Полный нокаут (ЛП)

— Сет! Отпусти меня!
Я сжимаю руки в кулаки и хлопаю его ладонями по спине.
Кровь приливает к моей голове, заставляя глазное давление подскочить.
— Позвони Мэтту, — приказывает Сет Джексону, его голос на удивление спокоен. — Я не буду тренироваться в одном месте с этим гребаным мудаком.
Дон смеется, и когда мы проходим мимо него, я чувствую, как его пальцы перебирают мои волосы. Я поднимаю взгляд и вижу, как мои шоколадные пряди проскальзывают сквозь кончики его пальцев.
— Иди нахрен! — огрызаюсь я, отвешивая ему пощечину и зарабатывая еще один смешок. — Не прикасайся ко мне.
Я вижу, как пол тренировочного зала выходит из-под ног Сета, когда он уносит меня прочь.
— Сет! — зовет откуда-то Дэррил. Я пытаюсь найти его, попросить его сказать Сету, чтобы он отпустил меня, но у меня кружится голова, и я стискиваю зубы. — Я разберусь с этим.
Сет игнорирует его, и вскоре я оказываюсь в коридоре сразу за дверьми спортзала.
— Теперь ты можешь опустить меня в любой момент… — говорю я, но Сет предпочитает игнорировать и меня.
Я вздыхаю. Глупый Дон. Я могла бы прямо сейчас быть в душе и заниматься потрясающим сексом с любовью всей своей жизни.
Вместо этого меня несут на плече, словно я мешок с картошкой.
Большое спасибо, Дон. Я твоя должница, мудак.
***
После того, как Сет привез нас обратно в отель и принял душ в безопасности нашего собственного номера (могу добавить, что он был один), он ушел, чтобы присутствовать на пресс-конференции и разобраться с Мэттом Сомерсом. Сет не слишком горел желанием участвовать в конференции. Не беря в расчет тот факт, что Дон тоже будет там, оказывается, что мой уверенный в себе боец немного стесняется интервью и на самом деле ненавидит говорить о себе. Ха! Кто бы мог подумать?
Когда он ушел, я легла на диван и заснула, но через час меня разбудил возбужденный стук в дверь.
— Олив?
Я открываю глаза и, прищурившись, оглядываю гостиничный номер. Может, показалось? Я закрываю глаза и подтягиваю колени к груди, сильнее прижимаясь к дивану.
— Олив?
Кто бы это ни был, он пропел это слово словно оперу высоким голосом, прежде чем разразиться приступом смеха.
Олив? Правда? Думаю, что у моего имени много сокращений, и я определенно предпочитаю «Олли», а не «Олив». Я поднимаю голову, и мой мозг как будто перетекает внутри черепа. Мои веки тяжелеют, а сил, которые требуются только для того, чтобы держать их открытыми, недостаточно, так что я снова проваливаюсь в сон.
— О-оли-ив! Открывай!
Я стону. Я должна пресечь это в зародыше, прежде чем оно распространится на кого-то, кому нравится мучить меня. Типа Сета или Селены. Я поднимаюсь с дивана, чувствуя себя хуже, чем до сна, открываю дверь и сразу же хмурюсь, когда вижу сияющее лицо сестры Сета, смотрящей на меня.
— Что делаешь? — Она лениво улыбается, проводя тонкими пальцами по своим темным волосам.
Даже напившаяся до чертиков она раздражающе красива… Совсем как ее брат. Блин, у них в семье хорошие гены или что?
— Оливия? — Она хихикает, хватаясь за дверной косяк и глядя на меня так, словно я сумасшедшая.
— Я дремала, спасибо.
— Дремала? Боже, ты начинаешь вести себя как мой брат. — Она протискивается мимо меня. Когда я закрываю за ней дверь, Селена засовывает свою руку внутрь.
— Боже, О, — ругается она, когда я открываю дверь еще раз. — Я тоже здесь.
Я открываю дверь шире и впускаю ее.
— Прости, — говорю я. Я зажимаю маленький локон между пальцами и дергаю за него. — Я тебя не видела.
