"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Богомолов закрыл программу просмотра фотографий и удалил файл из памяти компьютера. Потом проделал ту же операцию с письмом, чтобы ничего не напоминало о неприятном происшествии. Как жаль, что он не мог так же легко избавиться от воспоминаний. И хотя он думал, что давно забыл запечатленное на том снимке, из закоулков памяти перед глазами всплыло лицо утопленницы, только на это раз это была не его бывшая жена, а любимая дочь.
Игорь Михайлович сильно зажмурился и тряхнул головой, гоня наваждение прочь.
– Ты меня поняла, моя хорошая? – нежно проворковал он. – Ни о чем не переживай. Сходи с подругами в ночной клуб, а еще лучше пригласи их к себе домой и устрой сногсшибательную вечеринку. Ни в чем себе не оказывай, родная.
– Спасибо, папочка, ты у меня самый лучший! – радостно промурлыкала трубка. Богомолов мысленно похвалил себя за успехи в психотерапии: в голосе его кровиночки теперь не было и намека на депрессию. – До свидания. Я тебя люблю и с нетерпением жду Ефима домой. Ты обещал, – капризно закончила дочь и сбросила вызов.
– Все верно, обещал, – пробормотал Богомолов, сжимая телефон в руке. – Раз обещал, надо выполнять.
Кровь отлила от его лица, глаза потускнели, а сам он застыл в одном положении, как будто невероятным образом превратился в фигуру из музея мадам Тюссо. Он даже перестал дышать, и его на самом деле можно было принять за восковую статую, если бы не одна мельчайшая деталь: на виске под кожей нервно пульсировала крохотная синяя жилка. Подобные метаморфозы происходили с Игорем Михайловичем, когда он серьезно над чем-то задумывался или прорабатывал в уме план дальнейших действий. Сейчас он размышлял, как выполнить данное дочери обещание.
Внезапно глазам Богомолова вернулся прежний здоровый блеск, румянец разлился по щекам. Мужчина глубоко вдохнул и затыкал пальцем в телефон. Пронумерованные кнопки отвечали на каждое прикосновение мелодичным писком. Наконец подушечка указательного пальца зависла над кнопкой вызова. Игорь Михайлович помедлил несколько секунд, будто собирался с силами перед решающим действием.
– Надеюсь, удача не насовсем отвернулась от меня, – буркнул он, замкнул контакт и приложил аппарат к уху.
…Худя замер перед зеркалом, когда телефон тихо загудел впервые после многомесячного молчания. Соприкасаясь стеклянными боками, пустые бутылки из-под пива звонко задребезжали в такт телефонной вибрации, привлекая внимание к столь знаменательному событию.
– Кастет, ответь на звонок! – заорал Худя и провел по впалой намыленной щеке одноразовым бритвенным станком. Жесткая щетина заскрипела под тупым лезвием.
– Не могу, я в туалете сижу, – донесся приглушенный закрытой дверью голос.
– А, чтоб тебя! Вечно то жрет, то срет, то с бабами кувыркается, – в сердцах проворчал Худя, швырнул станок в грязную раковину, шагнул к столу и посмотрел на дисплей. Звонили с незнакомого номера. Он хотел вернуться к прежнему занятию, но в последнее мгновение передумал, ткнул пальцем в пиктограмму приема звонка и перевел аппарат в режим громкой связи, чтобы Кастет мог слышать разговор:
– Але, кто это?
– А сам как думаешь? – пророкотал динамик голосом Богомолова. – Или вам, дуболомам, еще кто-то кроме меня на этот номер звонит?
– Доброго дня, босс! – радостно проорал Худя. – Неужели снова работа появилась?
В туалете зашумела вода. Скрипнула дверь, и послышался торопливый топот ног. Кастет вбежал в комнату, придерживая расстегнутые штаны одной рукой, а другой поглаживая лысую голову, как будто приводил в порядок отсутствующие волосы.
– Стал бы я вам звонить просто так. Чай, вы не красны девицы, чтоб с вами впустую языками молоть. Соскучились без дела сидеть, обормоты?
– Не то слово! – довольно рявкнул Кастет, застегивая пуговицы ширинки.
