Слепой с пистолетом [Кассеты Андерсона. Слепой с пистолетом. Друзья Эдди Койла]

Итак, я оказался в подвальном помещении. Сначала я направился к коробке-распределителю от телефонного кабеля. Ничего необычного. Я разобрался с основными и параллельными телефонами. Сделал моментальные снимки места, где кабель входит в подвал и где что надо перерезать, чтобы вывести из строя телефоны в доме. Об этом попросил меня Андерсон. Кроме того, провода, которые, как я понял, были частью системы сигнализации. Одна система была связана с местным полицейским участком и приводилась в действие ультразвуком или радиосигналом, другая — с частным детективным агентством и, судя по всему, срабатывала, когда открывалась дверь или окно. Я с удивлением заметил, что на проводах каждой из сигнализаций были ярлычки с номерами квартир.
Квартира 5-а была поставлена на охрану в полицейском участке, а квартира 5–6 — в частном агентстве. Как и просил Андерсон, я это сфотографировал.
В этот момент дверь за моей спиной отворилась и в подвал вошел человек. Это был Иван Блок, техник-смотритель этого дома. Он спросил, что я делаю. Я объяснил, что телефонная компания собирается прокладывать новый кабель по 72-й улице и я должен осмотреть дом, чтобы понять, не нужно ли что-то менять. Такое же объяснение я дал и швейцару. Нельзя ли еще стаканчик воды? Огромное спасибо.
(Пауза в 6 секунд.)
Мои объяснения вполне удовлетворили Блока. Судя по его акценту, это венгр или чех. Поскольку я не говорю на этих языках, то обратился к нему по-немецки. Он ответил тоже по-немецки, но с большим акцентом, коверкая фразы. Тем не менее я заметил, что говорил он по-немецки с удовольствием. По-моему, он был не очень трезв. Он стал настойчиво приглашать меня к себе выпить стаканчик вина. Я принял приглашение и пошел за ним, надеясь узнать кое-что еще.
Квартирка у него была крошечная, грязная, убогая. Но я сел с ним выпивать, посматривая по сторонам. Единственная ценная вещь, попавшаяся мне на глаза, — красивый резной трельяж на комоде. Я решил, что ему лет триста. Примерная стоимость — две тысячи долларов. Но я ничего не сказал хозяину о моих предположениях.
Блок все наливал себе и наливал, а я сказал, что мне пора возвращаться на работу. Я вышел из его каморки и осмотрел подвал. Ничего особенного, кроме одной странной штуки…
Это была комната, похожая на большую коробку, встроенную в углу подвала. Вид у нее был довольно старый, и я решил, что ее соорудили, когда строился дом. Две стороны коробки образованы сходящимися углом стенами подвала, а две другие сделаны из деревянного бруса. В одной из этих стен прорезана дверь, запиравшаяся на тяжелый, старомодный медный засов. Большие дверные петли тоже из меди. На двери тяжелый замок.
Внимательно присмотревшись, я обнаружил, что у комнаты-коробки имелась весьма примитивная система сигнализации, установленная, похоже, много лет спустя после того, как была построена комната-коробка. Это было простейшее контактное  приспособление — если дверь открыть, начинает звонить звонок или мигать лампочка. Я проследил, куда идет провод, и решил, что скорее всего в вестибюль, где расположена комнатка швейцара.
Я, естественно, сфотографировал странную комнату, а также постарался понять, как можно отключить сигнализацию. Совершенно машинально я потрогал рукой одну из стен этой необычной комнаты и обнаружил, что она холодная, как лед. Это напомнило мне встроенный холодильник, какие часто бывают у мясников в этой стране.
Осмотрев подвал в последний раз, я решил, что сделал все, что просил мой клиент Андерсон. Я покинул дом и сел в фургон. Эд и Билли тихо меня поджидали. Мы стали выезжать на улицу. Швейцар стоял на тротуаре, и я помахал ему рукой.
Они высадили меня на углу Семьдесят девятой улицы и Лексингтон-авеню и уехали. Что они потом делали, я не знаю. Вся операция заняла час двадцать шесть минут. Пятого июня мне позвонил Джон Андерсон. Я пригласил его зайти ко мне в магазин на следующий день, что он и сделал. Я передал ему фотографии, схемы, а также дал полный отчет о том, что видел в подвале, — столь же полный отчет дал я и вам, джентльмены. Благодарю за то, что вы были так любезны.
   
