Драконов мало (СИ)

Последнего мебельного добра теперь было вдосталь в Тёплой Норе, благодаря не только Александриту, но и ребятам, работавшим в его мастерской, поскольку именно они сообразили: надо бы убрать из комнат Вильмы кровати для взрослых и поставить туда по среднему росту малышни. Место же освободится!.. Ну и освободилось.
Поздневечерний совет устроили в комнате Ригана. Пришла в уговоренное место Селена. Примчалась заинтригованная волчишка. Изумлённые старшие, нечаянно заметившие странное передвижение народов на втором этаже, тоже напросились на неожиданное совещание. Оглядывая всех, кто набился в комнатку ошарашенного при виде количества гостей Ригана, Селена рассмеялась и спросила:
- Может, спустимся в столовую?
- Нам и тут хорошо! – откликнулся Моди, вместе с Каи усевшийся на подоконник, благо широкий. Рядом начал подпрыгивать Герд, и мальчишки подвинулись.
- Ага, - сказал Хаук, который смотрел на свет, играя с трубкой-калейдоскопом, которых Мика наделал на всех желающих.
- Ну! – поторопила Селену Лада. – Что ты там придумала?
Селена ещё подумала: слава Богу, половина Тёплой Норы всё-таки уже спит.
- Ну, у меня вопрос такой странный немножко, - пожав плечами, сказала она. – Вы видели, что нам оставили двух новичков, у которых есть родители. Оставили на случай войны. Но я так поняла, что их родители беспокоятся о них. Ведь у детишек нет никого, кроме них. И ситуация такая: родителям приходится возить их в школу и домой во вред собственной работе. А дома позаботиться о них должным образом не могут. Вот и думаю… Может, их вообще взять к нам на то время, пока их родители работают, а они, новички то есть, пока ещё маленькие? Ну, типа… - она прикусила губу, глядя на Фица и Синару. – Вроде как Тёплая Нора – интернат, куда родители приезжают, когда смогут. Или такой детский сад – с проживанием на целую неделю…
- А в чём проблема? – удивилась Космея. – Возьмём.
- А прокормим? – насмешливо спросила хозяйка места.
- Фи… - высокомерно сказала Анитра, и народ захихикал, как интересно это у неё получилось. – Если надо, копилки у всех у нас есть. Докупим нужные продукты.
- Речь не об этом, - тоже улыбнулась Селена. – Речь о том, стоит ли такое практиковать. Впрочем, это я уже слишком далеко гляжу. Итак, вы не возражаете приютить тех, чьим родителям некогда заниматься детьми? Не забывайте, что родители будут оставлять их у нас не от хорошей жизни. И… всё это временно.
Совещание согласилось, что статус новичков – это любопытное дело для Тёплой Норы, и общим голосованием решили оставить новичков до тех пор, пока их родители не разберутся со своей взрослой жизнью.
- Мне понравилось, - значительно сказал Каи, подошедший к Селене, когда все остальные выливались из комнаты Ригана, вполголоса обсуждая уже свои проблемы.
- Что именно?
- Ну, что совещаться можно. И голосовать.
- Мы вроде и так совещаемся часто, - напомнила Селена. – В столовой-то.
- Ну, там как-то не очень… - Каи задумался.
- Солидно? – подсказала Селена.
- Ага. Селена, давай совещаться в гостиной для старших?
- Давай об этом в следующий раз? – предложила она, и Каи согласился с ней, что поздним вечером такие солидные дела не решаются.
В доме затихало, пока все натягивали на себя одеяла… Сонный Стен ходил с мамой за ручку и что-то грозно бормотал под нос. Сегодня Селена была, как сама себе признавалась, жестокой: она не могла уложить сынишку и оставить его. Не хотела. В кабинете, во всяком случае… При обходе комнат второго этажа она неожиданно столкнулась с Вильмой, которая ждала её из этого обхода.
- Я возьму Стена, - спокойно сказала девочка-маг и подняла малыша на руки, чтобы унести его в ясли-сад.
Селена притворила за ней дверь и некоторое время бездумно простояла в коридоре. Потом вспомнила ещё об одном деле и заторопилась. Понцерус – знала она – ложится поздно, а уж сегодня, когда рядом нет его друга Трисмегиста, а назавтра не надо вставать, чтобы спешить в пригородную школу, он наверняка зачитался теми книгами, которые были принесены с рынка и которые до сих пор проходили проверку на состояние страниц и обложек. Это так говорилось. А в реальности – оба преподавателя-философа увлечённо читали то, что могло пропасть и тем самым ослабить целое государство. Последнего Селена не понимала, но принимала как данность.
 