На тощем лице Худи появилась недовольная гримаса. Он энергично поковырял пальцем в ухе, всем видом показывая, как сильно оглушил его вопль напарника.
Бугай не заметил недовольства приятеля. Его отливающие стальным блеском серые глаза лучились счастьем. Но то была не просто радость от общения с боссом. Если честно, ему было до работодателя столько же дела, сколько, скажем, лошади до конюха. Ее ведь не особо волнует, о чем тот думает и что его заботит. Для нее главное, чтобы это никак не сказывалось на его отношении к ней. Лишь бы вовремя менялась солома в стойле да регулярно появлялось сено в кормушке, все остальное неважно. Вот и Кастет относился к Богомолову точно так же. Он прекрасно понимал, что они с боссом люди разного социального уровня, и относился к тому, как к источнику бесперебойного заработка.
 
Так было с самого начала их совместной работы, но в последние месяцы все резко переменилось. С того дня, как Кастет вышиб мозги незадачливому наемному убийце, Богомолов перестал давать им с Худей поручения, а раз нет работы – нет и дохода. Поначалу друзей это не сильно беспокоило. С их аскетичным отношением к жизни им мало что требовалось, а так как наниматель щедро оплачивал выполненную напарниками работу, с деньгами долго не было проблем.
К тому же больше полугода назад им с Худей, как тогда подумал Кастет, улыбнулась удача. Незадолго до опрометчивого убийства наемника в руки к приятелям попал тот самый прохиндей, из-за которого у них было столько неприятностей. В тот день проводник «Чернобыль Лэнда» по прозвищу Сазан напился в баре и случайно проболтался, что это он угнал машину с грузом пробной партии наркотиков в багажнике. Правда, тогда он не знал, что находилось в черном дипломате, и наобум прихватил его с собой, когда не справился с управлением и разбил автомобиль.
Кастет и Худя сидели за соседним столиком и слышали его пьяную болтовню от первого до последнего слова. Тогда-то у них и родился план, как с лихвой вернуть выплаченную боссу стоимость груза и неустойку за его пропажу.
Под страхом скорой и мучительной смерти Сазан пообещал сполна рассчитаться с громилами, но так как раздобыть такие деньжищи за отведенные ему три дня он не смог бы ни при каких условиях, вымогатели и жертва договорились на устраивающий обе стороны обмен: уникальный бронекостюм дополненной реальности стоимостью намного больше долга взамен на спокойную жизнь.
Верить Сазану на слово приятели не собирались. После того как Кастет вырубил проводника сильным ударом в голову, Худя воткнул в шов клапана накладного кармана крохотное следящее устройство. Казалось, теперь Сазан от них не уйдет, но тому удалось снова стать для них невидимкой. А все потому, что он погиб жестокой и мучительной смертью, став жертвой искусственного деструктива.
Мордовороты не знали, что проводник сполна заплатил за свои прегрешения. Они думали, он посмел провести их вокруг пальца, и с завидным рвением искали его в надежде не только стрясти обещанное, но и наказать должным образом. Поиски требовали времени и денег: напарники разыскивали Сазана как в парке развлечений, так и за его пределами, понимая, что проводник мог давно покинуть «Чернобыль Лэнд» и залечь где-нибудь на дно в надежде переждать опасность.
Кастет и Худя даже не осознавали, что неуемная жажда мести спасла их. В тот день, когда Зона сверхмощным Выбросом заявила о возвращении в по праву принадлежащие ей земли, они находились за границей «Чернобыль Лэнда». Оплаченный щедрыми вознаграждениями ворох противоречивой информации рос как снежный ком, а потому друзья без передыху мотались по краям и весям. Они могли бы поодиночке проверять варианты, так было бы быстрее и эффективнее, но в самом начале поисков отказались от этой идеи. Каждый хотел лично поквитаться с наглецом.
Дни складывались в недели, те в месяцы. Последние запасы денег таяли с умопомрачительной быстротой, а результата все не было. И вот когда, казалось бы, настал момент отчаяния, снова забрезжил свет в конце тоннеля. В самый неожиданный миг, словно рыцарь на белом коне, появился босс. Наверняка предложенная им работа будет щедро оплачена, а это значит, у них опять появляется возможность не только вернуться в строй, но и добраться-таки до подонка.