Слепой с пистолетом [Кассеты Андерсона. Слепой с пистолетом. Друзья Эдди Койла]
Андерсон. Как дела, Скат?
Джонсон. Жив-здоров как сто коров. Умираю от жажды — поставь выпить дважды. Чтоб не вышло беды, закажи еды.
Андерсон. Стакан пива.
Джонсон. Я думал, ты любитель этой домашней стряпни — потроха, ножки, зелень.
Андерсон. Я-то любитель, а ты нет?
Джонсон. Боже упаси! Я люблю хороший шатобриан или там лягушачьи ножки в масле с чесночной подливкой. Это я понимаю. Это вкусно. Пиво, говоришь? И ты больше ничего не хочешь?
Андерсон. Больше ничего. Что ты разведал?
Джонсон. Сначала напьемся, потом разберемся.
(Пауза в 27 секунд.)
Джонсон. Я взял след.
Андерсон. Спасибо.
Джонсон. Тебе спасибо, папа, — хороша больно баба!
Андерсон. То есть?
Джонсон. Я имею в виду эту самую Андронику. Сочная, спелая, как персик! Когда с ней оказываешься в постели, нужно брать с собой ложку и соломинку. Это же двойной пломбир с клубничным сиропом, взбитыми сливками и вишенкой.
Андерсон. Первым делом ты, конечно, слопал вишенку.
Джонсон. Не задавай нескромных вопросов — не получишь неискренних ответов.
Андерсон. Ты ее трахаешь?
Джонсон. Как только представляется счастливая возможность, что бывает нечасто. У нее выходной — раз ii неделю. Тогда мы устраиваем ликование. Еще нам обломилось два утренника. Она такая озорница и баловница, что я готов ее съесть всю целиком.
Андерсон. Что ты и делаешь.
Джонсон. Время от времени, белый хозяин, время от времени.
Андерсон. Как ты с ней познакомился?
Джонсон. А зачем тебе это знать?
Андерсон. Как же мне работать, если ты мне ничего не говоришь?
Джонсон. Граф, Граф, в тебе дерьма больше, чем в рождественском гусе! Забываешь уроки. Есть у меня приятель. Черная рожа. Сущий дьявол…
Андерсон. Так.
Джонсон. Я даю ему пару купюр. Он подстерегает Андронику у выхода из супермаркета и начинает ее лапать. «Ах ты, мерзкий сексуальный маньяк! — кричу я, оказавшись тут как тут, — Как ты смеешь приставать, докучать, осквернять и вообще прикасаться к этой милой, прелестной, невинной, юной красавице!»
Андерсон. Неплохо.
Джонсон. Я отвешиваю ему оплеуху. Он расписывается в получении и улепетывает во все лопатки. Андроника дрожит от страха.
Андерсон. И благодарности.
Джонсон. Именно. Я помогаю докатить ей сумку с продуктами до дома. То да се, вот мы и друзья.
Андерсон. Так что же она рассказала?
Джонсон. Коллекция монет застрахована на пятьдесят штук. В кабинете за картиной «Ваза с цветами» сейф. Там миссис Шелдон держит свои стекляшки. Моя крошка думает, что там припрятано кое-что еще. Облигации. Может, и зелененькие. Неплохо?
Андерсон. Очень даже. Они проторчат там все лето?
Джонсон. Как это ни печально, хозяин, нет. В этот уик-энд семейство отправляется в Монток. Старик Шелдон предполагает проводить там уик-энды до конца августа, а может, и дольше. Это значит, что целых три месяца нам придется обходиться без сладкого, если мы, конечно, что-нибудь не придумаем. Может, она будет приезжать в город, а может, я ее стану навещать.
Андерсон. Уверен, что вы придумаете выход.
Джонсон. Это жизненно важно. Андроника — моя гармоника!
Андерсон. Как насчет ледника в подвале. Не забыл?
Джонсон. Я ничего не забываю, белый человек со змеиным языком. Угадай-ка, что там.
Андерсон. Ума не приложу.
Джонсон. Когда дом только построили, они хранили там фрукты-овощи. Потом, когда завелись холодильники, старый пердун-хозяин стал держать там свои вина. Отменный погреб.
Андерсон. А теперь? Что сейчас там хранят? Тоже вина?
Джонсон. Нет, там стоит умная машина, которая делает воздух холодным и сухим. И все жители дома — то бишь все женщины — сносят туда свои шубки, когда на дворе начинает пригревать солнышко. И все под боком, не надо тратить лишних денег. Домашнее шубохранилище. Как тебе это нравится?
