Пекарь-некромант 3 (СИ)
* * *Я не позволил своей гопкомпании долго рассиживаться в полупустом зале трактира. Утром явятся строители. Но к их приходу мне предстояло подготовиться. Проигнорировал намёки пышнотелой подавальщицы. Девица решилась подзаработать. И в другой раз я не позволил бы ей лишиться дополнительного заработка. Но сегодня мне было не до изучения её прелестей (уже пару раз изученных). Пожелал столичной красотке удачного дня. Но от её предложения отказался, отчасти возместив последствия своего отказа щедрыми чаевыми.
Домой мы вернулись на рассвете. Сытые, уставшие, довольные. Взятое из запасов Шляпы серебро мы честно потратили, не присвоили ни монетки. Потому грабителем я себя больше не считал. Да и на любителя нелепых головных уборов теперь не злился. Отправил Шишу и клифов на второй этаж — досыпать: пара часов на сон у них в запасе оставались. Сообщил девчонке, что грязная посуда от неё никуда не денется — подождёт, раз достояла до утра. Сам же рванул в логово Мясника.
* * *Моей главной задачей на утро значилось раздобыть краску для преображения фасада дома и зала магазина. Да не абы какую, а яркую, стойкую, не вонючую; двух цветов — жёлтого и чёрного (именно на них я в итоге остановил выбор). Мэтр пообещал, что с этим у меня проблем не возникнет. С его слов, в бывших подземельях академии магии я мог отыскать что угодно, вплоть до местных аналогов ядерной боеголовки и философского камня — если хорошенько пошарю по бесчисленным складам и кладовым.
Времени на самостоятельные поиски у меня не оставалось. Поэтому я запросил звонок другу — воспользовался подсказками профессора Рогова. Отыскал в Центральной галерее неприметную дверь (точнее, одну из многих похожих, как однояйцевые близнецы). Воспользовался администраторскими правами — проник туда, где нечего было делать обычным студентам. По наводке того же мэтра, отыскал на стеллажах два деревянных ведра, запечатанных на манер бочонков.
«И?»
Я застыл у полок с краской. Следил за светящейся фигурой мастера Потуса, что метался по складу, заглядывая во все вёдра и ящики. Старался не прислушиваться к комментариям призрака.
«В этих ёмкостях белая краска — основа, — пояснил профессор. — Её уже можно использовать. Но чтобы придать краске нужные оттенки, следует добавить в неё по одной стандартной порции красителей. В вашем случае, юноша — следует использовать варианты семь «е» и четыре «псау». Размешивать не обязательно. Через четверть часа реакция завершится».
«Где мне искать эти твои реагенты?» — спросил я.
«Здесь же, — ответил мэтр. — В соседнем ряду. На местах семь тысяч двести восемнадцать и семь тысяч сорок два».
* * *Понял, что откладывать поиск работников больше никак нельзя. Думал об этом, пока бежал по Центральной галерее с вёдрами в руках. Но не потому что ноша казалась неподъёмной. Я полагал, что несолидно начальнику преуспевающего предприятия и пока непризнанному великому магу выполнять функции разнорабочего. Не моя это обязанность — носиться с тяжёлыми грузами по длинным коридорам. Ладно, хоть никто не видел гениального кулинара, загруженного, как та савраска.
Разве об этом я мечтал, отправляясь в столицу Крельского царства?
Вернулся домой в аккурат к появлению шумной бригады строителей. Передал отделочникам вёдра с краской, снова едва ли не на пальцах объяснил им задачу. Показал ширину полос, что хотел видеть на стенах. Заявил, что откушу малярам уши за каждую напрасно потраченную каплю выданных им «ценнейших веществ». Сказал, что десять поколений их потомков будут со мной расплачиваться, если «оплаченная по весу один к одному золотом» краска не будет использована строго по назначению.
