"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Геллер только покачал головой. Наверняка его генералы будут недовольно пыхтеть и называть его мальчишкой. Да и негоже командору слишком часто покидать лагерь – мало ли что может случиться? Но во взгляде ведьмы было столько мольбы, что он уступил. В конце концов, это такая мелочь – по сравнению с тем, что она только что пообещала. Император, несомненно, будет доволен. Очень.
И от таких мыслей командору стало легко и приятно. Он еще раз представил себе, как Миральда будет беседовать с владыкой, как поклянется ему в верной службе…
Геллер улыбнулся, наблюдая за тем, как Миральда собирает кусочки мха и нанизывает их на тонкие веточки, перемежая с узелками из травинок.
* * *В лагерь вернулись с восходом малой луны. Потрескивали костры, тихо переговаривались солдаты, время от времени перекликались часовые. Все было спокойно.
Миральда сидела в седле тихо-тихо, боязливо обхватив его рукой за пояс, кутаясь в одеяло. От ее ладони по коже разливалось приятное тепло; это было довольно странно, учитывая наличие лат, но все же очень приятно. Геллер подумал, что ему вовсе не хочется, чтобы это ощущение прекратилось. Но – ничего не поделаешь, они уже прибыли в лагерь. Подскочил часовой, отсалютовал.
– Все спокойно, мой командор!
Миральда соскользнула на землю, забрав с собой то приятное тепло, которое ощущалось даже сквозь кольчугу.
Геллер быстро окинул взглядом солдата.
– Что-то я тебя раньше не видел.
– По приказу генерала Дисотто, – отчеканил тот, салютуя.
Геллер нахмурился. Не слишком ли – без его, Геллера, ведома, менять часовых у его шатра?
Еще раз оглядел замершего навытяжку солдата, потом махнул рукой.
– Ладно. Утром мы еще поговорим.
Он отдал ему поводья, поискал глазами Миральду. Та самозабвенно возилась со своими магическими ингредиентами и, казалось, не замечала ничего вокруг. Геллер позвал ее, но ведьма даже головы не подняла.
– Пойдем, уже поздно, – повторил он.
– Да, да.
Она оставила свое занятие и, улыбнувшись, посмотрела на Геллера.
– Мне было так хорошо сегодня. Спасибо тебе.
– Не за что, – буркнул командор, – тебе спасибо. За согласие.
Чуть пригнувшись, вошел в шатер, тщась что-либо разглядеть в темноте. Миральда вошла следом и нерешительно остановилась на пороге.
– Проходи, проходи, не стесняйся, – Геллер, усмехнувшись, повернулся к ней.
И, к своему ужасу, увидел, как белые руки ведьмы двумя птицами взмыли вверх, разбрасывая в черноту ночи слепяще-белые искры.
Вот, значит, как…
«Что такого я тебе сделал, что ты хочешь меня убить?!!»
Он хотел спросить это, глядя в обманчиво-теплые глаза. Храня память тепла ее рук.
Но не успел.
– Вниз! – хрипло крикнула Миральда, – al’taren in koeltr!
Иногда тело действует быстрее, чем осознаешь это. Геллер ударился грудью о земляной пол, перекатился набок.
Сверкнуло. Раз, другой. Кто-то вскрикнул в темноте, с глухим стуком упало тело.
Кровь яростно ударила в голову, и Геллер, поднимаясь, выхватил меч. Засада! Засада в его собственном шатре!
Сбоку на него метнулась тень и, напоровшись на обоюдоострый клинок, надломилась, обрызгав лицо чем-то горячим.
– Зови людей! – гаркнул Геллер ведьме, но она, похоже, не слышала ничего, кроме самой себя.
Миральда резко крутнулась, из пальцев выпростался искрящийся шлейф – и она с оттяжкой хлестнула им еще одну верткую фигуру, выпрыгнувшую из переплетения ночных теней.
Шипение. Крик, полный боли.
И еще одно тело валится в траву.
Геллер замер, прислушиваясь. Пытаясь ощутить, почувствовать любое движение в обманчиво-спокойной тьме.
Ничего.
И уже потом пришла мысль о том, что ведьма спасла ему жизнь. А ведь могла воспользоваться случаем и ускользнуть, оставив его с убийцами.
Все еще сжимая рукоять меча, Геллер подошел к Миральде.
– Их было трое?
