Слепой с пистолетом [Кассеты Андерсона. Слепой с пистолетом. Друзья Эдди Койла]

— «Если вы захотите прибегнуть к услугам адвоката, — продолжал Морган, — вам достаточно поставить нас об этом в известность, и вам дадут возможность и время нанять себе адвоката и обсудить с ним ваше дело. Вы имеете право, прежде чем давать показания, обсудить ваше дело с адвокатом». Вы поняли то, что я вам прочитал?
Джеки Браун не ответил. Фоли ткнул его стволом «ремингтона».
— Отвечай! — приказал он.
— Конечно, понял, — сказал Джеки Браун.
— «Если же вы не в состоянии нанять себе адвоката, — продолжал Моран, — суд назначит вам государственного адвоката». Вам это ясно?
— Ясно, — сказал Джеки Браун.
— «Вы, однако, можете пренебречь вышеперечисленными правами и отвечать на наши вопросы». Вы намереваетесь отвечать на наши вопросы? — спросил Моран.
— … вам! — буркнул Джеки Браун.
— Вы поняли, какими правами вы обладаете? — спросил Моран.
— Да, — закричал Джеки Браун, — Да! Да! Да!!!
— Заткнись, — спокойно сказал Моран, — Повернись и давай сюда запястья.
Фоли наложил на запястья наручники, захлопнул их и объявил:
— Ты арестован по статье двадцать шестой, раздел пятьдесят восемь-шестьдесят один Уголовного кодекса Соединенных Штатов: «Хранение автоматического оружия без разрешения на его приобретение и хранение».
— Эй! — воскликнул Джеки Браун.
— Заткнись! — осадил его Фоли, — Чтоб я от тебя больше ни слова не слышал. Захлопни свое хлебало. Полезай в машину. На заднее сиденье. Моран, садись рядом с ним и держи на мушке. Если шевельнется, снеси ему башку к чертовой матери.
Фоли достал из кармана дождевика переговорник и включил его.
— Доложи, — сказал он, — что мы взяли его там, где ему и полагалось быть, и скажи, что нам нужен ордер на обыск его машины. Мы скоро будем.
— Так вы все знали! — удивился Джеки Браун. — Вы все знали заранее! Вы знали, что я буду здесь!
— А как же! — отозвался Фоли, залезая в «роудраннер». — Эймс! Попроси Морисси пригнать в участок мою машину. Ключи под сиденьем. Что еще? — обратился он к Джеки Брауну.
— Ах, гад ползучий! — возмутился Джеки Браун, — Какой же ползучий гад!!
— Кто гад ползучий? — поинтересовался Фоли.
Джеки Браун посмотрел на него.
— Нет, ничего, я с этим сам разберусь.
  
Глава восемнадцатая
 
На заброшенном песчаном карьере в городке Орандж, штат Массачусетс, есть трейлерный парк. Эдди Койл осторожно вел свой старенький «кадиллак», включив дальний свет. Широченные шины то и дело терлись о бордюр слишком узкой подъездной аллеи. Он притормозил около бело-голубого трейлера. К скользкой лесенке, ведущей к входной двери, были приделаны железные перильца. По нижнему периметру трейлер был отделан широкой серебряной пленкой. Окошки трейлера были занавешены. Сквозь занавески пробивался свет.
Эдди Койл вырубил фары и заглушил мотор «кадиллака». Потом вылез из машины и тихо зашагал ко входу в трейлер. В дверном окне показалось женское лицо. Эдди Койл терпеливо дожидался. Дверь приоткрылась.
— Да? — спросила женщина.
— Я привез для Джимми кое-какие продукты, — сказал Эдди Койл.
— Он вас ждет?
— Не знаю, — ответил Койл, — Он просто попросил меня приехать сегодня — вот и все. Я добирался сюда два часа. Надеюсь, что ждет.
— Подождите минутку, — сказала женщина. Дверь закрылась. Эдди Койл остался стоять на холоде.
Дверь снова приоткрылась. Показалось мужское лицо в оспинах.
— Кто здесь? — спросил мужчина.
— Койл. Я привез продукты.
Дверь широко распахнулась. В освещенном дверном проеме стоял Джимми Скализи в тенниске и в серых штанах.
— Здорово, Эдди! Ну и молодец. Давай, заноси добро сюда. Я бы помог тебе, да боюсь задницу простудить.
— Ничего, — я сам, — сказал Койл. Он отправился к «кадиллаку», открыл багажник и стал доставать продуктовые пакеты. Он относил их к двери трейлера и передавал Скализи. Всего было шесть пакетов.
— Заходи, — пригласил Скализи. Койл вошел в трейлер за хозяином, — Это Ванда, — представил Скализи женщину.
Росту в Ванде было пять футов десять дюймов и весу порядка ста тридцати фунтов. У нее были большие груди, что Койл сразу заприметил, потому что на ней была надета тенниска и лифчик в красный цветочек. Еще на ней были грязно-белые штаны. В промежности виднелись темные пятна.
 
— Привет, — сказала она.
— Чем занимаешься? — спросил Койл.
— Она работает в авиакомпании «Нортист», — ответил за нее Скализи.
— Я стюардесса, — сказала она.
— Неужели! — удивился Койл. Ванда улыбнулась.
— Что в пакетах? — спросил Скализи.
— Мясо, пиво и это дело, — сказал Койл, — Ну, коли ты спросил, могу я попросить пивка?
— Ванда, — сказал Скализи. — Принеси ему пива. Мы будем в гостиной.
В гостиной трейлера стояли черное кожаное кресло и такая же кушетка. Скализи сел в кресло. Койл с благодарным видом опустился на кушетку. На прилавке, отгораживающем гостиную от столовой, стоял переносной цветной телевизор. Звук был выключен. Диктор шевелил губами и держал перед камерой туристическую карту Гавайских островов.
— Очень славно тут, — заметил Койл, — Мне тоже случалось пару раз залегать на дно, но условия были куда хуже.
— А я не залег на дно, — сказал Скализи. — Я тут живу уже два с половиной года.
— Сочувствую!
— Не надо. Я арендую этот трейлер. Я же бульдозерист. У меня сезонная работа. Хозяин парка в курсе. Он во мне души не чает. Он считает меня подарком судьбы.
— А твоя жена в курсе? — спросил Койл.
— Чего не знаешь, о том голова не болит, — ответил Скализи, — Нет, не в курсе.
— Она считает, что ты торгуешь в Бостоне журналами?
— Не знаю, что она считает, — сказал Скализи. — Я говорю ей, что мне надо ненадолго уехать. И она не задает вопросов.
— Нет, ты посмотри! — удивился Койл. — Надо мне с тобой как-нибудь об этом потолковать. Как же тебе это удается?
— Все дело в доверии! Посмотри ей прямо в глаза и скажи ласково: «Мне надо отъехать ненадолго». Они это съедают вместе с наживкой.
— Надо будет тебе познакомиться с моей женой, — сказал Койл, — Попробуй ты ей скажи что-нибудь подобное, она тебе такую козью морду состроит! Посмотрел бы я на тебя! Нет, определенно надо мне тебя с ней познакомить!
Скализи рассмеялся. Койл мотнул головой в сторону кухни.
— Она тоже очень мила. Где ты ее откопал?
— А, случайно, был как-то в «Арлисс», один парень с ней туда зашел. Мы разговорились. Ну и пошло.
Койл почесал себе промежность.
— Тут у нас жарковато, — сказал Скализи, — Она ходит без штанов. Я спрашиваю — чего без штанов? А она говорит: да нет у меня штанов. Когда готовит, ходит только в колготках. Да в комбинезоне, а штаны не носит.
А я, бывает, подхожу к ней сзади и рукой шасть туда! Она тут же загорается, как спичка. Знаешь, такой бабы сроду не видел.
— Ну и ну, — удивленно сказал Эдди Койл.
— А вообще жизнь клевая. Если не даешь слабину, жизнь клевая!
— А ты сейчас чем занят? — спросил Эдди Койл.
— Смотрел матч с «Брюинз». Классная команда. Когда работаешь на стройке, одно только неудобство. Приходится торчать здесь целыми днями. На игры «Брюинз» не походишь. А жаль, мне этого так не хватает.
— Знаешь, — сказал Эдди Койл, — с телеком оно даже лучше. Я был как-то на стадионе — да ты же помнишь, и я тогда подумал: ну, идет по телеку говенная игра — так выключи и не смотри, займись другим делом. Я об этом еще Джоуну говорил в салуне у Диллона. Он ходил смотреть игру «Силз» и сказал мне: ну, черт возьми, игра была скучнейшая, но что делать? Заплатил за билет — сиди и смотри до конца. Они думают, что могут победить, если начнут скидывать рукавицы да пускать в ход кулаки, а ты сиди и смотри! За билет-то уплачено и уйти жалко!
— Да знаю! — сказал Скализи. — А я скучаю по нашим. Бывало, идешь с утреца рыбачить, вечером заваливаешься на матч. Здорово, а? Здорово было. Мне это нравилось.