24
 
Гриль-бар «Блинке» на углу 125-й улицы и Ханнокс-авеню, Нью-Йорк. 12 июня 1968 года, 13.46. В то время за баром велось электронное наблюдение (прослушивание) Нью-Йоркской алкогольной комиссией по подозрению, что хозяева позволяют клиентам использовать бар для азартных игр.
Кассета SLA-74K-KYM.
Андерсон. Бренди.
Бармен. Это бар для черных, а не для белых.
Андерсон. Что вы намерены предпринять? Выбросить меня на улицу?
Бармен. А ты упрямый…
Андерсон. Не то слово. Так получу я бренди или нет?
Бармен. Ты с юга?
Андерсон. Кентукки.
Бармен. Из Лексингтона?
Андерсон. Из Грешема.
Бармен. А я из Лексингтона. «Кордон бле» пойдет?
Андерсон. Вполне.
(Пауза в 8 секунд.)
Бармен. Чего-нибудь запить?
Андерсон. Стаканчик воды.
(Пауза в 11 секунд.)
Андерсон. Я хочу найти одного парня. Зовут Сэм Джонсон. Кличка Скат. Такой светло-коричневый…
Бармен. Никогда о таком не слыхал.
Андерсон. Понимаю. У него на щеке шрам от бритвы.
Бармен. Никогда такого не видал.
Андерсон. Понимаю. Меня зовут Граф Андерсон. Если этот человек появится, а я к тому времени допью бренди, то я буду напротив — хочу немного подкрепиться. Пробуду там около часа.
Бармен. Ничего не получится. Никогда не видел такого человека и не слышал о нем.
Андерсон. Кто знает, он может нагрянуть нежданно-негаданно. Вот тебе на случай, если он придет.
Бармен. Спасибо, конечно, но вряд ли из этого будет толк. Я не знаю этого человека. Первый раз о таком слышу.
Андерсон. Понимаю. Меня зовут Граф Андерсон. Буду напротив, в «Мамашиной кухне».
  
25
 
Кассета NYSNB (Бюро наркотиков штата Нью-Йорк). 48-В-1061, 12 июня 1968 года, время 14.11. Кафе «Мамашина кухня», угол 125-й улицы и Ханнокс-авеню, Нью-Йорк.
Джонсон. Вот он, молодец, как соленый огурец!
Андерсон. Привет, Скат, заказывай.
Джонсон. Раз такое диво, давай сюда пиво.
Андерсон. Как живешь?
Джонсон. Живу не тужу, хотя и не служу.
Андерсон. Все в порядке?
Джонсон. Бегаю, потею, потому не толстею.
Андерсон. Кончай свои фокусы, говори по-человечески. У тебя найдется время поработать на меня?
Джонсон. Совершить преступление для меня развлечение.
Андерсон. Господи, Скат, кончай. В восточной части Манхэттена есть один дом. Если ты заинтересуешься, дам адресок. В одной из квартир живет прислуга-негритянка. Каждый день она ходит за покупками…
Джонсон. На такую телку посмотреть бы в щелку!
Андерсон. Светло-коричневая, из Вест-Индии. Хорошенькая. С сиськами. Я хочу, чтобы ты познакомился с ней.
Джонсон. Близко?
Андерсон. Выведай у нее все, что только можно, про квартиру. Ее зовут Андроника. Запомнил? Андроника. Она из квартиры 4-а. Там вполне может быть коллекция монет. Но я хочу узнать побольше о доме, где она работает.
Джонсон. Не скажет до утра, разболтает сестра.
Андерсон. В подвале странная комната. Что-то вроде холодильника. Заперта на замок. Постарайся узнать, что в ней.
Джонсон. В холодный подвал грабитель попал.
Андерсон. Ну, по рукам?
Джонсон. Без денег человек бездельник.
Андерсон. Сотня устроит?
Джонсон. Давай парочку за черную ярочку.
Андерсон. Ладно, двести. Но поработай на совесть. Вот тебе аванс. Через неделю в то же время снова здесь. Годится?
Джонсон. Человек плохой, но кошелек тугой…
  
26
 
Стенограмма кассеты РОМ-14-6-68-EVERLEIGH. Время (приблизительно) 14.10.
Миссис Эверли. Швейцар видел, как ты входил в дом?
Андерсон. Его там не было.
Миссис Эверли. Вот мерзавец. Они должны быть на дежурстве двадцать четыре часа в сутки, а этот подлец сидит в подвале, пьет вино с алкоголиком-техником. Бренди будешь?