Ушастое Возмездие (СИ)

— Знаете, — начала Ольга, постукивая ручкой. — Вы должны посоветовать вашей знакомой снова стать недосягаемой, как в первые дни знакомства. Чтобы мужу снова пришлось ее завоевывать! Это что-то вроде самого начала отношений, когда двое еще стесняются друг к другу прикоснуться. Взгляды, полунамеки…
— Во время первого знакомства мою знакомую сгребли в охапку и облапали за попу! Это было еще до “Как тебя зовут!”, - вздохнула гостья в капюшоне.
— Тогда понятно, почему у вас … ой, складывается впечатление что в семье знакомой кризис. Они были лишены вот этой вот первоначальной романтики, — заметила Ольга, удерживая себя от сползания по стулу неимоверным усилием воли.
— Романтики было хоть отбавляй, — заметила гостья. — Мне… Ой, то есть, мне показывали сорок томов стихотворений, которые посвятил муж. А тут прошел уже день, а моей знакомой не посвятили ни одного стиха! И вот это меня тревожит! — воскликнула гостья, едва не вскочив.
— Я вам советую попробовать. Вам со знакомой. Постарайтесь быть холодной и неприступной, эдакой таинственной незнакомкой, которую нужно завоевывать, — продолжала Ольга, скрывая зевок.
Плащ зашуршал. Незнакомка встала с дивана.
— Я очень надеюсь, что визит конфиденциальный. Не думаю, что о нем стоит распространяться, — произнесла незнакомка.
— Да вы что! — встала Ольга, глядя на глубокий капюшон. — Я никогда не распространяюсь о пациентах. Мне еще знакомо, что такое врачебная тайна. Так что можете быть уверены!
— О, я другого и не ожидала, — удовлетворенно кивнула незнакомка, приблизительно ростом с Императрицу. У нее даже туфли были точно такими же. Они выглядывали из-под плаща. — Но пообещайте мне, что никто об этом не узнает! Особенно, муж моей знакомой!
— Конечно! — закивала Ольга. Но в этот момент дверь распахнулась. И едва не вылетела.
— Каролина! Я тебя потерял! — послышался рык демона. Он схватил незнакомку, стянул с нее плащ, закинул на плечо и раскрыл могучие крылья.
— Я сегодня неприступная! — послышался голос Императрицы, которую плотоядно хлопали по попе огромной ручищей.
— Согласен! Преступления — это плохо! — заметил Император, унося за собой очень анонимную гостью. Все строго конфиденциально.
***
Ребята, с наступившим! Еле отошла, ей боги!
 Глава двенадцатая. В которой психолог узнает, что пересып хуже, чем недосып! 
 
Глава двенадцатая. В которой психолог узнает, что пересып хуже, чем недосып! 
Ольга улеглась на собственную кушетку. И попыталась уснуть. День был тяжелым. И она чуть не надорвалась поднимая его.
Может быть, она бы и уснула сразу, если бы не одно таинственное “но”. В ее голове среди образов вертелись слова императрицы. О том, что жена демона — бессмертна.
Ольге очень хотелось стать бессмертной. Конечно, можно было довольствоваться строчкой в учебниках и лекциями в университете. На которых студент пытается вспомнить ее имя. Но на счет настоящего бессмертия Ольга не думала. До этого самого дня. И мысль ей показалась очень заманчивой.
План появлялся сам собой. Рождался в муках бессонной ночи. Пока что все было гладко. Кроме одного! Не хватало маленького штриха к гениальному плану. Где взять демона, чтобы влюбить его в себя и получить бессмертие?
С этой мыслью Ольга и уснула.
Проснулась она от того, что ей принесли еду. Ольга была очень тронута заботой, жадно глотая каждый кусок. За ночь в ее кабинете произошли изменения. Которые, иначе как демонической магией, не объяснишь! У нее появилась ванная и туалет.
Туалет был очень нужен Ольге, в свете того, какие пациенты к ней приходят на прием. Она даже подумала о том, что не удивиться, если к ней приползет недобитый жизнью монстр из кошмаров, с экзистенциальным кризисом.
Пока Ольга опробовала удобства, в дверь постучали.
Она встрепенулась, быстро вытирая волосы и натягивая на себя заботливо поданное ей платье. К платью прилагалась накидка. И Ольга надела ее. В зеркале она себе очень понравилась!
 
