"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Говорила же, что не любят у нас магов. Думаете, никому в голову не пришло, что тому усачу всего-навсего продали дрянной сорт помидоров? А мальчишкам — отдувайся.
Из-за погони за магами пространство вокруг меня на некоторое время опустело, что дало возможность наконец-то обнаружить плотную группу темных сюртуков. Группа была настолько плотной, что я обошла ее два раза по довольно протяженному периметру, прежде чем мне удалось хоть одним глазом взглянуть, что происходит внутри. Как оказалось, ничего интересного: трубы, вентили, какой-то поршень и сгорбленный человек, исполненный энтузиазма.
— Господа, в этом году все сработает! Мы модернизировали конструкцию. Сейчас начнем демонстрацию.
Господа, судя по всему, действительно собирались здесь не первый год и были готовы к любому повороту событий: как по команде, все достали зонтики и раскрыли их над головами. И без того плотная толпа превратилась в практически непроницаемую броневую единицу. Почему бы нашей армии не взять на вооружение этот тип построения?
Я оказалась единственной помехой во всей конструкции. Желание остаться в таком состоянии испарилось окончательно после слов:
— Итак, перед вами поливальная машина «Сюрприз» четвертой модификации.
Я начала активно протискиваться назад — подальше от места демонстрации.
— Нами был разработан принципиально новый тип разбрызгивателя…
Скорость протискивания увеличилась до невероятных показателей: в ход пошли локти и чувство самосохранения.
— А сейчас я начну работать помпой…
Позади раздались ругательства и шум воды, забарабанившей по поверхности зонтов.
Уф! Успела!
Шум воды прекратился. Какой-то до безобразия спокойный голос в толпе, все еще щерившейся темными куполами зонтов, спросил, будет ли в следующем году демонстрация пятой модификации устройства, и от имени всех собравшихся выразил надежду, что уж следующая-то модель станет работать исправно и поливать землю, а не присутствующих.
Я одернула платье. Нет, все же некоторых вещей не понять никогда… К примеру, почему мне в будущем году тоже захотелось приехать сюда с зонтиком.
На соседней выставочной площадке зрители оказались куда более яркими и разнообразными, к тому же не имели при себе ничего наподобие зонтов, поэтому я сочла, что тут моей безопасности ничего не угрожает, и приблизилась. Человек на помосте стоял рядом со странной конструкцией из двух колес и придерживал ее, чтобы механизм не свалился на землю.
— Это изобретение сможет заменить вам лошадь: его не надо кормить, поить, делать запасы на зиму. Оно простое в уходе и легкое в обращении. С ним справится любой человек — и даже женщина. Скажите «нет» пешим прогулкам!
— Что это? — поинтересовалась я у дамы с таким обилием фазаньих перьев на шляпке, что поневоле представлялось семейство абсолютно голых несчастных фазанов.
— Кажется, он назвал это ве-ли-си-пе-том, — с трудом выговорила сложное слово дама. — Ни один человек в здравом рассудке не сядет на эту конструкцию. Вы только взгляните: ему приходится держать ее двумя руками, чтобы она не упала! Что мы, акробаты, что ли?
— Да-да-да, — закивала я, — жулики на каждом шагу.
— Я докажу вам, что с велосипедом может справиться любой! — не унимался дядька на помосте. — Есть ли среди вас желающие опробовать его?
Все стали оглядывать толпу, ища желающих: каждому интересно было распознать подсадную утку среди честных богобоязненных граждан. Я тоже пробежалась глазами по зрителям и… наткнулась на суровый осуждающий взгляд Алисии. Подруга стояла как раз напротив, подцепив рукой Ласа, словно крупногабаритную, не очень модную, но почему-то нужную сумочку.
Интересно, сэр Мэверин лечит от патологического невезения? Наверное, если и лечит, то слишком дорого за это берет.
Я попыталась развернуться и выскользнуть из плотной толпы, но сзади у кого-то были совершенно иные намерения. Крепко сбитая девица с криками: «Дайте мне попробовать!» — прорывалась к месту демонстрации, и мое существование волновало ее так мало, что в результате столкновения я каким-то чудесным образом оказалась на демонстрационной площадке под придирчивыми взглядами толпы.
