"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

- Ну и где ты застрял, огрова скотина? – услышал дель Пьёро позади недовольный голос Джетты.
Он обернулся. Магичка запустила в подворотню светлячок и так и замерла - с поднятой рукой. Паладину это не понравилось. Он вынул меч и медленно двинулся к Джетте. С другой стороны к ней приближался Дамиан с оружием в обеих руках, но Сельмо успел чуть раньше. Он заглянул из-за плеча девушки. Тусклый светлячок освещал площадь. Практически в центре на задних лапах стоял Кошмарик, безуспешно пытаясь дотянуться до подхвостья лысого, отдаленно напоминающего собаку, монстра, раза в два, а то и в три крупнее озабоченного кобеля. Монстр определенно был женского пола и снисходительно поглядывал на неуклюжего ухажера. В полумраке глаза твари поблескивали зеленым.
- Уходим, - прошевелил губами Сельмо и потянул Джетту за собой.
- А он? – Темная качнула головой в сторону пса.
- Его уже ничто не спасет. Уходим.
Паладин повернулся, чтобы продолжить путь и замер. Спереди светились такие же зеленые глаза еще трех приближавшихся монстров. Он бросил взгляд в противоположную сторону. Там Аквилеро выставил мечи навстречу нескольким таким же бесшерстным противникам. Да у них тут целая собачья свадьба! А тут такой свадебный обед из трех блюд с компотом. Маршировавшие по коридору твари были покрупнее самочки. Сельмо прикинул: если такой поднимется на задние лапы, то будет ростом с Аквилеро. А то и выше. Монстры не собирались останавливаться. Ближайший пёсомонстр с хриплым рыком бросился на людей. Ему вторило рычание других членов своры. Паладин инстинктивно отступил, выталкивая спиной Джетту на площадь. Оттуда послышался оглушительный визг. Сельмо оглянулся и увидел окровавленную тушку Кошмарика с перегрызенным горлом. Джи прикрывала рукою рот, сдерживая крик. Монстрица ощерилась на новоприбывших, что оказались неуместной преградой между ней и поклонниками. Светлый отдернул девушку к стене и встал впереди, прикрывая ее своей спиной и оружием. Пусик разместился у стены с другой стороны от входа, принимая на меч первую жертву.
Джетта словно вымерзла изнутри. Казалось бы – приблудный пес. Глупый, страшный и трусоватый. Но он был единственным в Джеттиной жизни безоглядно преданным ей существом. Существом, которое доверилось ей. Пусть по глупости. Может, именно поэтому Темная чувствовала за него двойную ответственность. И она не смогла его защитить. Вокруг кипела драка, но ее псы не трогали, видимо, потому что она была абсолютно неподвижна. А она никак не могла выйти из этого состояния и всё смотрела на останки Кошмарика. Вдруг ей показалось, что он дернулся. Какие глупости! С разодранной глоткой не живут. Но да, собака несколько раз дернула лапами. Потом ее туловище стало стремительно разбухать, словно его кто-то надувал изнутри. Шкура полезла с него кусками. Затем стала пухнуть голова, и челюсть с чмоком вытянулась вперед. Затем, одна за другой, стали удлиняться лапы. Через несколько минут на месте трупика Кошмарика лежал полноценный Кошмар. Он поднял голову, затем легко вскочил с бока на лапы, отряхнулся, сбрасывая с себя ошметья ненужной шерсти, и огляделся. Прямо по курсу у него была спина ни о чем не подозревавшего Пусика. Вот о чем кричала Джетта в видении. Пёсомонстр припал на передние лапы, чтобы броситься на опасного чужака, размахивающего железной палкой, но вдруг повернул голову в сторону бывшей хозяйки. В кладбищенски-зеленых глазах мелькнуло узнавание, и Кошмар приветственно махнул хвостом. А затем вновь перевел взгляд на обидчика своры.
Прости, Кошмарик. Раз уж кто-то из нас должен не вернуться, то пусть это будешь только ты, подумала Джетта. Она мысленно нащупала Сферу в мешке за спиной – та словно сама тянулась навстречу. А затем просунула невидимую руку в тело монстра, обрывая его сомнительной ценности жизнь нежити. Вытерла слезы и быстро добила оставшихся псов тем же стремительным способом. Последней она придушила сучку. Не из мести. Просто потому что надо.