– Да.
Она подняла на него глаза, в которых что-то подозрительно поблескивало.
– Если бы не ты, меня бы убили.
И, едва ли соображая, что делает, Геллер обнял ее за дрожащие плечи. Миральда не сопротивлялась, доверчиво положила голову ему на плечо и прошептала:
– Надо собрать тела. Мне… очень страшно… но я хочу их видеть.
И в этот миг грянула тревога. Наконец-то кто-то сообразил, что случилось нечто из ряда вон выходящее; ночь буквально взорвалась криками, топотом сотен ног.
– Командор! Командор! Слава Небесам, вы живы!
– Райк и Дисотто убиты, командор! Что будем делать? Это все нелюдь проклятая!
Миральда всхлипнула и только сильнее прижалась к нему.
– Я хочу видеть лица тех дэйлор, пожалуйста…
Геллер и сам едва мог унять дрожь. В те считанные мгновения, когда решалось, будет он жить дальше или нет, он действовал, почти не думая. И только теперь осознал, что едва не погиб.
Откашлявшись, он рявкнул:
– Удвоить охрану! И прекратите панику! Гаррет, Микон! Займитесь, во имя Небес, нападавшими – хочу видеть, кто это!
…Ему подчинились. Несмотря на возраст. Все-таки командор, назначенный Императором – не пустое место.
… Суета поутихла лишь перед рассветом.
Тела нападавших разложили перед шатром. Миральда долго разглядывала каждого, словно ожидала увидеть в их числе кого-то знакомого – и одновременно страшась этого.
– Эти дэйлор, – просто сказала она, – были великими воинами.
И показала на полоски меха, нашитые на рукавах их курток.
– Куницы, командор. Я слышала, что это самые лучшие – и самые опасные воины Дэйлорона. Не надо, чтобы об этом знали все, Геллер, люди начнут паниковать. Просто надо быть более осторожными. Ты недооценил противника, и вот – расплата.
– Да уж… – Геллер подумал, что ему предстоит еще идти и смотреть на своих генералов. Вернее, на то, что от них осталось… Происходящее нравилось ему меньше и меньше. А вестей от Императора все не было.
– Надо быть настороже, – повторила Миральда, зябко обхватив плечи руками. И вдруг, усмехнувшись, добавила, – я хотела просить у тебя отдельную палатку, Геллер, но теперь предпочитаю остаться в твоем шатре.
Геллер устало потер веки. События этой ночи порядком измотали его, но – командор должен быть примером для каждого в армии. А теперь, когда не стало генералов, вся тяжесть забот о людях ляжет на его плечи. Не то, чтобы он боялся этого, но все же, все же…
Геллеру вдруг захотелось поделиться с Миральдой своими мыслями и сомнениями. Ему казалось, что она должна понять.
– Знаешь, я ума не приложу, что могло нарушить планы Императора.
Миральда пожала плечами.
– Что угодно, Геллер. Что угодно… тебе придется принимать самому решения – и самому думать, как уберечь людей. Если, конечно, тебя заботит что-нибудь, кроме приказов твоего Императора.
Сарказм в ее словах? Или померещилось?..
– Император и в самом деле значит для меня очень много, – мягко промолвил командор, – я – его тень, не больше, но и не меньше. Может быть, если расскажу, как оно все было, ты поймешь. А сейчас иди в шатер и попытайся уснуть.
Миральда невесело кивнула и, ссутулившись, побрела прочь. Провожая ее взглядом, Геллер вдруг осознал, что не один он смотрит вслед ведьме. Люди беззастенчиво пялились на нее, тихо переговариваясь меж собой, и на их лицах командор без труда прочел смесь ненависти и страха.
Ведьма… Ведьма!
Слово это волной расходилось от шатра командора, как расходится круг воды от брошенного камня.
* * *Геллер плеснул в лицо холодной воды. До вечера ему предстояло сделать еще множество дел, не терпящих отлагательства: перебрать бумаги, оставшиеся после Дисотто и Райка, собрать капитанов, обсудить с ними сложившуюся ситуацию… А под вечер поприсутствовать на сожжении тел убитых генералов, да еще и произнести речь, чествующую ушедших в мир иной. Хотя, если рассудить здраво, что такого мог сказать он, Геллер Накори, который едва их переносил – да и генералы не баловали его своей благосклонностью?