Мой Сводный Лёд

Вздохнув, я переглянулась с Лиреем и направилась в главное здание академии. Белка была тут как тут. Я подошла к Даре и схватила её за шкирку. Белочка задрыгала лапками и хвостом.
— Отпусти звезду!
— Звезда, ты сейчас как полетишь, падая, а я буду загадывать желание, — строго произнесла я. — Ты с какой стати тут деньги вымогаешь за концерт? Тебя пригласили на добровольной основе!
— Будто я билеты заставляю покупать под дулом пистолета! Тоже всё добровольно.
— Под дулом чего? — не понял Лирей, приподняв брови.
— Под файерболом, — исправилась белочка. — Отпусти, сказала!
— Я тебя на меховую шапку пущу, если деньги не вернёшь и выступать не будешь, поняла?!
— Вы посмотрите, пришла тут грозная! Значит, шантажировать людей фотографиями запретила, делать ставки — тоже, и как выживать бедной несчастной белочке?!
Я отпустила её. Она полетела вниз и приземлилась на лапы.
— Плохая ты звезда. Желания не исполняешь.
— Зато деньги зарабатываю!
— Дара! — рыкнула я. — Видишь Лирея? Он очень злой. Ещё немного, и он тебя съест.
Братец клацнул зубами. Дара впечатлилась.
— Давай придумывать выход. Люди заплатили, вот и выступишь для всех.
— Так нельзя! Все должны быть с билетами, иначе тем, кто купил билеты, будет обидно, что они заплатили, а другие слушают бесплатно.
— А что насчёт лотерейных билетов? — предложил Лирей. — Скажем, это просто везение. Устроишь розыгрыш — и все вытащат бесплатные билеты. Что скажешь? И всё довольны.
Белочка подумала.
— Хор-р-рошо! Но ты, Лирей Эквуд, билет купишь, — фыркнула она и убежала.
Братец пожал плечами.
— Хотя бы так.
— Спасибо, — кивнула я. — Я с этой белкой с ума сойду! Она съедает мой мозг. И главное — меня ведь предупреждали…
Дракон лишь ухмыльнулся. Мы вместе отправились к Эсми Шорпс — необходимо было отчитаться ей о решении проблемы с белкой. К слову, кораблик для Дары привезли, а сцену решили зачаровать водой перед самым выступлением — Эрмес обещался помочь, в случае чего.
— Не забудь, завтра и послезавтра контрольные репетиции! Ты обязана на них быть, — крикнула Эсми перед тем, как я успела от неё сбежать.
Но едва я покинула актовый зал, попала в руки Иглаи. Она крепко обняла меня. Я успела заметить за её спиной Эрмеса. Он посмотрел на Лирея, но, видимо, не заметив у того никаких видимых ран, не стал интересоваться его самочувствием.
— А вот ты где! Как ты? Оправилась? Нам не разрешили навестить тебя в госпитале, но мы о-о-очень переживали! Ты такое пропустила — как феерично закрыли разлом! Теперь я точно уверена в выбранной профессии!
— Она уверена больше в том, что хочет быть с Мейлсом, — закатил глаза Эрмес.
— Ты не представляешь, какой он восхитительный, — подруга приложила руки к груди. — Как он храбро бросился за вами, как отбил нападение чёрных сгустков…
— Это ещё надолго, — хмыкнул друг и оттеснил эзвейку в сторону. — Эль, я хотел с тобой поговорить. Мне нужно тебе кое-что сказать.
Я распахнула от удивления глаза, а Иглая хихикнула. Я буквально чувствовала, как Лирей застыл позади меня. Я боялась к нему оборачиваться, сама не знаю, почему.
— Ох, удаляюсь… не смею мешать, — хихикнула Иглая и, проходя мимо Лирея, толкнула в бок, а затем добавила: — Отомри, ледяная статуя.
И продолжая посмеиваться, подруга скрылась за поворотом. Эрмес взглянул на меня. Я чувствовала себя неуверенно, пытаясь просчитать варианты, как бы подальше сбежать, какую причину придумать, чтобы не идти вместе с Эрмесом. И вообще, где Дара, которая вечно мешает нам с Лиреем? Почему бы ей для разнообразия не помешать нам с Эрмесом? И самый главный вопрос…
Почему Лирей молчит? Я осмелилась и посмотрела на брата. Он отвёл взгляд в сторону, словно не желал мне мешать. Неужели всё, что между нами было, мне лишь показалось?