Я наводил весь этот кипиш с угрозами, чтобы в глазах строителей не выглядеть подозрительным. Потому что выданная рабочим краска даже на первый взгляд казалась «непростой». А уж когда вскроются её свойства, описанные мне профессором, то работники поймут, что действительно покрывают стены едва ли не чистым золотом. Тогда и моя жадность станет им понятной. А что понятно, то редко пугает и не вызывает подозрений. Предвижу только: при окончательном расчёте у меня попросят прибавку к оговоренной раньше оплате.
Уговорил мастера Потуса присмотреть за рабочими: не хотел, чтобы часть краски ушла налево. Не по причине жадности. А чтобы хранившиеся в подземелье тысячу лет вещества не попали не в те руки, чтобы они не привлекли к моей персоне «ненужное» внимание. Попросил подежурить в зале магазина и клифов — чтобы отделочники не ощущали себя «забытыми», избавил их от искушения податься в воришки.
Запретил Шише в одиночку покидать дом — только вместе с кем-либо из волкодавов.
С чувством выполненного долга завалился спать до обеда.
* * *Днём я вместе с Шишей «играл в магазин» — устроил для продавщицы тренинг. Высыпал на стол гору монет, объяснил девчонке способы быстрого счёта, заставил её на время пересчитывать деньги и выдавать сдачу. Следил за стрелками на циферблате изготовленных в виде черепа часов Мясника, пока Шиша раскладывала монеты на кучки. Взял привычку повсюду носить часы с собой: распланировал едва ли каждую минуту своего времени, поэтому часто сверялся с хронометром профессора Рогова.
Персильская атаманша справлялась с задачей по выдаче «покупателям» сдачи относительно неплохо. Шустро орудовала пальцами, сортируя деньги. Беззвучно шевелила губами, ведя подсчёт. Не все продавцы в моём обувном магазине из прошлой жизни считали в уме так же ловко и быстро. И всё же я отметил, что до открытия магазина мне придётся немало поработать над обучением продавщицы. И позаботиться, чтобы вот это шевеление губ сменилось улыбкой.
* * *Дежурившая в будущем торговом зале Вера поздоровалась со мной — прикоснулась холодным влажным носом к моей руке. Надежда совсем недавно сдала подруге смену. Об этом мне отчитался мастер Потус. Я отметил, что строители уже не косили взгляды на клифского волкодава. Собаки вели себя смирно, тихо, держались в стороне от людей — рабочие быстро привыкли к их присутствию, больше не отвлекались, как утром.
— Ух ты! — воскликнула Шиша.
Вслед за мной она спустилась на первый этаж, рассматривала преобразившийся зал магазина. Чёрной и жёлтой краской отделочники пока покрыли лишь четыре колонны, да часть стены с окнами. Как в итоге будет выглядеть зал, пока сложно было представить. Окрашенные полосы сейчас соседствовали друг с другом только на колоннах. Но при хорошем освещении и эти островки ярких цветов смотрели очень даже впечатляюще.
— Как красиво! — сказала юная продавщица.
Я обернулся. Увидел, что в широко открытых глазах девочки отражалось светившее в окна солнце. Шиша приоткрыла рот. Озиралась по сторонам, словно уже видела торговый зал таким, каким тот станет, когда строители завершат работу. Я надеялся, что похожая реакция на чёрно-жёлтые полосы будет и у впервые зашедших сюда покупателей. Это я уже видел когда-то похожий дизайн — для местных он будет в новинку.
Профессор Рогов не обманул, когда описывал мне свойства красок. Уже сейчас я понимал, что те полностью соответствовали моим требованиям. На стене краска смотрелась более чем достойно. Легла толстым однородным слоем. Обладала ярким, насыщенным цветом. Создавала атмосферу праздника, как я и рассчитывал. Теперь не сомневался: прочие обещанные мэтром свойства краски меня тоже порадуют.
— Неплохо, — согласился я. — Фирма веников не вяжет.
«Недурственно выходит, етить его, — сказал круживший вокруг орудовавших кистями и валиками строителей призрак старого пекаря. — Энто ты, парень, хорошо придумал с разноцветными полосками».