"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Господин Альбер, соберитесь, пожалуйста! Вам надо освободить всего одного из нас, чтобы он развязал остальных. — Я сделала небольшую паузу и выразительно указала глазами на рыжего. — Выберите, кого вам не жалко.
После череды неудачных попыток нам наконец-то повезло, и магу удалось превратить веревки, связывавшие Кита, в безобидных ужей. К слову, сам освобожденный не считал это таким уж везением, а ужей безобидными. Поэтому минут пять отказывался меня развязывать, мотивируя тем, что я из предвзятого отношения нарочно подставила его под удар. Ну попробуй ему объясни, что это была не вредность, а логически взвешенное решение. Если бы маг первым освободил себя, то с его аллергией развязать нас руками оказалось бы едва ли не труднее, чем сделать это при помощи магии. Если бы первой освободили меня, то я не уверена, что «хрупкой леди» хватило бы сил развязать узлы — головорезы затягивали их с неведомой мне сноровкой. Оставался только Кит, но он, похоже, никак не хотел смириться с наличием у меня логического мышления.
Освободившись от пут, нам не составило особого труда выбраться из подвала. На свежем воздухе магу стало намного легче, но я все равно сказала повару отвести его к врачу. Сама же поспешила к начальнику королевской охраны. Ума не приложу, как они будут арестовывать принцессу чужого государства: с одной стороны, она вынесла из замка казну, включая некоторые королевские реликвии, причем сделала это сознательно, а не из-за запущенной формы клептомании; с другой стороны, арест Бьянки может автоматически означать переход в состояние войны с Шанхрой.
На полпути меня перехватил сэр Мэлори. Церемониймейстер был необычайно всклокочен (хотя не мне критиковать, мое платье вообще можно было сдать в какое-нибудь биологическое общество, и они непременно нашли бы на нем несколько видов еще незнакомых науке грибков или плесени).
— Леди Николетта, прибыл гонец из Шанхры! — прокричал он на бегу, чтобы новость успела достигнуть меня раньше, чем сам церемониймейстер.
Я резко убавила шаг.
— Что за гонец?
— Я пока еще не разобрался, послание такое странное. Они извиняются, что принцесса Шанхры не сможет приехать на смотрины и что послание дошло так поздно. Что-то случилось с предыдущим гонцом.
— О боги, ну где же вы были раньше со своим гонцом? — простонала я и, подхватив сэра Мэлори под руку, поволокла его за собой к караульной, чтобы там с его помощью представить полную историю начальнику королевской охраны.
А история оказалась такова. Жила-была на свете аферистка и авантюристка по имени Власта. Обведенных ею вокруг пальца простофиль в Шанхре было не счесть, надо отдать ей должное, некоторые даже и не подозревали, что их обманули, и никогда не начнут подозревать. Но заниматься мелким мошенничеством стало скучно, а крупные дела все не подворачивались, пока однажды один ее знакомый не от большого ума решил ограбить королевского гонца. Денег у гонца много не нашлось, зато была интересная грамотка, в которой сообщалось, что принцесса Шанхры по состоянию здоровья, или же иными словами по политическим соображениям, не приедет на смотрины в Греладу.
Попав в руки к нашей авантюристке, это сообщение породило грандиозный план в ее голове. За месяц были найдены слуги и наряды, и на свет появилась новая принцесса Шанхры Бьянка — столь обворожительная, что об истинной ее сущности, а тем более об истинных намерениях трудно было догадаться. Во дворце она освоилась быстро и так же быстро нашла способ добраться до казны, разобрав одну из стен в подвале, которую нерадивые рабочие так ни разу и не обновили за все время существования постройки. Лакей, случайно заметивший непорядок, был убран без лишнего шума и пыли. В конечном итоге все бы, наверное, вышло хорошо (для авантюристки, но не для Грелады), не приди ей в голову однажды, что раз уж она на смотринах, то вполне стоит попытаться стать королевой: тогда в придачу к казне можно будет получить еще и королевство.
 
План обольщения провалился по неизвестной причине. Ну или причин было много.
Оставалось только вернуться к первоначальному замыслу.
