Запах Вереска (СИ)
- Придурок безмозглый, – раздраженно произносит блондин и, зарывшись пальцами в собственные волосы, мрачно смотрит в окно, – упертый имбецил с мозгом размером с грецкий орех... причем оба... идиоты...
За окном идет дождь. Он тонкими ручейками стекает по холодному стеклу и шумит под сводами замка. Молнии причудливыми бледно-голубыми нитями вспыхивают в ночном небе и закладывающим уши грохотом взрываются прямо над крышами высоких башен. Они мимолетно освещают мрачный сад и темную полоску леса на горизонте. Осень вовсю разгулялась в Шотландии и приносит каждую ночь такие ветра, что гнет вековые деревья. А сегодня они еще более злые. Холодные, они дуют с северных гор и бьются в окна. Но стекла выдерживают, они только дрожат под ударами, но продолжают крепко держаться в рамах.
Алан выдыхает пар на них и, сделав очередной глоток, рассеянно рисует пальцем кривую рожу с острыми ушами. Он устало хмыкает и, теплее укутавшись в шерстяной широкий шарф, больше похожий на большую шаль, прислоняется лбом к стеклу. Тепло кружки в руках все еще греет руки и расслабляет. В комнате темно и удивительно тепло. Сон уже маячит где-то рядом, когда дверь неожиданно распахивается и в комнату врывается уличный холод, перемешанный с запахом дождя.
Алан вздрагивает и, резко обернувшись, встречается с горящим взглядом желтых глаз. Он даже пикнуть не успевает, как мужчина за одну секунду оказывается прямо перед ним. Блондин дергается назад и несильно задевает стекло. А альфа уже нависает над ним, уперев руки по обе стороны от его головы.
Кайрен промок до нитки. С его взъерошенных волос каплями падает вода, как, впрочем, со всей одежды. Он дышит отрывисто, словно пробежал несколько километров. А сердце бьется так глухо и быстро, что Алану кажется на мгновение, что это его собственное. Его глаза лихорадочно бегают по напряженному и бледному лицу альфы, а в мыслях сейчас такая каша, что самому непонятно такое волнение.
- Боишься? – хрипло шепчет Кайрен, не отрывая глаз от взволнованного лица и полуоткрытых, блестящих, словно после поцелуев, губ.
- Нет, – так же хрипло и тихо отвечает Алан, – и ты знаешь это. Ты слышишь мое сердце.
- Слышу, – сердце блондина и вправду начинает биться спокойней, – но не верю. Оно всегда бьется так. Я всегда слышу его. Каждую ночь.
Руки опять начинают дрожать, и это совершенно не нравится Алану. Он крепче сжимает кружку и продолжает скользить взглядом по лицу мужчины. Оно сейчас настолько близко, что даже без освещения он может разглядеть каждую черточку, ту сеточку морщин, которая залегла у глаз, и каждый шрам некогда прекрасного лица. Они уродливыми узорами тянутся до самой шеи и теряются под воротом промокшей черной водолазки. Он настолько близко, что под запахом мокрой кожаной куртки Алан чувствует запах самого мужчины. Крепкий, теплый, соленый от чистого пота и какой-то звериный. Его дыхание щекочет губы и странно волнует.
- Все-таки оторву голову нашему прорабу, – блондин отводит взгляд и пытается скрыть нервную улыбку за кружкой, – кинул нас со звукоизоляцией. А ты, волчара, перестань искать везде подвох, теория всемирного заговора лучше застрелится, чем подойдет к вам ближе, чем на пятьсот километров.
- Да? – с задумчивым взглядом произнес Кайрен, – поэтому от тебя пахнет волнением и страхом?
- Прекрати меня нюхать, старый извращенец! – зло зашипел Алан и, покраснев до кончиков ушей, оттолкнул от себя нагло ухмыляющегося Кайрена.
Только вместо того, чтобы отойти, мужчина неожиданно дернул его на себя и крепче сжал запястье. Его глаза заблестели наглей и с наслаждением продолжили следить за пунцовым и злобно шипящим мальчишкой. Ему нравился этот смущенный и злой взгляд из-под густых ресниц. Недовольное шипение и бегущий взгляд. Теплый, наглый, все еще безуспешно пытающийся скрыть от него свои эмоции, с губами, одуряюще пахнувшими шоколадом.
- Наглая малявка, – раздраженный от собственных мыслей, рыкнул Кайрен, – какого черта ты делал там?!
