"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Тот молча поставил перед ним стопку.
— Налей половинку. Что за коньяк хоть?
Вместо Стюарта со вздохом ответил Кшиштинский. Тон его, как и частенько, выражал предельную тоску от глупости экипажа.
— Это не коньяк, а виноградный бренди. И пить его из водочных стопок не стоит. — Командир постучал по спрятанному в столешнице сенсору вызова. — Милая, будь любезна, принеси три коньячных бокала.
— Четыре, — вдруг глухо проронил со своего места Заремба. Девушки же хранили молчание, наблюдая.
Дождавшись, пока официантка принесет четыре бокала, похожих формой на тюльпаны, Кшиштинский быстрыми, ловкими движениями разлил коньяк.
— В древности считалось, что бренди следует подогревать, например долго держа бокал в ладонях. Но на самом деле, лучший вкус и аромат получается при температуре в шестнадцать градусов. — С этими словами он провел пальцем по ножке своего бокала, регулируя термостат на легкое охлаждение. — Разбирайте.
Денис дотянулся до ближайшего и, нащупав на ножке полоску термостата, установил ее чуть ниже середины шкалы. Краем глаза он косился на сидящую справа от него Марию. Девушка скучающе попивала из бокала шампанское, и казалось, ее нисколько не интересует происходящее за столиком.
Стюарт, ухватив свой «тюльпан», поднял его.
— Итак, я хочу предложить тост за фронтир, где живут самые яркие женщины!
Они по очереди стукнулись бокалами, и Денис осторожно принюхался к плещущемуся в сосуде напитку. Судя по бутылке, бренди изготовили на Иллионе, а местного алкоголя пить ему еще не приходилось. Впрочем, на его непритязательный вкус в производстве виноградных бренди тут знали толк. Аромат обещал наслаждение, спиртовой жгучести не чуялось совершенно, пахло немного солнцем, виноградом, теплом. Денис сделал небольшой глоток и, погоняв бренди во рту, проглотил. В первый момент он не почуял ничего, а потом пришло пряное послевкусие.
— Я и не знал, что у вас растет виноград, — сказал он, посмотрев на все столь же безразличную ко всему Марию.
И девушка, чуть повернув к нему голову, ответила:
— В предгорьях хорошие почвы, там, на склонах разбиты большие виноградники. И почти все они принадлежат отцу Кэт.
Денис по новому посмотрел на Кэт, льнущую к Стюарту. Та, услышав слова подруги, пододвинула к себе бутылку и отрицательно помотала головой.
— «Сан Коэльо», нет, это не из нашего винограда. Да и вообще не из окрестностей. Если склероз не врет, эту марку делают в Мерионе.
Мария тихо пояснила:
— Это город по ту сторону залива. Старейший на Иллионе, столицей не стал по чистой случайности, — она хихикнула, впервые за все время знакомства проявив хоть какие-то эмоции. — Говорят, даже здание совета построили, но главе колониальной администрации в нем на голову кирпич упал, он и передумал. Перенес столицу в Идоменей.
На другой стороне стола раздался приглушенный смешок Кшиштинского.
— Оригинальное, кстати, название для столицы Иллиона.
О чем он говорил, Денис не имел ни малейшего понятия, поэтому снова перенес свое внимание на соседку.
— Ты ведь тоже пилот?
— Тоже, — она даже не повернулась к нему, лишь снова отхлебнула шампанского. — Орбитальный буксир «Акбай-3МК», слышал о таком?
К стыду своему, слышать о таком корабле Денису не приходилось. В чем он, секунду поколебавшись, и признался. Девушка улыбнулась.
— У вас в метрополии они уже давным-давно списаны в лом. А у нас еще летают.
— Я тоже пилот.
— Ну, это я поняла. Друг у тебя навигатор, мне Кэт говорила, командира и бортинженера он представил, следовательно, ты пилот. У «триста пятых» четыре человека в экипаже.
— Ого! — искренне поразился Денис. — Ты и в этом разбираешься?
— Естественно, я с детства мечтала о космосе, читала много. Все, что имелось в инфосфере о флоте, прочитала! У нас мало кораблей, и конкурс весьма велик. Чтобы получить лицензию мне пришлось стать лучшей.
— Похоже, у тебя это получилось, — протянул Денис.
— Спасибо. — Мария вновь потеряла к нему интерес.