Эрмес будто этого не заметил. Взял за руку и повёл в ближайшую аудиторию. Я шла за ним как сомнамбула, слабо соображая. Лишь на мгновение оглянулась — Лирей шёл за нами, причём был мрачнее тучи. Мне хотелось сбросить руку Эрмеса и подойти к брату и…
 
И что? Что будет? Откуда вообще это странное желание?
Первый раз я возненавидела свою метку. Я всегда относилась к ней нейтрально — как к части себя. Разве можно ненавидеть свою руку или ногу? Разумеется, нет. Но вот сейчас… сейчас я по-настоящему испытала ненависть.
Потому что мне хотелось стереть эту тень печали с лица Лирея. Если бы мне не пришлось таскать его за мной и Эрмесом, он бы наверняка так не бесился. Торд ведь ему не нравился, да и вряд ли кому-то понравится, если его потащат третьим лишним на возможное свидание.
— Сюда, — улыбнулся Эрмес и толкнул дверь, пропуская меня в небольшую свободную аудиторию для практических занятий.
Лирей остался за дверью, которую захлопнул буквально у него под носом Эрмес. Лишь смачный стук кулака о дерево заставил меня вздрогнуть. Я бросилась назад, желая удостовериться, что с драконом всё в порядке, но меня остановил Эрмес — он взял меня за руку и крепко сжал ладонь. Я посмотрела на друга затравленно, словно кролик на удава.
— О чем ты хотел поговорить?
Голос звучал нервно.
— Ты наверняка и сама уже догадываешься, — улыбнулся Эрмес и шагнул ко мне, взяв и вторую мою руку в ладони. — Эльена, за последние сутки ты сделала меня самым счастливым человеком на земле лишь своим намёком, что я могу быть тебе не безразличен. Мои чувства наверняка для тебя не тайна… Я влюблён. И влюблён давно. С первого мгновения. Как можно было не влюбиться в такую чудесную девушку? Ты волшебная. Умная, добрая, ответственная. Ты та, о ком я мечтаю.
Пронзительное признание, о котором ещё три дня назад я мечтала. Мечтала встретить человека, который искренне меня любит, чтобы снять смертельную метку. Сейчас же я чувствую растерянность и страх. И это вовсе не страх перед смертью, а страх совершить ошибку.
Я на перепутье.
— Эрмес…
— Эль, — выдохнул парень и придвинулся ближе, выдыхая в мои губы, — скажи, ты согласна стать моей девушкой?
Я распахнула глаза. Кикиморы болотные, что же делать?! Я сама воображала, как Эрмес влюбится в меня, как признается, и мы сможем снять эту проклятую метку! Но вот это произошло. В моей душе не просто равнодушие, а страх, неуверенность и даже боль. Боль, что мне придётся подставить лучшего друга. Придётся притянуть его к себе, при этом ничего не испытывая. Обманывать влюблённого в тебя человека — это низко.
— Эль?
Внутри меня боролись две личности. Одна — хорошая, которой не важно было, сколько жить, главное — прожить достойно, и вторая — плохая, тёмная, которая желала жить дольше и видеть глаза близких. Даже эти невыносимые льдистые глаза Лирея! Хочу их видеть, а не умереть.
От волнения пересохли губы, я невольно облизнула их и друг воспринял это как призыв — наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй. Когда наши губы разделяла пара миллиметров, я окончательно осознала, что не хочу этого поцелуя и ловко увернулась. Что я творю? Я ведь могу умереть!
Страх кольнул. Теперь это был отчётливый страх смерти. И я крепко обняла парня, заглаживая свою вину.
— Я… согласна, Эрмес, — произнесла я, чувствуя, как глаза жжёт от слёз.
Почему так больно? Почему так больно принимать признания от нелюбимого парня и тем более отвечать ему согласием? Почему так досадно от собственного бессилия перед неминуемым будущим?
— Спасибо! — облегчённо выдохнул друг, сжимая меня едва ли не до хруста в рёбрах и целуя в щёки. — Спасибо! Ты не пожалеешь. Я буду лучшим парнем. Я окружу тебя заботой и вниманием. Ты будешь самой счастливой!
Счастливой? Живой, да, но счастливой ли?..
Внезапно представила, что сказал бы Лирей, если бы я согласилась на его предложение. Понимаю, что этого предложения бы и не последовало, но воображение невольно нарисовало:
“Мисс Фиаско, неужели ты согласилась? Уверяю тебя, ты не пожалеешь. Это самое лучшее решение, принятое тобою в жизни”.