Маугли из Москвы (СИ)
Следующее мое явление в реальность состоялось в каком-то сарае, когда мою голову обрабатывала местная целительница или просто первая попавшаяся женщина. Промыла, намазала чем-то пахучим и жгучим, обмотав полосой материи.
— Голова повязана, кровь на рукаве! Ой! — Рано мне еще проявлять эмоции… Мой мозг опять отключился, замкнув встроенный где-то в своих недрах предохранитель. Дальше я периодически приходил в себя то глядя в небо на движущейся телеге, то в очередном темном сарае, а в конце на носилках, которые несли какие-то немытые бродяги в лохмотьях. Мимо проплывали высокие крепостные стены и широкие ворота в монументальной каменной кладке. На миг в поле зрения попали стражники в одежде средневековых воинов. Кажется с цивилизацией мне не очень повезло… Наш караван, попав внутрь городских стен, потопал по утоптанной земле тесной улочки какого-то города, напоминающий картины недалекого прошлого Земли из исторических фильмов, которые я не очень-то и любил. Процессия невольников прошла по диагонали городскую застройку до противоположной части крепостной стены и была заперта в довольно просторном сарае. Меня положили у стеночки на ворох соломы у стеночки, и я замер, наслаждаясь наконец покоем и борясь с головокружением, которое стало моим постоянным спутником на всем протяжении пути да этого «славного» сарая. Слух улавливал местную речь, но понятно — что ничего не понятно, являясь для меня лишь набором звуков. Прибегать к своим ментальным способностям у меня даже мысли не возникало. Пока не вылечусь, никаких напрягов! Малейшая попытка применить ментал, сразу вызывала жутчайшую головную боль, добавляя ощущений в пострадавшей тыковке.
Носильщики принялись устраиваться в своем временном пристанище, а я прикрыв глаза стал рассматривать людей, ничем не отличавшихся от земных хомо сапиенс. Такое же телосложение, лица, пять пальцев и растительность на голове, включая бороды и усы. Хорошо… Не придется ничего придумывать… А язык рано или поздно выучу. Вместе с лохматыми мужиками было несколько женщин и даже пара детей. Вроде не разбойники, тогда почему арестованы? Невольники? Рабы? Пока ответа нет. Опять вырубаюсь…
Пробуждение принесло небольшое облегчение в голове и запах похлебки, заставившей желудок напрячься в попытке выбросить несуществующее содержимое. Одна из женщин попыталась покормить меня из глиняной миски, но я осторожно помотал головой и отодвинул рукой еду, боясь сделать резкое движение. Женщина что-то проворковала, пытаясь меня уговорить, но я дал ей понять, что мне пока не до еды и она отстала. Спустя какое-то время в наше помещение спустилась группа стражников со смешным старичком в халате. Каждого невольника по очереди хватали два дюжих стражника и подводили к «доброму дедушке». Тот негромко бормотал какой-то речетатив и прикладывал свою ладонь ко лбу очередной жертвы. Причащает перед казнью? Не похоже… Тут очередь дошла до меня, и я в очередной раз потерял сознание, когда стражники чересчур резко вздернули мою тушку на ноги. Чем все закончилось я понятно не узнал.