- С Эботом хотел поговорить, – так же громко рявкнул злой Алан, – пошел к нему в кабинет, только вместо его самого, ой Божечки родимые, нашел чертов тайный проход! Вы что, живете в хреновом детективном романе девяностых?! Кто сейчас вообще делает тайный ход за книжным шкафом?! И не смей называть меня малявкой, псина ты мокрая!
- Пороть бы тебя, чтобы не лез, куда не просят! Этот ход там был еще до строительства больницы! Эбот сам его доработал! И кто здесь псина?! Ты, губастая безмозглая блондинка!
- Что?! – от этого вопля даже Кайрену заложило уши, – ты... Ты...
- Что я?! – рыкнул альфа.
- Я тебе устрою губастую блондинку, – прорычал взбешенный Алан и замахнулся кружкой на оскалившегося оборотня.
Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы неожиданно не раздался далекий волчий вой. Он заставил обоих мужчин замереть, а Кайрена еще и изумленно перевести взгляд на окно. Удивленный Алан опустил кружку и перевел взгляд с мокрых стекол на напряженного, словно струна, Кайрена. Тот внимательно вслушивался в тревожный вой, перешедший в рев. Лицо его стало злым, а из горла вырвалось рычание.
- Что такое? – тихо спросил блондин.
- В городе чужаки, – зарычал Кайрен.
- Вампиры или оборотни? – мгновенно напрягшись, вздернул бровь Салливан.
- Люди, – резко распахнув окно, произнес Кайрен и, отведя в сторону задрожавшего от холода дизайнера, добавил, – сиди дома и не высовывайся, пока я не вернусь.
- Что? Валгири! – только возмущенному Алану так и не дали закончить.
Кайрен перемахнул окно и, прямо в воздухе перекинувшись, опустился уже на крепкие лапы. Стряхнув с себя обрывки разорванной одежды, огромный черный зверь рысью бросился в городок. Алан следил за ним ровно до тех пор, пока черный альфа не скрылся в надвигающемся тумане. После чего раздраженно зашипел и, скинув с себя теплую ткань, вышел из гостиной.
- Сиди дома, пока я не вернусь, – передразнил он Кайрена и ускорил шаги, – Ха! Будто кто-то собирается слушать эту высокородную задницу.
Как оказалось, слуги тоже не остались равнодушными. Оборотни и вампиры уже взяли в кольцо замок и зорко следили за тем, чтобы никто не смог проникнуть внутрь. Только они не учли того, что одно белобрысое чудо оперативно проникнет в оружейную и (это надо обвести красным таким кружочком) за сорок пять секунд вскроет новейшую немецкую дверь из титана со сплавом зачарованного серебра, с тройным кодированием и выдачей доступа только с отпечатком пальца. За этой дверью была, наверное, самая любимая Аланом комната в замке.
Все стены здесь с пола до потолка были покрыты полками с самым разнообразным оружием. Начиная с холодного и заканчивая новейшим огнестрельным, которым пользовались армии всех стран. Что уж говорить о трепетно любимом шкафе со всевозможной взрывчаткой и коллекцией мин. Всякий раз лаская взглядом все маленькие радости, спрятанные здесь, Алан терзался вопросом о том, где же Валгири держали свои ракетные установки и танки. В гараже их не было, Салливан специально для этого проверил его сверху донизу.
Не вдаваясь в лирику, скажем лишь, что когда черный джип Кайрена Валгири спокойно проехал мимо прифигевшей охраны с посвистывающим Аланом за рулем и кучей оружия в багажнике, Джереми, следящий за ним из окна, только покачал головой и пошел варить очередной сонный отвар для Джулиана и слишком любопытной Эрики. Мысленно же молясь и за сына, который, судя по всему, уже был в самом эпицентре событий и за безрассудного белокурого мальчика. За хозяина же давно уже никто не молился, молились за его врагов...
Все произошло именно так, как планировал Кайрен. Мертвым Амикус ему не был нужен, а в том, что старый пройдоха тоже ничего не знает о паре своего хозяина, он ни капли не сомневался. Слишком мелкая сошка, абсолютно не достойная доверия. Однако из него получилась великолепная марионетка. И всего-то понадобилось несколько капель крови. Сейчас тело вампира выворачивало наизнанку и пыталось приспособиться к яду, которым стали эти несколько капель Искры. Риск того, что сердце последнего Дверла не выдержит, даже не рассматривался.