Вот и доказывай теперь, что призывный крик испытателя велосипедов исходил вовсе не из твоего горла.
— Поаплодируем смелой барышне! — как родной, обрадовался мне продавец. — Подходите, девушка, не стесняйтесь!
В толпе Алисия покрутила пальцем у виска и сложила руки на груди, дескать, катайся теперь, а я потом с тобой разберусь, если останешься жива. Лас радостно аплодировал вместе со всеми. Девица, так рвавшаяся к велосипеду, кусала губы в первом ряду, но скандал устраивать не собиралась.
— Ну что же вы, садитесь, не бойтесь, я вас подстрахую на всякий случай, — продавец подкатил ко мне свою чудо-машину, не дождавшись, пока я подойду сама. — Поверьте, езда на лошади представляет куда большую опасность.
Не знаю почему, но я его послушалась — наверное, просто не хотелось сразу сдаваться Алисии.
— Так, перекиньте ножку через раму… возьмите в руки руль… садитесь… одну туфельку на педаль, второй будьте готовы отталкиваться… Видите, юбки нисколько не мешают! Я вас держу… И-и-и-и… поехали! Крутите, крутите педали! Отлично! Держим равновесие! Равновесие, я сказал, а не меня за рукав! Еще разок! И крутим-крутим-крутим! Отлично! Молодец! Так держать!.. Стоп! Куда!!? Тормози!!!
Вот вроде бы уже не молодой человек и должен знать, что команда «тормози!» действует только в том случае, если вам не забыли показать, где тормоз. А я всего-то подпрыгнула на некстати попавшемся под колеса камушке. Он же сказал, что меня держит. Никому нельзя верить.
К счастью, толпа зрителей оказалась намного сметливей и проворней продавца и расступилась передо мной на зависть всем проповедникам, словно морские воды. Оставалось только надеяться, что я тоже соображу, как остановиться, прежде чем на моем пути окажется кто-то менее прыткий. Я попыталась крутить педали медленней, чтобы сбавить скорость (совсем уж на лету соскакивать было боязно!). Попытка удалась!
— Остановитесь! Остановитесь! Мой велосипед! — раздавалось сзади. Кажется, безопасность испытателя продавца вовсе не волновала.
Я уже почти остановилась и готова была достать туфелькой до земли, когда из одного из шатров на дорогу вышел темный сюртук. Увидев меня, он заметался — но не тут-то было! Крутанув руль влево, чтобы объехать неожиданную помеху, я тем самым доблестно не дала ему уйти. Таким образом, состоялся первый в Земске, а, может быть, и во всей Греладе наезд велосипедиста на человека. Демоническая машина полетела влево, я и моя жертва — вправо.
Оставалось только молиться, чтобы человек не сильно покалечился. Я первая приподнялась на локте, готовясь останавливать хлещущую из ран жертвы кровь. Но взгляд у пострадавшего был вовсе не жертвенный… стоп! Стойте, где-то это уже было!
— К вашему сведению, в Греладе правостороннее движение, — сухо, едва сдерживая раздражение, сказал господин Клаус.
Я смотрела на него круглыми глазами, не зная, что такого сказать, чтобы после этого остаться в живых.
— Пока вы думаете, извиниться или съязвить, могу я попросить вас слезть с меня — мне сложно дышать.
Обнаружив, что не только сбила фабриканта с ног, но еще и изрядно втоптала его в землю, я не могла не смутиться. Похоже, придется извиняться — роль язвительного персонажа была уже занята. Я вскочила на ноги как ошпаренная и протянула ему руку:
— Простите меня, пожалуйста.
Фабрикант скептически посмотрел на протянутую руку и встал сам:
— Как вы, однако, умудряетесь и извиняться, и оскорблять одновременно. Любой уважающий себя мужчина должен подняться из грязи без помощи женщины, — ворчал он, отряхиваясь.
— Даже если женщина его в эту грязь уронила? — не удержалась я.
— Особенно если его в эту грязь уронила женщина, — подчеркнул господин Клаус. — И, леди Николетта, убедительно вас прошу, держитесь от меня подальше. Когда вы рядом, это вредно для моего здоровья.