"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Гиллард вспомнил, что слышал о происхождении упомянутого места – древние войны, маг народа дэйлор, испепеливший себя, людскую армию и лес на пару лиг. И по сей день красовалась большая проплешина среди Мелколесья, старый шрам от ожога; за долгие годы ни одного дерева не выросло на земле, опаленной пламенем ненависти…
Миртс начала плавно снижаться. Пояснила:
– Утро близится. Да и устала я, Гил.
– Мы летим прямо на Пустошь? – только и спросил он.
– Ну да. Мне свои крылья тоже жалко, чтобы драть их о ветки.
…Мелколесье встретило их настороженной, грустной тишиной, предваряющей рассвет. Пока Гиллард разминал затекшее тело, Миртс обрела вполне дэйлорский вид и принялась одеваться.
– Наверное, дальше мы уже не полетим. Мы совсем недалеко от Дэйлорона… Вернее, от того, что им когда-то было, – глухо поясняла она, – а там, чтобы добраться до Гнезда… Норл научил меня пользоваться камнями порталов, даже в моем нынешнем положении…
Гиллард вздохнул. Разумеется, то, о чем говорила Миртс, было крайне интересно, но – недовольно бурчащий желудок требовал пищи. Которой, естественно, по близости не было – да и быть не могло, слишком далеко человеческое жилье… Он вспомнил о хлебной краюхе, украденной прошлой ночью у спящего свинопаса и пожалел о том, что съел ее всю сразу.
Между тем вампиресса, казалось, поняла его состояние. Заговорщицки подмигнула сапфировым глазом.
– Пойдем, Гил. Будет день, будет тебе пища. Я ж тоже живая, и тоже, знаешь ли, голодная.
Миртс не обманула. Когда подыскали уютное местечко для дневного отдыха, она уселась на землю, подкатила глаза и замерла, как изваяние. Гиллард молча ждал. И, не прошло и нескольких минут, как из ближайших кустов появился поджарый заяц. Тело Миртс будто расплылось в предрассветной дымке – и вот уже дичь в зубах темной нелюди. Гил невольно отвернулся; нет, вовсе не потому, что боялся вида крови. Просто, чтобы не смущать даму…
– Ну, все, я пошла спать, – объявила Миртс, – зайца-то зажарь. Он еще вполне съедобен.
Гиллард вздохнул и занялся дичью.
… Когда солнце поднялось и осушило слезы, что оставила на траве ночь, заяц уже жарился над огнем. Гил сидел рядом, обхватив колени руками, и, сквозь просветы меж деревьев глядел на Огневую Пустошь.
Место это казалось ему слишком печальным и безжизненным. Много веков назад здесь бушевал огонь но, казалось, до сих пор слышны вопли тех, кто навсегда остался в запекшемся горячем пепле. И не осталось ни правых, ни виноватых; все поглотило время.
«Когда-нибудь время поглотит и нас», – грустно подумал Гиллард, – «и никто не вспомнит о тех, кто сейчас жив».
Настроение испортилось окончательно. Без всякого аппетита пожевав пахнущей дымом зайчатины, Гил улегся под деревом. Но сон не шел, мысли сами собой возвращались к проклятому месту, древнему шраму на теле мира. И в шепот ветра вплетались далекие крики, полные боли и ужаса перед неотвратимым.
Гиллард поднялся и, чтобы хоть чем-то себя занять, принялся собирать живые компоненты для своих магических взаимодействий.
«Если уж тебя так печалит Огневая Пустошь, то что же будет, когда доберешься до Дэйлорона, отравленного, растоптанного и уничтоженного по прихоти одного-единственного человека?»
Он не спеша, вдумчиво плел косичку из травы, не забывая привязывать к ней мелкие щепочки и пучки хвои. Линии Силы послушно ложились одна на другую, образуя взаимодействие, от которого можно было порождать огненные заклятья. Гиллард связал концы травяной плетенки – получился аккуратный браслет. Теперь, если одеть его на ту же руку, где перстень с изумрудом… И Гил в который раз пожалел, что нет при себе письменных принадлежностей, чтобы заносить на пергамент свои наблюдения за магией живых компонентов.
Его мысли вернулись к ведьме Миральде, оставившей своему сыну медальон и кольцо. Были ли это ее личные вещи? Или они ранее принадлежали кому-нибудь еще? Пожалуй, стоит об этом спросить у Миртс, коль скоро вампиресса была знакома с ведьмой…
Костерок начал гаснуть, и Гиллард наклонился, чтобы подбросить хвороста.
 
