Единственное желание. Книга 5 (СИ)

Вилирэн внимательно посмотрела на полукровку.
— Хоть ты мне скажи, что там у вас приключилось такое? Отчего он тебя винить стал? Да и всех вас… Я о том, что Лиэлид мертва, узнала немногим раньше, чем сын домой вернулся. Поначалу даже не поверила. Уж такие нелепости дошли до Орсевилона. Сам знаешь, молва приукрасить любит. И в чародейки её возвели, и будто бы она весь Кирлиэс едва не уничтожила. Разное болтали, а я одно понимала — будь она хоть трижды ведьма, сынок мой её больше жизни любил, и горе такое ему в одиночестве не пережить. Я надеялась, что ты ему опорой будешь в трудный час…
Под её укоризненным взором, Кайл опустил в пол свои синие глаза.
— А он вернулся домой, — продолжила миледи ан Тануил. — Говорить о том, что произошло в столице, не желал наотрез. А я ведь слыхала, что тебя ранили очень тяжело, мальчик мой… Вот и спросила о здоровье твоём. И тут Даларда моего как подменили! Так он осерчал, так взбеленился. Говорит: «Да живой он, живой, Кайл ваш, матушка! Пусть себе живёт и здравствует! Да только при мне имя его поминать больше не смейте! Иначе я с вами разговаривать вовсе не буду. Ни о ком из них, предателей этих подлых, что друзьями моими звались, больше слышать не хочу!»
Хозяйка сокрушённо покачала головой.
— Я-то сразу отступилась. Побоялась его тревожить. А Эрид это тоже услыхала, удивилась, давай его расспрашивать. Но он так и не объяснил ничего. Сказал только: «Они все виноваты. Они смерти ей желали. Они её сгубили, голубку мою белую…» И ушёл, дверью хлопнул. Ох, думала я, время пройдёт — уляжется. Нет, два года почти минуло, а ему всё покоя нет. Я так боялась тебе писать, Кайл. Я не знала, что ты обо мне подумаешь. Может, ты тоже Даларда ненавидишь, и слышать о нас больше не желаешь… Но мне больше некого о помощи просить, некого!
Настя от этих слов владетельницы Орсевилона онемела, а вот Кайл счёл нужным ответить:
— Я действительно перед Далардом очень виноват, миледи. И его обида небезосновательна. Я знал о том, что Лиэлид не та, за кого себя выдаёт, знал, что она лэдрау. И о покушении… догадывался. Но я её не спас, не предотвратил её гибель. А ведь, наверное, мог бы… Просто я понимал, что…
— Ах, мальчик мой, — вздохнула Вилирэн, — Далард ведь и сам это понимает. Понимает, что этой проклятой женщине среди живых людей места нет. Но от этого горе его меньше не стало. Одно дело головой разуметь, другое — сердцу это объяснить… Очень я жалею, что эта ведьма ваше мужское братство разрушила.
— И я об этом сожалею, миледи, — Кайл по-прежнему избегал смотреть в глаза матери своего бывшего друга. — Я знаю, что нам уже никогда не вернуть былого. Даже если однажды Далард сможет простить меня… И, если я смогу помочь вам, возможно, ему будет проще это сделать.
— Миледи Вилирэн, прошу вас, — теперь к женщине обратился Эливерт, — расскажите, что произошло! Как пропала ваша дочь? Не случалось ли чего-то странного накануне? Может быть, ссора…
— Да, конечно, милорд Элиол, — кивнула дама. — Давайте поговорим о том, ради чего вы приехали! Эрид исчезла ночью. Из своей комнаты. Никто не видел, чтобы она покидала замок. Вечером мы с ней сидели здесь, говорили, потом разошлись спать… А наутро она…
— А говорили о чём? Помните? — уточнил Эл.
— Да так, ничего важного… О делах, о Даларде… — пожала плечами хозяйка. — Мы о нём каждый вечер с моей девочкой вспоминали. Она тоже за него беспокоится очень. Словом, всё было, как обычно… Когда Эрид не явилась к завтраку, я послала Иву разбудить дочь, а та прибежала испуганная. Я сначала никак не могла в толк взять, что она такое бормочет. Разве я могла подумать, что мою дочь из собственного дома могут похитить?
— Миледи Вилирэн, а вы мне написали, что было кое-что указывающее достоверно, что девочку увели насильно, — напомнил Северянин.
— Да. В её комнате всё было перевёрнуто вверх дном! Будто она с кем-то боролась. Все вещи разбросаны. Всё растоптано, сломано, разбито. Будто кто-то крушил всё в ярости. Я, когда увидала весь этот беспорядок, никак не могла уразуметь, отчего никто этого не слышал.
