Американская фантастическая проза. Книга 2 (антология)
— Ну хорошо, забирайте. Раньше такого не бывало. Ничто не препятствовало установленному течению Игр.
Победно улыбаясь, Джо пробился сквозь стену охраны к адвокату и спросил его:
— У вас есть какие-нибудь бумаги на Уилла Баррента?
— Нет, — сказал адвокат. — Его дело не у меня. Боюсь, что с ним не управятся до конца Игр.
— Но я тогда, наверное, уже буду мертв, — заметил Баррент.
— Могу вас заверить, что это ни в коей мере не отразится на рассмотрении вашего дела, — с гордостью заявил адвокат. — Живой или мертвый, вы сохраните все свои права.
— Пора идти, — сказал капитан.
— Удачи, — пожелал Джо, и цепочка узников втянулась через железную дверь на ярко освещенную Арену.
Баррент прошел сквозь дуэли, в которых погибла четверть заключенных. После того их, вооруженных мечами, выставили против смертоносной омегианской фауны. Барренту достался саунус — черный летающий ящер с Западных гор. Сперва уродливое ядовитое создание теснило его. Но потом он нашел решение — прекратил попытки пробить кожный панцирь саунуса и сосредоточил все усилия на том, чтобы отрубить хвост. Когда ему это удалось, рептилия потеряла равновесие, врезалась в высокую стенку, отделяющую зрителей, и сравнительно легко позволила нанести завершающий удар в единственный громадный глаз. Толпа приветствовала победу Баррента восторженными криками. Он прошел в запасную будку и стал смотреть другие схватки.
Вскоре Арена была очищена. Теперь на нее вползли амфибии с роговым покрытием. Несмотря на медленные движения, они были практически неуязвимы, а их узкие острые хвосты грозили гибелью каждому, кто осмелится приблизиться. Барренту пришлось сражаться с одной из амфибий после того, как она прикончила четырех его предшественников.
Баррент наблюдал за предыдущими схватками и заметил место, куда не мог дотянуться острый хвост чудовища. Баррент выждал момент и вспрыгнул на широкую спину амфибии, а когда в роговой броне разверзлась гигантская пасть, он вонзил туда свой меч.
Баррент стоял на обагренном кровью песке — он победил.
Остальные участники Игр были мертвы. Баррент ждал, какого нового врага выберет Комитет Игр.
В песок упало семечко, затем еще одно. Через секунду на Арене уже росло короткое толстое дерево, выпускающее все больше веток и корней, затягивающее любую плоть, живую или мертвую, в пять отверстий-ртов, расположенных по окружности ствола. Это был каррион — очень редкое и трудно транспортируемое растение. Говорили, что оно горит, как порох, но у Баррента не было огня.
Держа меч обеими руками, Баррент бешено рубил ветки, однако на их месте тут же вырастали другие. Казалось, уничтожить дерево невозможно.
Единственная надежда — медленные движения растения. Во всяком случае, они не могли сравниться с человеческой реакцией. Баррент вырвался из обвивших его ветвей и бросился к другому мечу, лежавшему футах в двадцати и полузасыпанному песком. Он схватил его и услышал предупреждающие крики толпы — к ноге подтянулась ветка.
Баррент обрубил ее, но в это время другая обвилась вокруг туловища. Он поднял руки над головой и ударил одним мечом по другому, стараясь выбить искру.
Меч в правой руке сломался.
Баррент подобрал половинки и продолжал попытки. Наконец от звенящей стали отлетел сноп искр. Одна из них коснулась листа.
С невообразимой скоростью все дерево запылало. Пять ртов широко раскрылись и сморщились, когда их настигло пламя.
Баррент неминуемо бы сгорел — почти вся Арена была заполнена ветками. Но пожар угрожал деревянным стенам, и огонь загасили, спасая зрителей и Баррента.
Едва держась на ногах, Баррент стоял в центре Арены, ожидая очередного врага. Однако время шло, а ничего не происходило. Над трибунами разнесся вой сирены, и толпа взорвалась криками.
Игры кончились. Баррент выжил.
Но народ не расходился. Зрители желали знать, что будет с человеком, оказавшимся вне закона.
