"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Лекарь с хитринкой в глазах глянул на приятеля. Свет от горящей под потолком керосинки отразился в стеклах круглых очков. Крапленому показалось, что в зрачках Лекаря заплясали дьявольские огни.
– Естественно, никакого рака нет. Зато есть главный врач Киевской ЦРБ. В свое время я переслал ему контрабандой сотни ценных в медицинском отношении артефактов. Если бы не моя помощь, он никогда бы не сделал головокружительную карьеру и до сих пор работал бы простым хирургом. От лаборанта я узнал, куда профессор отправил кровь и пробы тканей Балабола на анализ. Через верных людей попросил главного врача вмешаться в процесс и подкорректировать результаты в нужную сторону, не подменяя при этом биологический материал. Мало ли, вдруг Балабол сказал Шарову, какая у него группа крови. Зная о нежелании профессора огорчать людей плохими новостями, я полагал, тот будет тянуть до последнего с извещением о прибытии результатов и факт болезни вскроется в единственно верный момент. Что, собственно, и произошло.
– Однако, – выдавил из себя Крапленый и со смесью удивления и восхищения во взгляде посмотрел на Лекаря.
* * *
Из серверной вышли все вместе и до лестницы на первый этаж двигались одним отрядом. Потом их пути-дорожки разошлись. Профессор повел Балабола и Эврибади к выходу в главный корпус, а Комон вместе с ассистентом увлекли Лань и Потапыча к переходу в соседний пристрой. Тот самый домик на курьих ножках. С торца к нему примыкала железная лестница аварийного выхода. По ней группа планировала спуститься на землю и двигать напрямки к складу.
Перед тем как идти на первый этаж, Балабол глянул на уходящий в левое крыло пристроя отряд. Бледноликая луна скрылась за тучами, и в здании стало темно, как в глубокой пещере. Белый луч тактического фонаря военного сталкера кромсал тьму клинком джедая, тогда как слабенькие налобники Лани и Потапыча светились желтыми туманностями, едва справляясь со сгустившимся мраком.
Дима начал спускаться следом за профессором, краем уха улавливая постепенно затихающие шаги уходящей вдаль группы. Вскоре посторонние звуки окончательно растворились в ночи. Теперь он слышал только шум крови в ушах да стук подошв их маленького отряда.
В узкой кишке перехода к основному зданию идти стало легче. Облака частично выпустили луну из плена. И хотя призрачный лик ночного светила выглянул из темной вуали менее чем наполовину, проникающего сквозь окна серебристого света хватало с лихвой.
К корявым теням кустарников на стене прибавились косые, изломанные тени людей. Темные уродливые силуэты то и дело меняли очертания. Балаболу казалось, что тени вот-вот обретут объем и набросятся на них.
К счастью, кирпичный тоннель вскоре кончился, и пытка детскими страхами прекратилась. Правда, началось другое испытание. В просторном фойе путешественники сделали пару шагов и замерли, сжимая оружие в руках. Даже профессор.
Перед тем как уйти из серверной, ученый попросил пистолет у Эврибади и теперь подслеповато щурился, неумело держа «беретту» в правой руке.
Прямо по курсу, метрах в десяти, стоял облезлый «слепыш». Увлеченный обедом мутант не почуял людей. Негромко порыкивая, он рылся окровавленной мордой в наполовину выгрызенном животе какого-то бедняги. Судя по разорванному в клочья халату – бывшего научного сотрудника.
Балабол с Эврибади посмотрели на экраны ПДА. Еще три серые точки медленно передвигались по территории базы, но они были далеко от них и от меток второй группы. Лань с сопровождающими покинула пристрой и теперь быстро приближалась к комплексу из четырех расположенных вплотную друг к другу грузовых контейнеров, где находился склад обмундирования и арсенал.
Как только диспозицию врага уточнили, сталкер вскинул штурмовую винтовку с интегрированным глушителем и нажал на спусковой крючок. Тых! Оружие по-дружески толкнуло в плечо. В свете тактического фонаря было хорошо видно, как разбитый пулей череп мутанта брызнул обломками костей и выбитыми мозгами. «Слепыш» даже вякнуть не успел. Он грузно рухнул рядом с трупом, не так давно служившим для него обедом.
 
– И много их здесь? – свистящим шепотом уточнил профессор, проведя по морщинистому лбу дрожащей рукой.
