"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

К счастью в своем новом пилоте, Денис был уверен. Прошедший ту же подготовку, что и он сам, третий лейтенант Ольсен на «триста пятых» летать умел. По крайней мере, не хуже, чем сам Денис.
Пережившие первое сражение экипажи заняли свои места быстро и без суеты. Новички же какое-то время возились, распределяясь по рядам кресел, многие из них были на борту «Авера» впервые. И к удивлению Дениса, на сей раз Ди Митров терпеливо ожидал, пока все рассядутся. Зато Ляо Син ощутимо нервничал и начал, едва последний из космонавтов занял свое место:
— Господа, через три с небольшим часа нам предстоит боевое столкновение с аспайрами. Противник это страшный, но и мы приняли ряд мер, чтобы достойно их встретить. Прошу учесть, что теперь мы знаем, с кем придется столкнуться, и чего следует ожидать.
Подполковник повернулся вполоборота к включившемуся экрану и указал на трехмерные модели вражеских кораблей.
— Мы пришли к выводу, что все корабли во флоте аспайров узкоспециализированы, каждый из них занимает свою, определенную нишу и выполняет свойственные только ему задачи. Это позволяет добиваться очень высокой эффективности в действиях флота, но в тоже время, каждый корабль по отдельности, легкая мишень!
Из зала выкрикнули:
— А как же два линкора, что уничтожили крейсера в системе Каштуры? Они тоже летали в симбиозе?
Ляо Син даже не запнулся, моментально развернувшись лицом к смельчаку:
— Мы считаем, что в системе Каштуры было столкновение с аналогами наших крейсеров, сама специфика применения которых требует индивидуализма. Дальнюю разведку или операции в тылу противника легче проводить одиночными кораблями, нежели гонять туда целый ударный флот. Еще вопросы? Нет? Тогда я продолжу.
Голос Ляо Сина, мастерски играющий оттенками эмоций, успокаивал и придавал сил. Денис мельком задал себе вопрос, было ли это врожденной способностью подполковника, или этому учили всех офицеров военной разведки?
— Попрошу обратить внимание на экран за моей спиной.
Одна из моделей чужих кораблей увеличилась, заслонив остальные. Денис почти сразу опознал в ней тот самый корабль, который видел в прицеле. Его округлые бока с минимумом выступающих частей перепутать с чем-то еще было очень сложно.
— По данным сенсоров, от этого корабля к «эсминцам», о которых разговор будет особый, тянулись мощные потоки энергии. Мы подозреваем лучевую передачу энергии. Скорее всего, этот корабль — главная энергостанция флота чужих. Именно поэтому ее повреждение привело к тому, что практически победившие аспайры столь внезапно вышли из боя. — Ляо Син сменил картинку. — Следующий знакомец, это «эсминец», прошу любить и жаловать.
Энергостанция уступила место «карандашу» эсминца. Длинный и тонкий, с небольшим выступом ближе к корме, четверть километра в длину, судя по масштабной линейке, — меньше всего «эсминец» напоминал боевой корабль.
— А это, господа, плазменное орудие аспайров.
В зале поднялся легкий гул удивленных возгласов. Денис и сам удивленно присвистнул: концепция космического корабля, как отдельного орудия, была для присутствующих в новинку. Ляо Син подтвердил сказанное:
— Да, это не более чем орудие с маломощными маневровыми двигателями. Там даже нет нормального реактора, большую часть энергии эта пушка получает с центральной энергостанции. На самом «эсминце» храниться запас на один-два выстрела, не больше.
«Пушку» сменил другой корабль, чем-то смахивающий на гантель с небольшими дисками по краям.
— А это их носитель, к которому «пушки» пристыковались перед тем, как аспайры начали разгон. Их во вражеском флоте две штуки, каждый несет по восемь «пушек». Пять мы сумели уничтожить, следовательно, их огневая мощь теперь составляет не более двух третей от первоначальной.
Ляо Син дал пару секунд осмыслить сказанное и легким движением кисти сменил изображение. Денис задумчиво вгляделся в изящные, каплевидные очертания чужого корабля. Ассоциаций не возникало, большинство чужих кораблей были для него не более чем отметками на радаре. В оптическом диапазоне он видел только энергостанцию, видел, когда наводил на нее лазер такшипа.
