"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Отлично. Заремба, что у нас с тачкой?
— В пределах нормы.
— А поточнее?
После небольшой паузы бортинженер ответил:
— Левый двигатель на тесте выдал легкое снижение мощности магнитного поля. Три десятых процента, в пределах нормы для «Аллисонов» этой серии.
Денис несколько обеспокоено поинтересовался:
— Уверен?
— Все в порядке, командир, я отлично знаю эти движки. Магнитное поле бывает нестабильным, это факт.
Отключившись, Денис стал рассматривать вращающийся барабан жилого модуля, кусочек которого виднелся из-за прицепленного впереди такшипа. Вращение модуля явственно замедлялось ― значит, и правда, скоро в бой.
— «Девятнадцать двадцать шестой», это полетный контроль. Доложите готовность.
Очнувшись от наваждения, Денис сухо отрапортовал:
— Полетный контроль, это «девятнадцать двадцать шестой». К старту готовы.
— Ожидайте команды на вылет, «девятнадцать двадцать шестой».
Их снова вела Вика, и голос ее был столь же сладостен и волнующ. Но сегодня Денис испытал лишь глухое раздражение. И пусть он изначально понимал, сколь призрачны его шансы, все равно слышать ее голос и знать, что она любовница второго помощника «Авера» было выше его сил.
Пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, Денис пробежался пальцами по экрану, выводя информацию о такшипе, и вздрогнул, рассмотрев, что несет в торпедных отсеках. Дурная ревность моментально вылетела из головы, Денис включил командный канал дивизиона:
— Здесь «два четвертый».
Марченко ответил не сразу, видимо занятый радиопереговорами с более высоким начальством. Денису секунд сорок пришлось повисеть на связи, прежде чем в наушниках раздался глуховатый голос комдива:
— Слушаю, «два четвертый».
За время ожидания эмоции Дениса поулеглись, и потому спросил он почти спокойно:
— Господин капитан второго ранга, вместо ВБ-20, мне подвесили «Расплату». Это ошибка?
Но Марченко развеял его надежды:
— Все правильно, Демин. Тебе и «два третьему» загрузили ядерные боеприпасы. На всякий случай, если сопротивление на планете превысит возможности штурмовых частей. Тогда вы сотрете этот полуостров ко всем чертям! Ну а если все пойдет по плану, сбросите по завершению всей операции.
От обиды голос Дениса едва не сорвался:
— Мы что, не будем принимать участия в операции? Так и проторчим на орбите все время?
— Не навоевался еще, парень? — Голос Марченко стал по-отечески теплым. — Не волнуйся, война будет долгой. Успеешь получить свои награды. Все уже решено, лейтенант, конец связи!
Денис посидел еще немного, приходя в себя, затем включил общую связь:
— Поздравляю, нам загрузили ядерные заряды!
Заремба и Стюарт все поняли сразу, а вот Ольсен переспросил:
— И что из этого следует?
Пока Денис думал, как объяснить, первым успел многоопытный бортинженер:
— А то, что вниз мы не пойдем, будем болтаться на орбите. На всякий случай. Так, командир?
Денис угрюмо подтвердил:
— Именно так. Будем прохлаждаться, пока наши внизу валят этих ублюдков!
И только Стюарт промолчал. В последнее время Денис не мог предсказать ход мыслей друга. После побоища на орбите Иллиона, тот частенько замыкался в себе. Периоды веселья сменялись у него периодами мрачной погруженности в себя. Они менялись все, но изменения Стюарта тревожили Дениса сильнее всего.
— Дивизион, приготовиться к старту!
Первая тройка такшипов, пыхнув маневровыми, отделилась от носителя, и почти сразу включила маршевые. Едва за ними потух факел выхлопа, стартовала вторая тройка.
— Ольсен, готовность?
— Готов.
Они стартовали в четвертой тройке. Денис увидел, как у пристыкованного перед ними такшипа отошли причальные штанги, и крутанулись сигары маневровых двигателей на концах крыльев. Потом компьютер притушил фрагмент изображения, сберегая глаза командира от ослепительной вспышки выхлопа, и такшип стал неторопливо удаляться от «Авера». Ну вот, сейчас настанет их черед.