Андерсон. Очень нравится.
Джонсон. Я в этом не сомневался. Граф, если ты что-то задумал — я говорю если, учти — и если тебе нужен лишний поденщик, ты знаешь, кого ты всегда можешь нанять.
Андерсон. От тебя, друг, буду ждать услуг.
Джонсон. А! Вот и ты запел по-нашенски!
Андерсон. Под столом твой гонорар.
Джонсон. Презренный металл для меня заблистал! Эх, разве это служба — Андроники дружба!
Андерсон. До скорого свидания!
29
Кассета SEC-25-6-68- 1М-12-48РМ-139Н. Телефонный разговор.
Андерсон. Привет, это я.
Ингрид. А-а…
Андерсон. Я тебя разбудил? Извини.
Ингрид. Который час?
Андерсон. Без четверти час.
Ингрид. Ты хочешь зайти?
Андерсон. Нет. Не сегодня. Потому-то я звоню.
I ной телефон не прослушивается?
Ингрид. Schatzie, зачем им я нужна? Я никто.
Андерсон. Я так хочу прийти, но не могу. Меня будет потом клонить в сон. А у меня вечером встреча.
Ингрид. Понятно.
Андерсон. Очень важная встреча. С большими людьми. Я должен быть в форме. Начеку. Это люди с деньгами.
Ингрид. Что ж, ты знаешь, что делаешь.
Андерсон. Да.
Ингрид. Желаю тебе удачи.
Андерсон. Наверное, к двум или трем ночи мы закончим. Это в Бруклине. Можно тогда будет к тебе заехать?
Ингрид. К сожалению, нет, Schatzie. Сегодня вечером я занята.
Андерсон. Дела?
Ингрид. Да.
Андерсон. И важные?
Ингрид. Скажем так — сулящие прибыль. Он прилетает из Форт-Уэйна. Это в Индиане. Это о чем-то говорит? Человек летит в Нью-Йорк из Форт-Уэйна в Индиане, чтобы увидеть бедную маленькую Ингрид Махт…
Андерсон. Я бы ради этого прилетел из Гонконга.
Ингрид. А! Ты становишься романтиком. Большое спасибо. Может, увидимся завтра?
Андерсон. Завтра? Хорошо. Так будет лучше. Я тебе расскажу о встрече.
Ингрид. Если хочешь, Граф.
Андерсон. То есть?
Ингрид. Будь осторожен. Очень осторожен.
Андерсон. Постараюсь.
Ингрид. В тебе есть что-то пугающее. Что-то странное, неистовое. Не делай ничего необдуманного. Обещай мне, Граф, что ты все как следует продумаешь.
Андерсон. Обещаю. Я все как следует продумаю.
Ингрид. Schatzie! Может быть, завтра днем мы отправимся в путешествие. Вместе, Граф! Впервые в жизни!
Андерсон. Вместе? Я постараюсь помочь тебе сесть на поезд. Обещаю.
Ингрид. Отлично. А теперь я еще посплю.
30
Эта рукопись была обнаружена 3 сентября 1968 года при обыске квартиры Джона Андерсона (Графа). Она состоит из трех листков желтой бумаги в голубую линейку и с красно-сине-красной тройной линией полей (1,25 дюйма от левого края). Формат страницы примерно 8 х 12 и три восьмых дюйма, верхний край с зазубринами, указывающими на то, что страницы, скорее всего, вырваны из блокнота.
Экспертиза показала, что такая бумага продается блокнотами в канцелярских магазинах (известна под названием legal pads [6]) и обычно используется студентами, юристами, литераторами и пр.
Обнаруженные страницы, судя по всему, являются частью более объемной рукописи. Страницы не пронумерованы. Эксперты полагают, что текст записан примерно десять лет назад — то есть где-то в 1958 году. Установлено, что почерк принадлежит Джону Андерсону, пользовавшемуся шариковой ручкой с зеленой пастой.
В момент обнаружения три странички, приведенные ниже, накрывали полку в маленьком шкафу квартиры дома 314 по Харрар-стрит.
(Первая страница.)
Это может быть все, что угодно.
Иначе говоря, преступление не мелочь, не крошечная часть жизни общества, но его основа. Оно составляет то, что именуется нормальным, правильным, порядочным образом жизни.
Конкретно:
Когда женщина не отдается мужчине, пока он не вступит с ней в брак, это можно назвать вымогательством или шантажом.
Или: жена хочет меховую шубу, а муж отказывается купить, и она тогда говорит: нет шубы, нет секса. Это тоже преступление, что-то вроде вымогательства.