Что-то горячо пыхнуло, обдав жаром спину; Гил от неожиданности попросту завалился набок и… Совершенно случайно увидел, как между деревьями мелькнула темная фигура. До боли напоминающая мага Закрытого города в традиционном одеянии.
И этот неизвестный маг, выходит, только что атаковал!
От изумления потеряв дар речи, Гиллард рванулся вбок, уходя от частой цепи расцветших в воздухе огненных цветков. Все это… совершенно не умещалось в голове. Маг Закрытого города – и атакует? Своего же?!!
«А, ты совсем забыл, Гил, что много чего выболтал императору и его ведуну! Кому это понравится? Уж не Магистру, точно…»
Еще один шар огня ударил в ствол сосны, как раз туда, где за миг до этого находился Гиллард. Темная фигура снова мелькнула среди деревьев, замышляя очередной маневр.
«И он приказал меня убить?!! Невозможно!»
Но тоненький, едва слышный голосок уже подсказывал Гилу, что – возможно. Очень даже. Два проступка для мага Закрытого города – это уже слишком, даже если этот маг был одним из самых лучших учеников…
«А ты, дурачок, хотел вернуться в Закрытый город!»
Гил стиснул зубы. Невероятным, запредельным усилием бросил свое тело в самую гущу орешника. Сейчас главное – скрыться из виду, потеряться. А дальше?
– А дальше – тебе придется его убить, Гил, – промурлыкал голос. Бесплотный женский голос, который уже не раз заговаривал с ним, делая намеки – но никогда не договаривая до конца.
– Да кто ты такая?!! – яростно огрызнулся Гиллард, – хоть бы раз показалась!
– Ты все увидишь. Позже. В гнезде Куниц.
Он пополз вперед, стараясь не шуметь. С какой стороны ни глянь – а ведь голос прав, и сейчас придется либо расправиться с подосланным убийцей, либо… Погибнуть самому.
Маневр удался, да так хорошо, что Гиллард и сам не ожидал. Маг Закрытого города стоял, прислонившись спиной к кряжистому дубу и, вероятно, полагал, что Гиллард должен находиться совсем с другой стороны.
«Ну что ж… Прости меня, брат».
Сила потекла из плетеного браслета, собираясь тяжелыми каплями в пальцах; Гиллард, прицелившись, толкнул ее вперед, большим лохматым шаром… Все, что успел сделать подосланный убийца – это вскрикнуть, поднять руку, для отражения заклятья… Но – было слишком поздно. Сила удара оказалась столь велика, что мага словно вдавило в дерево. Завоняло паленым мясом, поплыл густой дым.
Гиллард поспешно выбрался из своего убежища, бросился к содрогающемуся в агонии телу – и его тут же стошнило.
Нет, конечно же, маг Закрытого города знал, чисто теоретически, что шар огня с легкостью прожигает человеческую плоть. Но – до сего дня Гиллард никогда, ни разу не видел результата действия этого заклятья. Все, что происходило в Закрытом городе, строилось на основе экспериментов и умозаключений. Все, что случилось сейчас – слишком разительно отличалось от того, к чему привык маг Гиллард Накори.
– П… прости… – с трудом выдавил он, стараясь не смотреть в застывшие глаза убитого, – прости меня… Ведь ты ни в чем не виноват. Да пребудет с тобой Хаттар.
Его бил озноб, руки тряслись, и зубы выстукивали барабанную дробь.
Похоже, пути в Закрытый город больше не было.
  
Глава 8
 
Северная провинция Империи
 
…К утру стало ясно, что у Гора начался жар, и что, хочешь – не хочешь, придется сделать привал. Глядя, как он тяжело слез с коня, Миральда только покачала головой. Везение в который раз решило обойти их стороной.
– Почему мы остановились? – только и пробормотал имн, – я готов следовать за тобой дальше.
– Мы передохнем и продолжим наш путь, – выдохнула ночница, – а сейчас ложись-ка, Гор. Я поищу нужные травы, чтобы тебе стало легче.
Она сама привязала коня, не забыв потрепать его по холке; животное глядело на нее со страхом, но не бесилось и не пыталось вырваться. Миральда даже расседлала его и, припоминая опыт человеческой жизни, обтерла сухой тряпкой. Затем, предоставив коньку право выбирать между кустом лещины и просто травой под ногами, ночница занялась поисками компонентов, из которых она могла бы приготовить снадобье для своего верного спутника.