Попаданцы. Мир Таларея. Книга 4

– А давай.
Жизнь Ольги-Олги оказалась не сахар. Сменив безрадостное положение бесправной трактирной прислуги на место одной из кухарок во дворце, она, конечно, сильно улучшила своё положение. Ей стали прилично платить – целых сто сорок солигров в декаду, у молодой женщины появилась своя комнатка, хоть и похожая на клетушку, зато без соседок по кроватям. У неё было вдоволь еды, и её рабочий день теперь не перетекал в рабочую ночь.
Однако дворцовые интриги существуют не только в среде вельмож и сановников. Обслуга, включая рабов, бьётся между собой за место под солнцем намного жёстче. Там имеется своя иерархия, обеспечивающая очень разный доступ к милостям господ.
Ольга угодила в самый водоворот страстей, доносов, обид, зависти и подлости. Даже её рецепты главный повар выдавал за свои. А один раз в паштет, приготовленный ею для стола компаньонки жены начальника королевской канцелярии, кто-то злоумышленно добавил соли, и новую повариху к радости кухонных старожилов выпороли в подземелье дворца.
Слушая ироничный рассказ Лешика о том, как Ольга ловко увернулась от приставаний главного повара, стравив того с его собственной женой, учётчиком, рабыней учётчика, одноруким ветераном, заведовавшим винным складом и молодым лакеем младшего принца, попаданец решил, что первым делом надо вытаскивать землячку из гадюшника, и делать это как можно скорее. А уже потом разбираться, что она собой представляет и куда её пристроить.
Граф ри Неров всегда был проницателен.
– Собираешься теперь лично навестить Песту? – поинтересовался он нейтральным тоном.
– Позволь, я верну тебе комплимент насчёт мудрости.
– Ай, шеф, не нужно. Ты лучший и знаешь это. Только я ещё не сказал тебе про неё, что она не очень симпатична и злая. Но тебя ведь не её внешность и характер привлекают?
– Не они, и это не она злая, Лешик, это у неё жизнь такая. В очередной раз предупреждаю тебя, что всё, касающееся Ольги, должно остаться между нами.
– Не нужно, государь.
Император протянул вновь наполненный вином бокал к графу, и тот ответил рюмкой. Соратники выпили, и настала очередь Олега рассказать о славном боевом пути псковской армии в Отане.
Через несколько часов, когда их беседа по принципу «в лесу о бабах, при бабах о лесе» перешла к обсуждению препятствий, мешающих их частому общению с любимыми женщинами, в шатёр вошла королева Саарона. Уля опять потратилась до полного исчерпания своего магического резерва и выглядела так, что краше в гроб кладут или, если перевести с земных обрядов на таларейские, краше на костёр приносят.
– Не ругайся, – попросила сестра. Она села в поставленное мужем Моны кресло перед столом, но на яства даже не посмотрела. – Сама не заметила, как опустела.
Ругать её Олег не стал. Молча наложил на Улю «Малое исцеление». Резерв, разумеется, это ей не восполнило, но хотя бы щёчки чуть порозовели, а то сюзерену даже смотреть на своего вассала было жалко.
– Я этой ночью здешним порталом уйду по делам, – сообщил ей Олег. – Тебе тут тоже больше делать нечего. Есть какие-то свои планы?
– Да, я в Саар. К себе хочу на несколько недель. Только завтра вечером. Герцог попросил и его раненым помочь. Мы же с хадонцами продолжим ещё быть в союзе?
– Надеюсь, что да. Ладно, помоги, только без сегодняшнего надрыва. Всё же это не наши бойцы.
– Я понимаю. – Уля покивала, как китайский игрушечный болванчик. – Лешик, кинь мне яблоко. Олег, Чек хочет, чтобы ты присутствовал на церемонии награждения.
– Обойдётся. Пусть награждает без моего участия, а мне подготовит списки наиболее отличившихся, кого я приму в Пскове… – Попаданец оборвал себя. – Я ему сам об этом скажу. Всё равно ещё увижу до отбытия.
Ночью Нантин был окрашен заревом пожаров, будто в него ворвались иноземные захватчики, а не вернулся законный король. Двигаясь по улицам к порталу, Олег видел повсюду множество трупов. В основном это были убитые валанийцы.
Перед своим бегством из столицы Отана бронзовокожие, что могли, разрушили или подожгли. Видимо, добрый правитель Боленай был сильно расстроен видом своей столицы, и на дворцовой площади попаданец мог наблюдать казни пленных такого масштаба и изуверства, что это действо впору было назвать бойней.