Селена отмахивается от меня, когда Мэдди нетерпеливо подходит к кухонной стойке и садится на стул. Когда Селена присоединяется к ней, я смотрю на их внешний вид. Мэдди одета в узкие джинсы, которые облегают ее талию и ноги. Ее белая рубашка с открытой спиной низко опускается спереди и прекрасно дополняет ее загар, а белизна зубов кажется ярче на фоне черных волос, ниспадающих на плечи. Я стараюсь не пялиться, но большая часть груди Мэдди выставлена напоказ. Когда она не смотрит, я несколько раз смотрю на ее грудь, пытаясь решить, настоящая она или нет. Думаю, что настоящая, но пока я не прикоснусь к ней, не смогу узнать. Селена выбрала элегантную блузку королевского синего цвета, которая облегает ее тело. Блузку она заправила в юбку-карандаш, которую выбрала вместо узких джинсов. Селена выглядит умной и сексуальной. Такой, какой должна быть деловая женщина. Единственное, чего ей не хватает — это бизнеса. Я опускаю взгляд на свои джинсовые шорты и майку.
 
— Я что-то упускаю? — спрашиваю я, почесывая затылок и одновременно подавляя зевоту.
— Нет, если оденешься.
Селена улыбается мне, но улыбка не создает морщинок вокруг ее глаз, как это обычно происходит.
— Оденусь для чего?
— Ночной прогулки. Только девочки.
О, черт, нет. Я качаю головой. Я не была в Вегасе со времен «Мятного Носорога» (прим. — Сеть стрип-клубов в США, Великобритании, Австралии) и не собираюсь менять это сегодня вечером. Если прошедший год чему-то меня и научил, так это тому, что я не преуспеваю в походах клубы.
Всякий раз, когда я нахожусь в одном из них, карме удается точно определить мое местоположение и направить всю свою энергию на меня.
— Нет, спасибо.
— Ты не можешь сказать «нет», Оливия, — возражает Мэдди. — Будем только мы, и я отвезу тебя в одно из моих любимых мест. Я знаю владельца, менеджера, охрану. Всех. Мы можем пить и веселиться без всяких проблем. Кроме того, Селене действительно нужно пропустить стаканчик прямо сейчас.
— Или два, — кротко добавляет она.
— Почему? — спрашиваю я.
— Мы с Джексоном переживаем немного трудный период, и я выгнала его из нашей комнаты. — Она говорит это так, будто в этом нет ничего особенного, и быстро пожимает плечами.
У меня отвисает челюсть. Я должна обижаться, что узнала об этом только сейчас? После Мэдди?
— Вы двое расстались?
Она снова пожимает плечами, погружаясь в себя.
— Да. Нет… Не знаю. Я даже не знаю, встречались ли мы с самого начала.
Я делаю шаг вперед.
— Сел, почему ты не позвонила?
— Потому что я думала, что он все исправит.
— Джексон всегда был сложным человеком, — говорит Мэдди, соскальзывая со своего стула. — И он несомненно самый испорченный парень, которого я знаю, но не ставь на нем крест. Он страстный и заботливый. Он никогда не сделал бы ничего, чтобы причинить тебе боль нарочно, это я знаю точно.
— Откуда? — спрашивает Селена с надеждой в голосе.
— Я просто знаю, а теперь мы будем сидеть и разговаривать или пойдем куда-нибудь?
Мэдди улыбается мне, ее светло-карие глаза блестят. Как я могу отказать? В конце концов она моя невестка, и я уверена, что Сет не будет возражать, если я проведу ночь с Мэдди. Я не могу позволить Селене справляться со всем этим в одиночку. Ей нужна моя поддержка. И если это означает торчать в баре против моей воли, то так тому и быть.
Я выдыхаю и оборачиваюсь.
— Дайте мне десять минут.
***
Сет
Я жую зубочистку и кручу крошечный кусочек бумаги между пальцами, делая все возможное, чтобы отвлечься от желания перегнуться через Мэтта и ударить Дона в лицо. Я не отрываю глаз от стола, игнорируя вспышки камер и нетерпеливых людей. Если есть что-то, что я ненавижу в том, чтобы стать профессионалом, так это внимание. Вероятность того, что я скажу или сделаю что-нибудь глупое очень высока. Одно неверное слово — и обо мне напишут во всех газетах и журналах, а также в интернете. Я чувствую Джексона рядом за моей спиной. Напряжение накатывает на него волнами, и я знаю, что это не имеет ничего общего тем, что происходит здесь и сейчас. Селена выгнала его и явно ждет, что он извинится. Я не знаю, что произошло между ними, но знаю, что Джексон никогда не говорил слова «прости» за всю свою жизнь, даже когда виноват.