимилиана и начнут раскапывать след… — Он перевел взгляд на моих родных и добавил серьёзно: — В общем, вам всем стоит держаться в стороне от этой истории. А если кто-то из оперативников к вам пожалует, то говорите, что знать не знали о том, что я собирался предпринять. Они будут не удивлены.
Дедушка очень внимательно на него посмотрел и сурово изрёк:
— Лэр Максимилиан, значит?.. А вы не так просты, юноша, как хотите казаться. Одевайтесь живее и садитесь в машину. Я вас подвезу. Услуга за услугу.
— Я с вами!
Пять минут спустя мы уже неслись к гаражу по заснеженной дорожке. Внезапно кто-то меня окликнул:
— Миранда?! Не знал, что ты приехала…
Я обернулась.
— Дин? — Виктор резко затормозил. Внимательно посмотрел на моего бывшего. В голубых глазах заплясали опасные огоньки. — Э-э… да. Извини, я тороплюсь. Давай поговорим как-нибудь в другой раз?
Он широко улыбнулся и игриво мне подмигнул.
— Конечно, красотка, заглядывай.
— Другого раза не будет! — яростно прошипел огневик мне на ухо.
Схватил меня за руку и поволок к машине. И, когда мы уже отъезжали, я увидела, как вспыхнул почтовый ящик около дома с красной черепичной крышей.
  
Глава 11
 
Когда машина остановилась на обочине леса, было уже темно. Ноги с хрустом проваливались в сугробы, покрытые толстой ледяной коркой, с еловых ветвей то и дело сыпался снег, и идти, ориентируясь на сияние лунных птиц, выпущенных дедушкой и Виктором, было не очень удобно. Но мы упорно двигались вперёд в поисках небольшой укромной поляны. Виктору надо было отыскать место, где бы он смог выжечь печать.
— Давайте остановимся здесь, — наконец произнёс огневик. — Время уже на исходе.
Дед взмахнул палочкой — и с её кончика сорвалась ещё дюжина лунных птиц, рождая вокруг нас круг серебристого света. А я подошла поближе к Виктору и тихонько спросила:
— Мы чем-то ещё можем тебе помочь?
— Думаю, нет. Но если что-то изменится, я скажу.
— Тогда удачи вам, юноша, — сухо произнес дед и обменялся с ним рукопожатием. Деликатно отошёл в сторону, позволяя проститься и нам.
 
— Надеюсь, у тебя всё получится. — Я покосилась на своего грозного родича и чинно пожала Виктору руку. Он ухмыльнулся, но решил мне подыграть. — Только позвони или напиши, как доберёшься, ладно? Я буду ужасно за тебя беспокоиться…
Не сдержалась и крепко его обняла. Но не так, как обычно. По-дружески. Руки Виктора тотчас заскользили по моей спине. Но тоже в рамках приличий.
— Как насчёт маленького прощального поцелуя? — издевательским полушёпотом поинтересовался он, пока мы комично обнимали друг друга. — В щёчку?
— Обойдёшься, — пробормотала я, потрепав его по плечу.
— Мерзавка… Как только окажемся в академии, из моих объятий не выползешь.
— Поживём — увидим, — хмыкнула я, покосившись на дедушку, и отступила на безопасное расстояние.
Виктор покачал головой, но спорить не стал. Вместо этого осмотрелся, сделал рукой пару отточенных пассов — и в воздухе появился огненный жезл. Парень схватил его и принялся вычерчивать на снегу какую-то пентаграмму с изображением древних символов. Они сияли в ночи, словно отблески от костров, и навевали мысли о первобытной магии. Древней, необузданной и позабытой.
Я наблюдала за действиями Виктора, затаив дыхание. Сколько ещё заклятий подобного уровня было в его арсенале? А мой дедушка с каждой секундой всё сильнее хмурился, но молчал.
Наконец Виктор покончил с приготовлениями, встал в центр пентаграммы и что-то зашептал на норталианском. Голубые глаза вспыхнули, а по его скулам и шее поползли язычки пламени.
Чёрное мужское пальто заволокли огненные всполохи, уничтожая тёплую добротную ткань, и Виктор скинул его, словно ненужную тряпицу, остался в одной чёрной рубашке. Выставил перед собой руку — и с его пальцев сорвалась ало-оранжевая волна. Она взметнулась в сторону, вверх, словно радуясь освобождению, и взяла в плотное кольцо своего создателя.
Пламя трещало, меняло оттенки от рубинового до вишнёвого. Мой дедушка сдавленно охнул, наверное, только сейчас осознав, что его новый знакомец — живая стихия.
А Виктор, тяжело выдохнув, неожиданно опустил руку. Огонь стал угасать.
— В чём дело? — с затаённой тревогой спросила я, осторожно к нему приближаясь.
Виктор устало потёр пальцами переносицу, смежил веки.
— Это заклятье требует колоссального уровня магии. Поэтому мой огонь нестабилен. А на сцене будут ребята из группы. По идее щиты должны выдержать. Но если кого-то из них немного зацепит, это разрушит наш план.
— Если хочешь, я могу попробовать тебя стабилизировать. Ван Веррени нам показывал на одной из пар, как это делать. Особого эффекта нс обещаю, но всё же…
— Годится! — улыбнулся Виктор. — Кивни, когда будешь готова.
Я вытащила из кармана шубы палочку. Сделала пару отточенных взмахов, мысленно отождествляя себя с морем, спокойным и безмятежным, и прошептала:
— Нивелерин.
Голубое сияние растеклось вокруг нас в ночи, словно пыльца с крыльев фей горных долин.
— Нивелерин, — произнёс дедушка, усиливая мои чары.
Я улыбнулась Виктору, кивнула.
Он снова выставил вперёд руку, зашептал заклятье — и миг спустя его окутало алое пламя. Воздух раскалился, стало трудно дышать, но я даже с места не сдвинулась, неотрывно следя за своим парнем, который пылал в центре кокона из огня.
— Я ни о чём не жалею. Лисёнок. Оно того стоило, — произнёс он одними губами, и пламя поглотило его. Алая сфера схлопнулась и исчезла, оставляя после себя оранжевую пыльцу.
* * *
— Чума! — восторженно пробормотала Ани, моя подруга из прежней школы, когда мы с ней вместе смотрели свежие новости в моей комнате на следующий день. На стенах по-прежнему висели постеры «Зова»: у меня рука так и не поднялась их сорвать. Как и выкинуть чёрные футболки с их логотипом. — Это транслируют по всем каналам с утра!