 
– Господин, если позволишь…
– Нет, Нирма, – прервал полковника император, – возле арки мы попрощаемся. Я ненадолго. Через пару-тройку дней вернусь. Как договаривались, на моём дирижабле отправляйтесь в Камень с графом ри Неров, там и встретимся.
Перед порталом землянина нагнал адъютант отанского короля, передавший приглашение прибыть во дворец.
– Третий и половина второго этажа дворца в приличном состоянии. – Страдающий от телесной полноты полковник тяжело дышал, хоть и приехал на лошади, а не пришёл пешком. – Сейчас порядок наводится. Маршал Лютвир уже остановился там. Для вас тоже готовят спальню.
– У меня бессонница, дружище. Извини. Передай своему королю, его замечательной супруге и очаровательным принцессам мои самые наилучшие пожелания. Надеюсь, нет, уверен, мы ещё не раз увидимся. Ворота Лас-Вегаса на Алернии гостеприимно распахнутся для всех. Так им всем и передай.
«Надо не забыть взять с повелительницы Ордена гонорар за рекламу», – в шутку подумал Олег и, взглядом пригвоздив к месту Нирму, быстрым шагом прошёл к порталу.
Встав под аркой, он на несколько секунд задумался, ничего ли не забыл? Нет, всё в порядке. Вике он отправил послание на русском, рассказал об обнаруженной соотечественнице и решении отправиться за ней. Можно было бы Вику пригласить с собой, но та ведь Николая нашла сама. «Так что будем квиты», – усмехнулся попаданец.
Уходить из Песты Олег собирался почти легально. Деньги решат вопрос с пропуском через пространственный переход, а вот отправлялся в путь он, как всегда, инкогнито.
Перейдя в «Скрыт», псковский правитель нашёл нужную точку сети перемещений и через миг уже на территории Северного Кланая заклинанием «Прыжок» оказался в полусотне метров от портала, освободив от своего присутствия площадку.
Он мог бы этого не делать. Никакого движения через арку сейчас не происходило.
– Никого ночью велено не пропускать! – громогласно говорил один из четвёрки пеших стражников, поднося факел чуть ли ни к самому лицу возмущённого торговца. – Есть у тебя пропуск, нет у тебя пропуска, мне всё равно. Наш маг дрыхнет, а чужим для прохода на площадку нужно специальное разрешение. Жди утра. Загоняй свой обоз на постоялый двор, – он махнул рукой в сторону высокого забора, за которым виднелись крыши строений и слышались звуки веселья отдыхающих и развлекающихся путников.
– Тебе хозяин этого вонючего трактира платит, что ли? – злобно выкрикнул торговец.
– А хоть бы и так, – ответил вояка, вызвав дружный смех своих товарищей.
– Да вы пьяны, ребята, – буркнул себе под нос правитель Пскова.
Дорогу он со слов Лешика знал хорошо, слушать перебранку не хотелось, и Олег бодро зашагал к городу. Торопиться ему было некуда, потому и заклинанием «Прыжка» он не пользовался.
Стояла прекрасная погода, от отанской ночной духоты попаданец успел утомиться и сейчас с наслаждением вдыхал свежий воздух.
Вокруг росли раскидистые дубы, а значит и свиньи, подумал он с юмором, здесь водятся правильные – желудями питаются, а не сосновыми шишками как в Виноре.
Три километра до Песты он прошёл за полчаса, но к самим стенам подходить не стал – к чему лишний раз портить себе настроение вонью рва и смрадом трупов казнённых? Прыжок, и правитель Пскова оказался в столице союзного Оросу королевства.
Невидимость Олег с себя не снимал, не хотел выяснять отношения с ночными хозяевами городских улиц.
Двухэтажный дом с крутой черепичной крышей, который Лешик купил для ювелирной лавки и проживания торговца с работниками, находился в ряду таких же строений. Они не имели ни дворов, ни палисадников, а редкие, очень узкие промежутки между домами использовались как сточные канавы.
У Олега сложилось впечатление, что он движется по узкому кривому тоннелю. На такой улице хорошо строить и защищать баррикады. Видимо, одной из причин, почему Луи-Наполеон в Париже, а Сталин в Москве посносили подобные районы и построили широкие проспекты, являлось нежелание иметь в своих столицах удобные места для бунтовщиков. Может, через века и в Таларее правители придут к такой идее.