- Никого не покусали? – спросила она у мужчин. Кажется, ее голос прозвучал даже слишком спокойно.
 
Светлые тяжело дышали. И так подранный после сокровищницы плащ Сельмо теперь годился разве что макароны сливать. Пусикова франтоватая накидка с претензией на утонченность после псового побоища могла претендовать только на свалку, куда явно и направится при первой же возможности. Но сами мужчины были целы. Джетта придирчиво осмотрела обоих – ни одной свежей царапины. Наконец Темная выдохнула.
- Давайте уже выйдем отсюда, - попросила она.
Она очень, очень хотела, чтобы это Подземелье с его ужасами наконец закончилось.
Сельмо оценил внезапно проснувшуюся заботливость Джетты. Было приятно ощущать себя защитником. Защитником нормальной девушки, растерявшейся перед лицом опасности.  Особенно теперь, когда в распоряжении у Джи была  Сфера, и Паладин чувствовал себя практически бесполезным придатком. И даже когда Темная потребовала сжечь плащи, чтобы «не дай Боги, не притащить наверх заразу», он не стал сопротивляться. Женщины иногда имеют право на блажь. И иногда им стоит  потакать. Тем боле, что Джи этого требовала и была явно не в том состоянии, когда с девушкой можно спорить. Пусик не разделял готовности Паладина пойти ей навстречу. Он цеплялся за свой драный плащ, будто это была королевская мантия. Спор возник по пути к Площади Писающего Гномика. Да, без плаща идти будет холодно, но, во-первых, уже недолго; а во-вторых, у Паладина было ощущение, что его тело потеряло чувствительность. Холод, боль, усталость – всё это осталось где-то в другой жизни. Сейчас он жил только одним всепоглощающим стремлением – выйти из Подземелья. А Аквилеро чего-то трепыхался.
- Почему ты хочешь сжечь нашу одежду? - настаивал он.
- Потому что не хочу, чтобы по Коразон эль Груто бегали бескожие псы-монстры размером с теленка, - огрызнулась Джетта.
- А какая связь?
- Не знаю, - недовольно буркнула Джетта. – Но это не помешало стать Кошмарику одним из них.
Сельмо затормозил, и Темная влетела в него, выставив вперед руки.
- В смысле? – спросил он.
- Вы что, не видели? – удивилась Джи.
- Знаешь, пока ты стояла, разинув рот, мы рубили этих тварей, а не по сторонам пялились, - упрекнул между делом Пусик, и дель Пьёро подумал, что ни один из них после Подземелья уже не будет таким, каким был раньше.
Воровка-магичка открыла было рот, чтобы возразить, но промолчала. Спустя полминуты она всё-таки продолжила:
- Тогда вам остается только поверить, что так оно и было.
- А тебе не причудилось? – поинтересовался Дамиан.
- Ты еще скажи, что у меня галлюцинации начались!
Назревала ссора. Все были на пределе.
- Дамиан, - Ансельмо старался говорить как можно спокойнее, - ты готов взять на себя ответственность за последующий кошмар, если Джетта права, и они выйдут в мир?
Пусик махнул рукой:
- А, делайте, что хотите!
Минут через десять они вышли на знакомую площадь, которую раньше приняли за зал. Джетта скинула с себя теплую накидку, швырнула ее в центр пространства и, направив на нее руку, запалила огонь. В нос ударила вонь горящей шерсти. Темная выставила вперед раскрытые ладони и сделала движение, будто строила башенку без песка. Запах исчез. Аквилеро бросил в костер плащ, вынул свою «хлопушку» и протянул руку напарнику. Паладин отдал пару своих. Пусик полез к люку закладывать артефакты. Сельмо добавил к костру свою одежду и отошел к стене.
- Вот и всё, - утешающее произнес он. – Осталось совсем чуть-чуть. Выйдем отсюда, отнесем Сферу…
Паладин хотел сказать, что потом они заберут свои амулеты и на этом их миссия будет закончена, но Джетта прервала его:
- Я не хочу ее отдавать, - и, упреждая возражения, продолжила: - Теперь я сама смогу найти наши артефакты.
- Джи, дело даже не в наших артефактах, - попытался объяснить Паладин. – Дело в том, что мы – не гномы. Люди войну с эльфами не переживут.
- Да если на нашей стороне будет Сфера… - запальчиво начала Темная.