 
— Это те самые ракетные крейсера, с которых был совершен запуск торпедного роя. Учитывая их относительно небольшие размеры, скорее всего это корабли «одного залпа». И последний распознанный нами тип корабля, это так называемый «постановщик щита». Самый крупный по размерам корабль в эскадре.
Подполковник стер модель и выпрямился в кресле.
— Исходя из имеющейся информации, приоритетной целью флота будет энергостанция. Мы считаем, что если сумеем уничтожить или сильно повредить ее, то аспайры снова выйдут из боя. А, учитывая их техническое превосходство, это будет лучшим из возможных исходов.
Резон в сказанном был, если им снова удастся поразить энергостанцию, то жуткая огневая мощь врага практически сойдет на нет. И останутся только ракетные крейсера, способные одномоментно насытить пространство совершенно неприличным количеством торпед. Но Денис слышал, что техники обсуждали несколько предложенных способов борьбы против одной, хоть и многочисленной волны ракет. И очень хотелось надеяться, что сработает хотя бы один из них. Он украдкой бросил взгляд на свой экипаж и обалдел, поняв, что Заремба откровенно клюет носом. Ткнуть бортинженера новоиспеченный командир не успел, подполковник продолжил знакомить с вводной:
— Теперь к текущей ситуации. Вражеский флот в двухстах минутах полета, и наши расчеты показывают, что они собираются выйти на околопланетную орбиту. По крайней мере, иначе даже при их тяговооруженности будет довольно затруднительно обойти планету на нужном расстоянии. А если мы правы, то это их очень большая ошибка, господа. Бой на небольших расстояниях и скоростях нам только на руку. Но думаю, о ходе ведения боя лучше расскажет ваш командир.
— Благодарю, господин полковник. — Ди Митров стер предыдущую картинку и вывел свою, изображающую околопланетное пространство Иллиона и расположенные вокруг него немногочисленные объекты. Яркие цвета, отмечавшие орбитальные заводы и боевую платформу, на секунду оживили усталое лицо капитана второго ранга. — Я бы не рассчитывал на глупость наших врагов, господин полковник, расчеты могут оказаться ошибочными. В любом случае, штаб флота разработал два основных плана проведения операции.
На экране появилась новая группа точек, изображавшая корабли Второго ударного флота. От крупных отметок отделилось две кучки более мелких, и флот стал маневрировать, стараясь скрыться от огибающего планету флота аспайров.
— В случае классической атаки на планету, когда они постараются выманить нас из-под ее защиты, постараться максимально долго оставаться там, и лишь когда противник подойдет на дистанцию уверенного поражения нашим оружием, атаковать. В этом случае такшипам снова придется выйти из-за горизонта планеты первыми, атаковать торпедным оружием, и принять меры по перехвату ответного роя. Ну а дальше по обстоятельствам, расписать подробнее не представляется возможным. Расстояние слишком маленькое, и, скорее всего, нас ждет собачья свалка. Что не хуже, господа, малая дистанция нивелирует разницу в технологиях.
Ди Митров вновь сменил изображение. Теперь аспайры тормозились и выходили на высокую орбиту Иллиона. Зеленые точки человеческих кораблей вырывались из-за горизонта, а часть маленьких, изображающих такшипы, и вовсе пронзала атмосферу по хорде, выныривая прямиком среди вражеского ордера.
— Если же события сложатся, как описал господин полковник, то часть наших такшипов, пилотируемая наиболее опытными экипажами, пройдет через атмосферу, и одновременно с выходом флота из-за горизонта планеты нанесет удар прямо в подбрюшье аспайров. Новички при таком раскладе остаются прикрывать ядро флота. В атаку идут четыре первых дивизиона от нас и четыре с «Фон Брауна». Такшипы, укомплектованные местными экипажами, в этом случае стартуют с поверхности на бустерах.
Денис рефлекторно поежился. Теоретически атмосферный таранный щит мог выдержать такие испытания, но орбитальная скорость в атмосфере! Им же придется пройти тысяч пять километров, а это больше часа на орбитальной скорости! Никто и никогда не рассчитывал АТЩ на столь длительные нагрузки. Остальным тоже явно стало не по себе, и Ди Митров, тут же уловивший изменение эмоционального фона, поспешил успокоить: