"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Живо! – рявкнул Ильверс, – вы мне только мешаете!
И они метнулись прочь, в молчаливое сплетение коридоров. Оставалось только надеяться, что внутри их не поджидал такой же многочисленный отряд… Разумеется, там будет прислуга, но Ильверс не сомневался, что с ними Тиннат управится.
… Еще одна стрела погладила макушку, и дэйлор понял, что времени совсем не осталось. Ближайший латник находился не далее, чем в десяти шагах от крыльца; Ильверс даже рассмотрел его лицо – разгоряченное, раскрасневшееся, с щегольски закрученными черными усиками.
«Ну, мы еще поглядим, кто кого», – усмехнулся дэйлор. Конечно, с людской магией вышло страшное недоразумение, но уж Сила Отражений его не подведет.
Он играючи подхватил целый пласт прозрачно-черной субстанции и, словно простыню, набросил ее на дверной проем. Этого должно было хватить… на некоторое время… Не оглядываясь, бросился вдогонку за Лисицей и Малышом.
За спиной раздался первый вопль, затем еще, и еще… Но Ильверс уже не обращал на них внимания – его «стена» продержится какое-то время, до тех пор, пока не напитается людской кровью, а затем отвалится, как сытая пиявка, открывая дорогу…
Он устремился вперед, по сверкающему чистотой и роскошью коридору, стараясь не оскользнуться на полированных плитах пола. Откуда-то сбоку вынырнул заспанный мужчина, неуклюже махнул топориком – но Ильверс проворно нырнул ему под руку и послал в жирную, заросшую темным волосом грудь молнию. Завоняло паленым, и бравый малый, выронив оружие, распластался на полу без чувств.
Впереди, за поворотом, раздалось звяканье стали; верно, Тиннат все-таки встретила какое-то сопротивление. Дэйлор прибавил ходу, заскользив, вынырнул прямехонько к месту схватки. По левую руку уже белел холл, по правую – Лисица рубилась сразу с тремя латниками, поджидавшими внутри. Малыш пытался отвлечь их на себя, размахивая ножом, но каждый раз его умело отшвыривали к стене.
– Ложись! – крикнул Ильверс.
И, от всего сердца надеясь, что его услышат и поймут, плеснул черной Силой вокруг, щедро разбрасывая брызги.
Гремя латами, стражи повалились на пол.
– Что… ты с ними сделал? – прохрипела Лисица, вставая на ноги, – убил?
– Не знаю… Давайте, скорее… Может, мы еще успеем…
– Не понимаю, все равно не понимаю! – Лисица тревожно посмотрела на него, – ты думал, что если мы будем выходить через парадный подъезд, то спокойно доберемся до ворот? Упырь тебя раздери, Ильверс! С какой стати?!!
Он, не отвечая, закрыл глаза.
Та-ак… Черная перепонка, закрывавшая вход, рухнула, и латники, подогретые запахом крови своих товарищей, ринулись внутрь. К парадному спешили единицы; и это в самом деле была огромная удача – такая, что Ильверс даже не ожидал.
– Вперед, – он рванулся к белоснежному холлу, – мы успеем.
И последним движением воли обрушил балку, что поддерживала потолок у черного входа.
Это далось нелегко; перед глазами потемнело, и, не подхвати его Тиннат под руку, непременно бы грохнулся на каменный пол.
– Да что это с тобой? Малыш, хватай его, тащим… Ну же, давай, давай!
Но ноги казались двумя тюками соломы; Ильверс задыхался, перед глазами метались алые пятна.
– Ну, иди же! – взмолилась Лисица, – там, впереди, еще охрана…
Он не совсем понял, как оказался перед высокими дверьми. Только краем глаза заметил, как Тиннат широким росчерком меча уложила горе-стража. Малыш засопел от напряжения, волоча его на себе, но уже в следующий миг плечо подставила Лисица.
– Я… сам… – пропыхтел дэйлор, с трудом переставляя ноги. И кто бы мог подумать, что дальнее воздействие окажется столь изматывающим?
– Я вижу, как ты «сам», – ехидно заметила Тиннат.
И толкнула деревянную створку. В лицо ударил промозглый зимний ветер, стало значительно легче идти. А откуда-то снова бежали латники, и Ильверсу показалось, что нет им числа…
Еще один кокон силы в руках – и два человека лежат, распластавшись на аккуратной дорожке. И он почти не чувствует, как Тиннат и Малыш волокут его к высоченным воротам. Которые, естественно, заперты.
 
– Малыш, держи его, – прохрипела Лисица и куда-то выскользнула из-под плеча. Опять звон мечей, крики, захлебывающиеся в крови – и она возвращается.
А высокие чугунные створки уже совсем близко. Ильверс зажмурился, рванул на себя тяжелый, почти неподъемный пласт Силы – и, обливаясь потом, швырнул ее вперед, расчищая дорогу.
Получился огромный черный ком, несущийся к тяжелым воротам. Он с хрустом проломил их, – получилась аккуратная круглая дыра с оплавленными краями, и расплескался, повис липкими каплями на литье.
– Ильв… За нами идут, – только и заметила Тиннат, – ты можешь сделать еще что-нибудь?
Он кивнул. Хотя это было сложно… Собрал поблескивающие капли и, обернувшись, бросил в преследователей синий огонь, пожирающий все на своем пути.
Когда они уже нырнули в лаз, Ильверс устало закрыл глаза – и погрузился с головой в вязкую, жадную темень без ощущений.
* * *
– Ну-с… Как поживает наш Маг-Ходячая-Смерть?
Томми Ловкач зло пнул подвернувшийся под ноги табурет, прошелся по комнате, раздражающе хрустя пальцами. Его глазки маслянисто поблескивали, на губах – кривая, не предвещающая ничего хорошего ухмылка.
– Ты же говорил, что нет там магии! – прошипел он, – и что? Крюк – мертв! Драчун – тоже отправился к Хаттару! И как ты все это объяснишь, а?
Ильверс вздохнул. Если бы он знал, как объяснить все происшедшее недалекому болвану по имени Томми, то уже давно бы объяснил…
– Молчишь? Что уставился, нелюдь? Да я…
– Ты мне ничего не сделаешь, – негромко сказал Ильверс, – хоть я и лежу сейчас, но смогу тебя убить до того, как…
Ловкач заискивающе хихикнул.
– Ладно, ладно, брось. Уж и пошутить нельзя. Но все равно, объясни, маг… Как такое возможно?
– Я – дэйлор, как ты уже изволил заметить. И я, как оказалось, не чувствую силу, которую используют люди. Я не знал этого раньше. Если бы знал – то и Крюк, и Драчун были бы живы.
Томми всплеснул руками.
– Да уж! Хорошее оправдание! Но – раздери меня зеркальник – за что я тебе буду жалование платить? На что мне маг, который не может снимать ловушки?
Ильверс только поморщился. Ему было плохо, как будто его как следует отходили палками надсмотрщики отца – а тут еще Томми со своим недовольством и расспросами… Ему захотелось напомнить о землях Красавчика, которые отыне принадлежали Ловкачу, но вовремя подумал, что все это незачем и непомерные аппетиты этого человека все равно уже не изменить.
– Я что-нибудь придумаю, – прошептал он, – обязательно… Ловкач, я устал и хочу спать. Оставь меня в покое. И не беспокойся… Я придумаю, как вскрывать ловушки…
Томми недовольно засопел. Потоптался еще немного, подошел к окну, с преувеличенным вниманием принялся разглядывать вывеску с окороками.
– Я пришлю к тебе Лисицу, – наконец пробурчал он, – она сильно беспокоится о твоем здоровье. Хотя с чего бы?
И, ухмыльнувшись, ушел. А Ильверс с облегчением закрыл глаза.
… Кожа, железо и розы. Тиннат осторожно присела на краешек кровати, пощупала лоб.
– Жара нет. И не было. Что с тобой?
Она говорила тихо, по-особенному мягко. А Ильверс вдруг подумал, что его уже очень давно никто не касался так, как это делала Тиннат. Пожалуй, нечто подобное он испытывал еще в свою бытность серой зубастой личинкой, когда мать гладила его и ласкала.
Дэйлор попытался улыбнуться.
– Как вы меня дотащили?
Лисица передернула плечами.
– Что за вопросы, Ильв? На себе, конечно же, на себе. Скажешь спасибо Малышу, он крепкий паренек. Так что с тобой приключилось, господин маг?
Ее ладонь все еще лежала на лбу, и это было приятно.
– Наверное, я переоценил себя, – просто сказал Ильверс, – и людская магия… тоже мне не по зубам оказалась.
– Угу.
Она задумчиво теребила непослушный локон, и мысли ее были далеко. На глабком лбу прорезалась тоненькая морщинка. Потом, вздрогнув, Тиннат перевела взгляд на Ильверса.