– Еще трое. – Балабол хотел сказать о местоположении тварей, но Эврибади его опередил:
– Не беспокойтесь, профессор, они ближе к воротам. У нас все шансы пройти незамеченными.
– Тогда чего стоим? Надо быстрее идти в лабораторию, пока мутанты нас не учуяли.
Шаров торопливо зашагал к выходу. Балабол с Эврибади отправились за ним.
Словно по заказу, луна окончательно выплыла из-за туч до того, как группа ученого вышла на улицу. Фойе наполнилось мутным светом. С погашенными фонарями спутники профессора вышли на крыльцо. Старясь не наступать на стеклянное крошево, Олег Иванович, проводник и военстал спустились по широким ступенькам и перебежали под прикрытие грузной тени от продырявленного свинцом вертолета.
От резкого запаха керосина заболела голова, засвербило в носу. Чтобы не чихнуть, Балабол открыл рот и сильно потер пальцем переносицу. Краем глаза увидел, как Эврибади сделал то же самое. А вот профессору, похоже, все было нипочем. Он пер как танк к темнеющей в сорока метрах от края вертолетной площадки постройке из железобетонных панелей.
Балабол включил налобник сразу, как за спиной Эврибади закрылась дверь. Сталкер зажег прикрепленный к «энфилду» тактический фонарь. Подсвечивая дорогу профессору, они двигались к его лаборатории, что занимала все правое крыло построенного буквой П здания и была полностью лишена окон.
Как только троица оказалась в заставленном научным оборудованием помещении, Олег Иванович щелкнул выключателем. С потолка брызнул яркий свет люминесцентных ламп. Балабол зажмурился, а когда открыл глаза, увидел странное сооружение. Внутри установленных под углом друг к другу широких металлических обручей висела огромная клетка Фарадея. Ни тросов, ни железных цепей, поддерживающих в воздухе сетчатый куб, видно не было. Скорее всего, клеть левитировала в магнитном поле. Его создавали те самые обручи, что с тихим гудением медленно вращались по кругу, оставаясь при этом неподвижными относительно входа в клетку. Восемь расставленных вокруг загадочной конструкции стоек завершали композицию. К отполированным до блеска стальным подставкам под небольшим углом крепились толстые телескопические трубы, чьи шарообразные наконечники смотрели на крышу металлической клети.
Пока Балабол разглядывал телепортационную камеру, профессор подошел к пульту управления и защелкал по мигающим разноцветными огоньками кнопкам. Установка ожила. Гудение усилилось. Обручи ускорили вращение, по сверкающим хромом стенкам электродов зазмеились трескучие молнии.
В дверь громко постучали. Эврибади посмотрел на профессора, тот кивнул, и сталкер нажал на светящуюся красным кнопку слева от двери. Раздался щелчок электромагнитного замка, и стальное полотнище плавно повернулось на петлях.
Первым в лабораторию вошел Алексей. Следом за ним в помещение ввалились Потапыч с Ланью. Оба были обвешаны оружием, как новогодние елки игрушками, и вдобавок тащили набитые теплой одеждой, обувью, защитной экипировкой и боеприпасами сумки. Молодожены не стали переодеваться на складе, решив сделать это непосредственно перед отправкой в полярные широты. Комон замыкал процессию. Он тоже нес оружие и сумку с обмундированием, патронами и бронежилетом, но не для себя, а для Балабола.
Стоило близнецам оказаться вместе, они заняли пост у двери, прямо как в серверной. Ассистент вернул профессору ключ-карту. Олег Иванович сунул ее в карман и, пока экспедиционная группа готовилась к походу в Заполярье, провел краткий инструктаж:
– Энергия сквозь пространство передается посредством специального трансмиттера. Добраться до него можно как по земле, так и по системе подземных тоннелей. Я загрузил в ваши ПДА координаты энергоузла, так что не заблудитесь. Вы сразу увидите нужное вам устройство, оно похоже на большую подкову. Вывести трансмиттер из строя можно двумя способами. Первый – это взорвать его к чертовой матери, но нам этот вариант не подходит не только из-за отсутствия достаточного количества взрывчатки. Все-таки я ученый, поэтому категорически против неразумного разрушения результатов технического гения человечества. Второй вариант более подходящий, поскольку предусматривает временное, до десяти часов, отключение трансмиттера. Этого времени хватит, чтобы частично разобрать установку. Как только прекратится воздействие излучения на ноосферу, Зона в полной мере вернется в свои владения, и все станет как прежде.