На следующий день я все-таки смог поесть и сесть, прислонившись к холодной стене. Голова кружилась, но состояние с каждым часом становилось лучше, придавая оптимизма моим мыслям. Через какое-то время дверь в наш сарай открылась и всех стали выводить наружу. Руководящий этим процессом мужичек посмотрел на мою перемотанную голову, что-то спросил и, не дождавшись ответа, махнул на меня рукой, отгораживая от остальных выходящих гуськом из помещения. Я остался в одиночестве. Куда их увели? Что меня ждет, когда выздоровею? Ответов не было, и я вздохнул, мысленно готовясь к грядущим неприятностям. А то что они будут я уже не сомневался…
Через три дня появилась новая партия арестантов, почти похожая составом на прежнюю, за исключением двух крепких мужиков в колодках. Их приковали цепями к кольцам в стене и оставили сидеть в таком виде. Ко мне тут же стали приставать с расспросами вновь прибывшие, но я ничего не мог им ответить, как впрочем и понять. Меня достаточно быстро оставили в покое, записав в категорию недееспособных или физически ущербных. К вечеру пришел знакомый старичок и «причастил» прибывших по старому рецепту. Меня трогать не стали, видимо довольствовавшись проведенной ранее процедурой над моим бессознательным телом. После окончания шаманских действий двух кандальников расковали и всем выдали по миске с едой. Такое обращение с опасными заключенными меня насторожило, наводя мысли о взаимосвязи относительной свободы с прошедшим ритуалом. Кодируют или магичат? А меня? Тоже закодировали? Попытался напрячь мозги, но опять чуть не потерял сознание. Посидел и дождавшись, когда белые мушки перестали летать перед глазами, встал и пошел на прогулку вдоль стен помещения. Надо давать нагрузку мышцам. Не обращая внимания на удивленных сокамерников, стал делать плавную гимнастику в стиле «приседаний в раскоряку».
Уже на следующий день всех заключенных, включая меня, вывели наружу, и стражники что-то скомандовали. Мои сокамерники, а с ними и я, почти синхронно выстроились колонной по двое и бодро зашагали по дороге. Похоже нас привели на рынок, где будут продавать как самый настоящий домашний скот. Я оглядел «декорации» невольничьего рынка и присел под навесом, куда загнали нашу группу. Еще при выходе из зиндана, я понял, что нужно не выделяться от остальных и старался повторять все что делала наша группа. А делала она только то, что приказывал нам сопровождающий, четко выполняя команды как вымуштрованные солдаты, удивляя своей синхронностью. Моя голова немного прошла, напоминая о себе лишь легким головокружением и чувством онемения на затылке, но пока я опасался проверять свои способности и делал все в точности, что и другие при командах нашего надсмотрщика, стараясь не отставать. Похоже, что мое кодирование по непонятной причине не прижилось. То ли от того, что я был без сознания, то ли мои ментальные способности виноваты, а может из-за того, что я с другой планеты. Вот так мы и сидим все вместе под навесом в ожидании своих покупателей. Народ почему-то не выглядел печальным и вел себя довольно непринужденно иногда подшучивая друг над другом. Рядом под соседним навесом расположилась еще одна группа конкурентов от другого «производителя», только числом поменьше. Но вот подвалил серьезный клиент, и нас всех выстроили, чтобы показать заинтересовавшимся товар лицом, заставляя по желанию покупателя снимать одежду либо частично, либо полностью. Обычно частичного оголения удостаивались мужики и дети, а полного — девушки и молодые женщины. Я с интересом наблюдал за происходящим и только благодаря моей травмированной голове, мой стручок не стал реагировать на обнаженную натуру. Никогда не видевший голую женщину в живую, я очень внимательно смотрел на каждую рабыню, которую обнажали по первому требованию интересующихся. К сожалению, такого товара было немного и их раскупили в первую очередь. Затем пришел здоровый дядька весь в железе и увел обоих колодников и несколько крепких мужиков. Я с облегчением выдохнул, когда он, с сомнением повертев мою худую, жилистую фигуру и пощупав шишку под повязкой, оставил меня в покое. В итоге я попал в компанию трех женщин в возрасте, двух подростков и трех мужчин, которых забрал деловитый мужичок, быстро отобрав нужных ему работников и оплатив энную сумму. Когда, после не сильно долгой прогулки, мы пришли в большой городской дом, он с удивлением обнаружил полное непонимание с моей стороны местного языка. Слава богу, я смог угадать его команды, которые изучил в процессе общения со стражниками. А то даже не знаю, что бы со мной сделали, увидев что я не подчиняюсь своим хозяевам. Поэтому, на следующее утро меня вместе с одной женщиной и двумя мужичками отправили в загородное поместье и определили ухаживать за домашним скотом. Меня это полностью устраивало, так как отношение к рабам в местных реалиях было довольно сносным, да и кормили всех из одного котла вместе со свободными работниками, которых было не особо много. Подальше от начальства можно спокойно прийти в себя, выучить местный язык, а там посмотрим, как судьба повернет…