Взлетевший перед ними корабль, полыхнул маршевым и рванул, как выпущенный из пращи камень, пилот зачем-то дал не менее двух гравов тяги.
 
— «Девятнадцать двадцать шестой», старт!
— Старт!
Едва заметная дрожь отстыковавшихся штанг, и куда более ощутимый толчок снизу от сработавших маневровых. Чтобы не повредить внешнюю обшивку носителя, стартовать старались на малой тяге, но даже такие толчки с непривычки могли быть вполне ощутимыми. Денис вспомнил, как при первом вылете расслабился и едва не вывихнул шею. И хоть казалось, что миновали годы, на самом деле прошло чуть более двух лет. В мирное время он бы все еще учился на пилота, а не командовал собственным тактическим кораблем. Война многое поменяла, и даже страшно представить, что она поменяет еще.
Их дивизион выстраивался в паре сотен километров от носителя. Там, где должна была собраться вся взлетевшая дивизия. Денис от нечего делать переключил левую стену на камеру заднего обзора и примерно с минуту любовался яркими выхлопами маневрирующих возле «Авера» такшипов. До выхода на орбиту оставалось еще около получаса, так что времени было с избытком.
— Внимание, дивизия! — Ди Митров говорил быстро, видимо озвучивая только что принятое решение. — Первый дивизион идет вслед за АКИ. Их задача ― подавить системы противокосмической обороны, выявленные истребителями. Остальные распределяются по круговой орбите так, чтобы каждый из полудивизионов находился максимум в четверти часа от места операции. И еще, расчет траекторий получите из штаба, а то опять кто в лес кто по дрова расползетесь, навигаторы хреновы! Конец связи.
— Стю, это где мы висеть будем?
— На полуторачасовой, наверное.
Денис наспех посчитал в уме.
— Это же почти в атмосфере? Придется рабочее тело на коррекцию орбиты тратить.
Стюарт беззаботно опроверг:
— Да уж пару суток и без коррекции провисим.
— Думаешь, десант справится так быстро?
— Дэн, здесь все три дивизии ВКС! На Большом Шраме справились одной, а он колонизирован без малого двести лет назад. И населения там пять миллионов!
— Здесь не люди-колонисты. Вспомни, как нас порвали в первом столкновении! А если у них и наземные войска такие?
Слегка опешив от его напора, Стюарт поинтересовался:
— Дэн, ты в порядке?
Денис резко осекся, поняв, что только что едва не потерял над собой контроль. Что чуть было не выпустил наружу мысли, которые терзали его все последнее время. Мысли о том, что десант будет уничтожен, а флот попадет в ловушку. Что вся эта чертова планета ― одна большая, гибельная для них ловушка!..
Стоп, стоп! Денис едва не зарычал от усилия, с которым сжал подлокотники. Такие мысли лишают воли к битве, а это может привести к гибели. И его самого, и всего экипажа. Денис несколько раз глубоко вздохнул, прочищая сознание, и придал голосу спокойной уверенности:
— Нельзя недооценивать противника, Стю. Ты, пока есть время, составь график коррекций орбиты для недельного пребывания. С учетом максимальной экономии рабочего тела естественно.
Даже не видя лица друга, Денис представлял, насколько тот раздосадован. Но в тон ответа не просочилось ни капельки терзавших Бэйна чувств.
— Будет сделано, командир!
Денис даже испытал некоторое смущение, словно в чем-то превысил полномочия. Все-таки не очень хорошо, когда командира и подчиненного связывают дружеские узы. Это так плохо для службы.
К формации тем временем пристраивались последние стартовавшие такшипы. Выстроившись шестью ромбами в два ряда, сорок восемь тактических кораблей ожидали дальнейших распоряжений.
— Дивизион, готовимся к коррекции траектории, выходим на орбиту.
Да, флот подошел уже совсем близко к планете, пришла пора гасить скорость и выходить на круговую. Скорее всего, отдельно от всего остального флота. Тяжелым кораблям нечего делать на низкой орбите. Прикрыть огнем планетарные силы сквозь щит атмосферы они не смогут, а разведывательные функции с легкостью выполнят кружащиеся в небе такшипы.