И опять незадача! Второго гонца из Шанхры перехватить не удалось, да еще и пронырливая управляющая (упорно не желающая стать жертвой несчастного случая) со своими подручными не только обнаружила процесс вытаскивания казны, но и несмотря на связанные в буквальном смысле руки умудрилась вовремя предупредить королевскую охрану.
В общем, воровку и ее пособников взяли недалеко от столицы на оживленном тракте, и вся их маскировка под зажиточных селян не помогла.
Конечно, в эту историю я добавила много своих домыслов, но в целом события развивались примерно в таком ключе. И теперь, глядя на выловленную принцессу мошенников, сидящую на выстланном соломой полу камеры, я удивлялась, насколько отчаянной была эта девушка и сколь неоправданно ей везло. Во-первых, согласитесь, не каждая отважится выдавать себя за принцессу на смотринах в чужом королевстве, а во-вторых, не так уж много шансов, что на этих смотринах никто не будет знать, как выглядит настоящая принцесса Шанхры. И ведь самое интересное, у нее почти получилось. Не взбреди ей в голову стать королевой, сейчас в сокровищнице гулял бы сквозняк, а королевская стража хваталась бы за головы из опасения потерять их в качестве наказания.
— Что, довольна? — сквозь решетку исподлобья глянула на меня мошенница.
— Очень, — не стала скрывать я очевидную истину.
— Поиздеваться пришла, еще и карлика с собой притащила, — прошипела узница, кивая на мага, стоявшего рядом.
Альбер на оскорбление внимания не обратил.
— Так я и думал: это от нее полощет магией на весь дворец.
— А что в ней такого магического? — удивленно спросила я, приглядываясь к экс-принцессе. Будь она магичкой, вряд ли мы ее вообще поймали бы.
— Сейчас посмотрим. — Альбер начал водить руками напротив решетки.
— Убери свои грабли, убогий! — вскочила на ноги воровка.
Маг опять не обратил внимания, просто ухмыльнулся и щелкнул пальцами. Сначала я не поняла, что произошло, и только когда мой спутник указал на лицо пленницы, заметила изменения. Шокирующими их назвать было сложно, но несколько мелочей заставили поменяться и всю картину в целом: нос преступницы приобрел небольшую горбинку, тени под глазами стали глубже, веки тяжелее, изгиб губ чуть более язвительным. Она была все той же, но стала менее приятной, более взрослой и опасной на вид.
— Первоклассная эстетическая магия. За такую, наверное, пришлось заплатить немало денег. А?
Мошенница не отвечала, но смотрела так, словно мы только что эксгумировали могилу ее любимой собачки.
М-да, приятное выражение лица сложно сделать, если внутри нет ничего приятного. Это становится особенно заметно с возрастом: по лицу старика всегда можно понять, что это за человек. До старости мошеннице еще далеко, но старуха из нее получится преотвратнейшая.
— Что вы собираетесь со мной делать?! — Преступница начинала выходить из себя.
— Мы — ничего. Скорее всего, тебя сдадут Шанхре, там и спросишь.
Через неделю тронный зал заметно преобразился. Не без моего вмешательства, конечно. На меня странно посмотрели, когда я приказала постирать тяжелые бархатные портьеры — видимо, с таким заданием к прачкам редко кто подходил. Подозреваю, что портьеры в этом замке вообще никогда не стирались. Когда они накапливали запас пыли и насекомых, объем которых уже невозможно было не замечать, дворец покупал новые портьеры и выбрасывал старые. Но извините меня, чтобы прилично одеть двенадцать высоченных окон по каждую сторону зала — это ж сколько золотых ладов придется выложить?! У казначея будет сердечный приступ, а у всей челяди дворца урезанное жалованье. С другой стороны, король тоже не каждый божий день официально представляет свою невесту, будущую королеву — народу съедется уйма! А у нас сказать, что в тронном зале висят портьеры бордового бархата, может только тот, кто бывал в замке в первый год их покупки. Так что стираем, господа, стираем. Или если уж совсем страшно, то хотя бы выбиваем. Заняться этим перед приездом невест у меня времени особо не было, так что хоть напоследок блеснем шиком.