Она вышла из Тёплой Норы и садами, известной ей дорожкой прошла к домику Трисмегиста и Понцеруса. Свет в окошке ободрил её. В дверь она стукнула один раз. И улыбнулась, когда открыл ей Ивар.
- Ты почему здесь? – спросила она, заходя.
- Кадму перевязки делали. Понцерусу одному неудобно – держать его и перевязывать, - объяснил мальчик-друид, шагая в комнату, которую в последнее время знавшие о ней называли комнатой-библиотекой. – Я сейчас ещё немного побуду здесь и пойду к себе.
- Добрый вечер, Понцерус! – поздоровалась Селена, входя следом за ним в комнату, где в кресле сидел старый эльф-философ. Наедине она обходилась без приставки «уважаемый», и оба философа признавали за ней это право. – Пришла узнать, как тут Кадм. Не нужно ли чего для него…
- Всё, в чём нуждается мальчик на сегодняшний день, у нас есть, - улыбнулся Понцерус, вставая. – Хотите взглянуть на него, чтобы убедиться?
- Разбужу, - с сомнением сказала хозяйка места.
- Нет, мы дали ему сонного питья, чтобы спал глубоким сном, необходимым ему.
- Тогда не буду заходить, - решила Селена и огляделась. – У вас тут уютно.
Горящие свечи, бросавшие свет на стол с книгами, и правда создавали странный уют, который странной же болью отозвался в сердце: «Мы здесь – они там. Уютно ли им – там? Всё ли с ними хорошо?.. Связаться бы с братьями – страшно: а вдруг они в этот момент в такой ситуации, что я могу накликать беду на них?..»
- Посидите, леди Селена, - тихо сказал Понцерус. – Посидите немного. Вам пришлось побегать сегодня. Столько тревог…
Она огляделась и села в кресло Трисмегиста, пообещав себе, что вскоре уйдёт.
Ушёл Ивар. А Понцерус сидел, осторожно, чтобы не разбудить хозяйку места, перелистывая хрупкие листы старинных книг.
  
Глава 23
 
Бывают в жизни такие навыки, которые оттачиваешь очень долго и кропотливо, а потом используешь всего один раз. И притом надеешься, чтобы это был не только первый раз, но и последний…
С трудом растолкав Виридина и убедившись, что парнишка-вампир точно не спит и не заснёт, Коннор наконец устроил себе свёрнутый сон на время его дежурства. Виридин сказал, что сумеет продержаться два часа.
Мальчишка-некромант согласился, что два часа – это здорово. Для него самого эти два часа – роскошь в их положении. И он насладился этой роскошью сполна, устроив себе глубокий, не чета тем, что были в пригороде, свёрнутый сон.
Проснувшись в лично назначенное время (чуть раньше двух часов), Коннор велел Виридину спать без рамок свёрнутого сна.
- Разбудишь? – уже с закрытыми глазами пробормотал парнишка-вампир.
- Разбужу. Спи.
А через пять минут одними губами Коннор прошелестел заклинание, погрузившее всех в беспробудный сон. Чтобы не мешали и не лезли под руку.
Сначала мальчишка-некромант обошёл помещение, радуясь, что можно шуршать картоном и обёрточно-упаковочной бумагой сколько угодно – и никто не проснётся. А то мало ли. Вдруг расслышат даже сквозь грохотанье бегущих «крабов».
В первую очередь он проверил Дафну. Девушка-дракон, несмотря на глубокий сон, а может – из-за него, порой шипела во сне от боли. Коннор заново осмотрел (на свободе от зрителей легче и быстрее!) её крыло с имплантами и снова пришёл к выводу, что на свете есть вещи, в которые ему лучше не соваться. Кардинально – уточнил он про себя. А вот кое-какие изменения… почему бы и нет… Во всяком случае – попытаться можно. И он попробовал ввести в импланты крыла собственную машинную магию. Не для того чтобы удалить импланты. А чтобы облегчить положение Дафны, которая своим несчастным крылом была скована хуже, чем кандалами. Понадобилось где-то с полчаса, чтобы крыло стало весить так, как будто имплантов в нём не стало.