— Я пришел! — послышался жизнерадостный голос за дверью. Ольга открыла дверь, пытаясь вспомнить на какое время назначала встречу. И назначала ли ее вообще.
— Один! Совсем один! — продолжил радостный голос, пока Ольга приводила себя в порядок.
Дверь распахнулась. И два стражника — демона внесли связанного Литаниэля. И бережно, как могут только стражники, усадили его на диван.
Ольга на всякий случай присмотрелась к демонам. Правый с огромной массивной челюстью показался ей симпатичней левого с кольцом в носу. Если что, Ольга обещала себе иметь в виду!
— Итак, на что жалуетесь? — спросила Ольга эльфа, усаживаясь в свое скрипучее новенькой кожей кресло.
Платье оказалось очень душным. Ольга не привыкла к таким пышным юбкам, в которых потеют ноги. Она сняла накидку и повесила ее как пиджак на стул. А потом задрала, но прилично юбку. Подставляя ноги сквознячку. Жарко, как в аду! И как они только ходят в таких платьях!
— Я один, совсем один, — начал эльф, глядя на нее ясными глазами того, кого жизнь имела, но только в виду! — А еще у меня ноготь сломался! А еще Тычинка съела штору! А еще у меня с утра левое ухо чесалось… И солнце светило не так ярко, как вчера.
Через полчаса Ольга поняла. С жалобами нужно закругляться. Это были жалобы только за последние пятьдесят лет его жизни. А впереди было минимум столько же.
— Я вас понимаю, — профессионально кивнула Ольга, тряся уставшей рукой. И глядя на гору исписанных листов. — Расскажите о своем детстве! Вас родители случайно не обижали? У вас были братья и сестры?
Ольга, как и любой психолог была уверена. Все проблемы родом из детства. Именно там, в неокрепшей психике поселяются страшные комплексы. И живут они там до первого квалифицированного психолога.
— У меня есть названный брат Умриэль! — бодренько ответил эльф. — А так я один! Совсем один!
“Избалованный ребенок. Гиперопека?”, - пометила себе Ольга, довольно улыбаясь.
Эльф умолк. И даже, кажется, загрустил!
Ольга посмотрела на него и вздохнула. На случай трудного детства у нее была заготовлена целая речь.
— Прошлое не изменить. Вам нужно принять этот факт. И двигаться дальше! — распиналась Ольга, глядя на эльфа, опустившего голову. — Но это должно быть именно вашим решением. Понимаете, вы — личность. Отдельная, между прочим. И что бы не произошло в детстве, вы должны понимать, что сейчас вы взрослый, самостоятельный чел… эльф!
Ольга разошлась ни на шутку.
— Мы с вами проработаем ваши детские комплексы. Только мне нужна полная отдача. Вы должны быть максимально откровенным. Понимаю, что это тяжело. Не спорю, — рассказывала Ольга, расхаживая по кабинету. — Это титанический труд! Главное — самому захотеть!
Она поясняла, что нет невыоквыриваемых комплексов. Что каждый комплекс будет разбираться отдельно. Она била себя пяткой в грудь, что любой комплекс можно преодолеть.
И тут ее осенило! У него родители — тираны! Вот почему он боиться о них говорить! Как это она раньше не догадалась?
— У вас, я так понимаю, были очень деспотичные родители? Да? — спросила Ольга, а эльф что-то пробурчал себе под нос. Не может быть! Опять все упирается в детские комплексы.
— Понимаю, — кивнула Ольга. — Но сейчас их рядом нет. Взрослые часто не отдают себе отчет в том, как ведут себя с ребенком. Возможно, они пытались оградить вас от внешнего мира. И просто не знали, как это правильно сделать! Деспотичность иногда является своеобразным проявлением любви! Понимаю, что вам хотелось другого…
Ольга посмотрела на часы. Прошло уже почти полчаса, а эльф все никак не приходил в себя.
 
— Но вы можете мне довериться, — заметила Ольга, уже сидя за столом и делая себе пометки. — Понимаю, что больно и неприятно осознавать, что самые близкие и родные люди вместо того, чтобы дарить любовь вели себя не так, как бы вам хотелось.
О, нет! Он — жертва насилия! Его били в детстве! И возможно даже ремнем! Эта мысль прошибла Ольгу внезапно. И она представляла бедного, забитого эльфика, который сжимается при виде двух огромных теней папы и мамы.