Толпа ахнула. Быстро обернувшись, Баррент увидел возникшее в воздухе яркое световое пятно. Оно выбрасывало из себя ослепительные лучи и на глазах росло. И Барренту вспомнились слова Дяди Ингмара: "Иногда Великий Черный удостаивает нас появлением в ужасной красоте своего огненного тела. Да, Племянник, мне посчастливилось видеть его. Два года назад он появился на Играх, и за год до того…"
Пятно превратилось в оранжевый шар около двадцати футов в диаметре, висевший в воздухе, едва касаясь земли. Шар продолжал расти и одновременно сужаться в центре. Верхняя половина его стала черной. Теперь образовалось два шара — один ослепительно яркий, другой абсолютно черный, — соединяющиеся тонкой талией. Верхний стал вытягиваться и принял форму увенчанной рогами головы Великого Черного.
Баррент побежал, но гигантская черноголовая фигура догнала его и поглотила. Свет и тьма перемешались и ударили в глаза. Он закричал и потерял сознание.
19
Баррент очнулся в тускло освещенном помещении. Он лежал в постели. Рядом спорили двое.
— У нас нет больше времени, — горячился мужчина. — Ты не понимаешь всей остроты положения.
— Доктор сказал, что ему нужно по крайней мере три дня покоя, — произнес женский голос, и Баррент вдруг понял, что это Моэра.
— Три дня у нас будут.
— А время на обучение?
— Ты говоришь, что он умен и быстро схватывает.
— Потребуются недели.
— Исключено. Корабль приземляется через шесть дней.
— Эйлан, — сказала Моэра, — ты торопишь события. Сейчас нам это не удастся. К следующему Дню Посадки мы будем подготовлены гораздо лучше.
— К тому времени положение выйдет из-под контроля, — возразил мужчина. — Мы должны или немедленно использовать Баррента, или не использовать его вовсе.
Баррент разлепил губы:
— Использовать для чего? Где я? Кто вы?
Мужчина повернулся к постели. В слабом свете Баррент увидел высокого худого человека преклонного возраста.
— О, вы уже пришли в себя, — сказал он. — Меня зовут Свен Эйлан. Я начальник Группы Два.
— Что такое Группа Два? — спросил Баррент. — Как вам удалось вытащить меня с Арены? Вы агенты Великого Черного?
Эйлан улыбнулся.
— Не совсем так. Мы все объясним. Но сперва, мне думается, вам следует подкрепиться.
Сестра внесла поднос. Пока Баррент ел, Эйлан, сидя рядом на стуле, рассказывал о Великом Черном.
— Наша Группа не претендует на то, что положила начало религии Великого Черного. Но грех был бы не извлекать из нее пользу. Священники оказались замечательно сговорчивыми — ведь поклонники Зла положительно смотрят на коррупцию. Следовательно, в глазах омегианского священнослужителя появление ложного Великого не будет анафемой. Напротив, на рядовых верующих подобные образы оказывают сильное влияние — особенно такое огромное страшилище, которое поглотило вас.
— Как вы это устроили? — поинтересовался Баррент.
— Какие-то фрикционные поверхности и силовые поля. Надо спросить у наших инженеров.
— Почему вы спасли меня? — спросил Баррент.
Эйлан взглянул на Мбэру. Та демонстративно пожала плечами, и Эйлан смущенно проговорил:
— Мы хотим поручить вам важное дело. Но вам, должно быть, не терпится узнать больше о нашей организации?
— Еще как! — сказал Баррент. — Вы что-то вроде криминальной элиты, да?
— Мы — элита, — ответил Эйлан, — но не считаем себя преступниками. На Омегу ссылают два совершенно разных типа людей. Есть настоящие злодеи, виновные в убийстве, насилии, вооруженном ограблении, бандитизме и тому подобном. А есть и иные, обвиненные в политической неблагонадежности, научной неортодоксальности, атеизме. Именно такие люди составляют нашу организацию, которую в целях конспирации мы назвали Группа Два. Наши преступления заключаются в том, что мы придерживались не тех взглядов, которые превалируют на Земле. Мы были нестабильным элементом и представляли опасность для сложившейся системы. И нас сослали на Омегу.