— По второй, господа и дамы? — неугомонный Стюарт многозначительно постукивал по бутылке.
 
Они выпили еще по одной. Компания уже начала распадаться на парочки. Блондинка Аннет, что-то вдохновенно шептала Зарембе на ухо. Хелен вовсю заигрывала с улыбающимся командиром. В сторону Кэт и Стюарта Денис предпочитал совсем не смотреть. А его соседка все так же сидела, погруженная в свои мысли.
Они выпили еще по порции коньяка, прикончив бутылку. У Дениса, отвыкшего от крепкого алкоголя, зашумело в голове, бренди горячил кровь, придавал смелости. И он решил предпринять еще одну попытку. Но в голову лезли одни глупости, чересчур корявые или пошлые.
— Мария, ты очень грациозно двигаешься. Занималась танцами?
Реакция Марии его удивила. Девушка слегка переменилась в лице.
— Нет, это у меня от природы. — Она встала из за стола. — Прошу извинить, у меня еще есть дела. Девочки, мальчики, хорошо вам отдохнуть. Кэт, я завтра позвоню.
Денис со слегка отпавшей челюстью проводил ее взглядом. Она быстро пересекла зал, и скрылась за дверью. Вот и отдохнул! Результат — три пары и неудачник! Чувствуя предельное разочарование и пряча взгляд, Денис деланно улыбнулся и потянулся к сиротливо стоящему на столе холодному графину с водкой.
— Еще по одной?
Но его руку перехватила лапища Зарембы.
— Парень, а ты чего девушку одну отпустил? Сходи-ка, проводи!
— Да где я ее теперь найду? — попытался вырваться Денис, но хватка бортинженера была стальной.
— Ты уж постарайся, — проникновенно посоветовал Заремба, а Кшиштинский просто кивнул и указал на дверь.
— Топай. Если что, мы будем на связи.
Делать было нечего, провожаемый взглядами друзей и оставшихся девушек, Денис встал и побрел к выходу. Где искать Марию, он не имел ни малейшего понятия. Совершенно не зная поселка, не представляя, куда она могла направиться, свои шансы отыскать ее он оценивал как призрачные. И в голове был только один вопрос, что именно в его словах вызвало такую странную реакцию девушки?
Он вырвался из кондиционированной прохлады кафе на залитую светом набережную. На поясе тут же загудело, и голову стал обдувать освежающий ветерок — за то время, что они просидели в кафе, на улице стало довольно жарко. Но, несмотря на жару, народу меньше не стало. Толпа, в своей мешанине похожая на броуновское движение молекул, все также бурлила от прибрежной решетки до линии двухэтажных особняков. И где в этой толпе искать Марию?
Машинально Денис вышел на набережную и облокотился о перила парапета. Берег, насколько хватало глаз, был забран в бетон, возвышая набережную метра на три над рекой. И внизу, покачиваясь на волнах, плавали завезенные с Земли чайки. Много чаек, ведь столпившиеся у ограждения люди бросали им куски хлеба, поэтому внизу царили настоящие Содом и Гоморра. Дорвавшиеся до дармового угощения птицы устроили драку, с пронзительными криками отбирая друг у друга особо лакомые куски.
И эта суматоха внизу окончательно убила для Дениса всю прелесть царящего праздника. Теперь толпа вокруг воспринималась банальным сборищем не совсем трезвых, громко болтающих и яростно жестикулирующих людей. А подобные толпы Денис не переносил с ранней юности. И что теперь, вернуться обратно в кафе и смотреть, как обнимаются его товарищи? Или податься обратно на базу? Уж лучше второе. Быть одиночкой в компании нескольких парочек не самое приятное занятие. Там ему останется разве что нажраться и на следующий день принять положенную дозу похмельных страданий.
Решено, он возвращается на базу! Зарезервирует на «Гекате» сауну и прекрасно проведет сегодняшний вечер — в жаре и одиночестве, с пивом. Приняв решение, Денис освободил место у ограждения какому-то толстяку в шортах и пошел вдоль набережной, держась под сенью деревьев. Здесь тоже росли сосны, чему он немало удивлялся в первые дни. На этих широтах, казалось, самое то произрастать пальмам, но почти все леса, что попадались ему у «Гекаты», состояли преимущественно из сосен. Вот и эта аллея вдоль реки была сосновой — из высоченных, прямых как мачты, деревьев.