 
— Такой грохот ночью должен был по всему замку разлететься… — резонно заметил Орлех.
— Да, об этом я и говорю! — закивала Вилирэн светлой головой. — Но все спали безмятежно и даже не подозревали о том, какая беда на нас свалилась.
Друзья переглянулись многозначительно.
— Да, возможно, и тут без магии не обошлось, — выразил общую догадку Эливерт.
— А ещё, мой милый мальчик, на полу я нашла окровавленный кинжал… — шёпотом сообщила хозяйка замка и добавила, не сдержав слёз: — Я молю теперь Великую Мать об одном — пусть то была кровь похитителя, а не моей несчастной девочки!
— Не сомневаюсь, миледи, что Благословенная услышит ваши молитвы и вернёт вашу дочь живой и здоровой, — поддержал безутешную женщину Эливерт. — А кинжал? Это оружие вашей Эрид?
— Нет, милорд Элиол. Зачем бы ей кинжал в комнате держать? — покачала головой Вилирэн. — Она обычная девочка. У неё никогда не было этих странных склонностей, как у некоторых современных дев… Ну, знаете, разные глупости: обучаться фехтованию, доказывать, что они не слабее мужчин…
— Можно взглянуть на нож? — попросил Ворон.
— Нет, — покачала головой хозяйка. — Я оставила его там, в её комнате. Но через несколько дней он бесследно исчез. Я спрашивала прислугу, кто его унёс, куда и зачем. Никто не признается. Не знаю, кому он мог приглянуться. Да и воровства в моём замке никогда не было. А тут… Я помню очень хорошо, что положила его на комод. Такой небольшой, тонкий, трёхгранный, будто палочка… И рукоять эдакая мерзкая, в виде змеиной головы!
Мужчины снова переглянулись.
— Не встречал таких, — пожал плечами Орлех.
— Мне это тоже не говорит ни о чём, — кивнул полукровка.
— А ведь ещё деньги пропали! — оживилась Вилирэн.
— Тоже из покоев Эрид? — удивился Ворон.
— Нет, часть наших сбережений я держу в комнате, где у меня все бумаги хранятся: книги амбарные, закладные, грамоты торговые. Чтобы землями управлять, много всего нужно записывать. Там у меня сундучок небольшой. Для ближайших трат. Я всегда его запираю на ключ. А в тот день сунулась туда… Я же награду объявила, чтобы Эрид искали усерднее. Смотрю, а у меня два кошеля золота исчезли. Главное, сундук на замке, а денег в нём нет. Полных два кошеля — а в каждом по пять сотен фларенов было.
— Ого, тысяча фларенов золотом — солидная сумма! — ахнул Орлех.
— Миледи Вилирэн, можно распорядиться принести сюда мою дорожную сумку, если это не затруднит вас! — неожиданно попросил Эливерт.
— Конечно, мой мальчик, — кивнула хозяйка. — Кликни Иву сам, пожалуйста! Она тут рядышком была…
Ворон поднялся и вышел в коридор. Настя видела, как он позвал прислугу и что-то негромко ей сказал. Девушка с поклоном исчезла. А вифриец вернулся обратно.
* * * 
15 Тысяча фларенов 
— Миледи Вилирэн, а не было ли у вас в замке каких-то странных гостей, незнакомых людей в последнее время? — продолжал расследование Кайл. — Может быть, кто-то искал Даларда? У Эрид не появлялось новых знакомых, поклонников?
— Нет, Кайл, ты ведь знаешь, у нас гости бывают редко, — покачала головой Вилирэн. — Неужели это сделал кто-то из своих? Но зачем? Если им денег надо, отчего они молчат до сих пор? Отчего не просят заплатить?
— Боюсь, миледи, что похитителей выкуп не интересует… — покачал головой Эливерт. — Скорее всего, вашу девочку украли, чтобы насолить Даларду.
— Моему сыну? Но почему? — искренне изумилась мать Первого рыцаря. — Он ведь само благородство. Разве у него могут быть враги? Да и кто посмеет так сводить счёты. Украсть невинную девушку… У кого же подлости хватит? Она ведь совсем дитя! Кто мог сделать такое, зачем, за что?
— Этот вопрос, миледи, мы в последнее время задаём слишком часто, — вздохнул Кайл. — Исчезновение Эрид, к сожалению, не единственное произошедшее несчастье. Совсем недавно миледи Дэини тоже хотели похитить.