Планета без имени (СИ)
Неизвестно откуда возник Бывалый. Он подошел к Депутату и выписал ему увесистую оплеуху, от которой тот шлепнулся на пол. Затем Бывалый снял с груди черную коробку и потряс ею у самого носа нарушителя.
— Я все слышал! Каждое твое гнусное слово. — Зашипел уголовник. — Значит, ты беспредельщик. А я таких не люблю! Я таких презираю!
— Бывалый, ты чего! Ты… ты что попутал? Мы же за одним столом едим. А кто тебе нормальную еду приносил забыл уже? Мы же в одной лодке!
Бывалый влепил еще одну оплеуху, и парень замолчал.
— Мы не вместе! Я слежу за порядком, а ты тот, кто этот порядок нарушает!
Кровь сочилась из губы и носа. Александр Твардовский еще никогда не испытывал такого унижения. Его били! А людишки смотрели! Те, которых он и за людей не считал!
— Вы все поплатитесь! — Зашипел Депутат. — Все до единого! ОХРАНА!
Уголовник вытащил из кармана нож и вонзил его прямо в живот. Депутат забулькал кровью и повалился на пол. Но этим все не закончилось. Бывалый поднес лезвие к уху.
Понимая, что сейчас произойдет, я отвернулся на в силах вытерпеть подобного зрелища.
— Теперь я буду слышать намного больше! — Я увидел, как Бывалый держит в руках два окровавленных уха. — Твоими ушами, Депутат.
Двоякое чувство одолевало меня. С одной стороны, я избежал жестокого избиения Штопора. Но с другой — если бы не включил передатчик, то и Бывалый не услышал разговора. И Депутат бы был сейчас жив.
Странно, но сожаления о содеянном я не испытывал. Незавидный конец для диктатора!
В этот момент раздался сигнал, и толпа двинулась к выходу.
Труп депутата остался на полу. Брошенный, покинутый всеми, он истекал кровью, а тело понемногу остывало.
Глава 17:Роды
Недавние события и смерть Александра Твардовского по прозвищу Депутат надолго отпечатались в памяти. И последующие дни мои мысли занимало лишь это. Так же я испытывал чувство вины, будто сам вложил нож в руку Бывалого. Чтобы хоть как-то отвлечься, я попытался полностью отдаться работе. Эйтерий сам себя не добудет! Я покрутил в руках синее яйцо, пытаясь вглядеться внутрь, откуда исходило голубоватое свечение. Мне показалось или внутри что-то было?
— Эй, Мажор, не отлынивай! — Донесся до меня голос Шмыги.
Я бросил яйцо в контейнер к остальным и вернулся к работе.
Время лечит и вот, наконец-то, я смог договориться с совестью. И меня снова начал волновать загадочный человек. «Семь» уже давно не выходил на связь, а значит, я сам пойду и найду его!
Обойдя все коридоры и тупики, заглянув во все возможные кабинеты, я «Семь» так и не нашел. Заключенный пропал бесследно, как и архив! Я же не отчаивался и день ото дня продолжал вылазки. От меня не уйдешь! Из-под земли достану, если потребуется!
Но время шло, а результат все тот же. То есть его не было!
Даже сон потерял на этой почве. Просто лежал ночами на спине и вглядывался во тьму, будто он может появиться в любой момент. Иногда мне казалось, что я вижу во тьме шевеление. Но очень быстро понимал, что это всего на всего игра воображения и никого там нет. Даже Инженер больше не приходил по ночам, а предпочитал отсыпаться. Ясное дело, весь день махать кайлом — вымотает даже Амбала. А тут доходяга, который, по виду вот-вот откинет копыта.
Через пару дней на очередной вылазке я увидел… нет, не «Семь». Возможно и его, но с такого расстояния ничего не понятно. И сколько бы не вглядывался, я смог разглядеть лишь черно-зеленую форму. А такую носил и мой незнакомец, а также и все заключенные.
Фигура завернула за угол, и я побежал за ней.
Я бегал, а силуэт то и дело исчезал на перепутьях. Это заняло много времени. Но, несмотря на это, мне казалось, что за все время беготни я не приблизился, ни на шаг к цели. Это нервировало и выматывало как на физическом, так и на моральном уровне.
Но я так просто сдаваться не намерен. Добьюсь своего, сколько бы времени это не заняло и куда бы ни завела меня…
Завернув в правый тоннель, я остановился и замер. В метрах ста от меня сидел на корточках «Семь». Все же это был он! Заключенный занимался своим делом и будто бы не замечал меня. «Семь» держал в руках статуэтку, которую он вырезал ножом. Странная фигурка очень сильно напоминала девушку, длинноногую, с длинными волосами. Я почему-то вспомнил девушку из своего сна.
— Семь, мне нужно поговорить с тобой! — Выкрикнув, я побежал к нему.
Как это произошло, я и сам не понял. Вот он сидел и вдруг никого нет. Вот он на корточках, а вот передо мной пустынный тоннель без каких-либо признаков жизни. Вдруг сильно разболелась голова, и было чувство, что она вот-вот расколется. Я обхватил голову ладонями, будто она и вправду могла лопнуть, как переспелый арбуз.
По итогу я вернулся в камеру ни с чем. Головная боль прошла так же внезапно, как и началась. Как же я устал! Только сейчас осознал, что блуждания по базе меня сильно вымотало. Эх, жаль, не удалось поймать этого затворника. Тогда бы я… тогда бы… тогда…
Вдруг я увидел странное голубоватое свечение. Оно исходило от постели Инженера. Его сейчас не было, и она пустовала.
Свечение становилось все ярче.
Вот что-то выползло и село посередине койки. Тем "что-то" оказался небольшого размера светлячок с полупрозрачными крыльями. Светлячок посмотрел на меня и начал быстро размахивать крохотными крылышками. Насекомое поднялось и, нарезая круги по камере, принялось летать. по камере. Сияние, исходившее от него, было таким теплым и успокаивающим.
Насекомое не выказывало агрессии. Не делало резких движений! Оно продолжало беззаботно порхать, нарезая круги. Я был рад, что мне удалось лицезреть нечто подобное.
Мне стало не по себе: а вдруг светлячок улетит и я его больше не увижу. А мне хотелось, что бы он, постоянно радовал меня. Найдя в тумбочке банку, я аккуратно поднес ее к насекомому и прикрыл крышку.
— Вот ты и попался, — обрадовался я.
Поставив банку на тумбочку, я начал искать что-то острое, чтобы сделать в крышке несколько дырок для воздуха. Светлячку моя затея пришлась не по вкусу. Он начал быстро мерцать и биться о банку. Да с такой силой, что банка начала пошатываться.
— Тише-тише, я же тебя не обижу! — Приговаривая, я все искал нож, но, как назло, его нигде не было.
Насекомое сделало рывок, крышка, не выдержав, слетела с банки, а сам светлячок упорхнул в открытую дверь. Его не стало. Я даже расстроился по этому поводу. А самое обидно, что обижать я его не собирался. Жил бы он вот здесь на тумбочке. Я бы его подкармливал, заботился. А интересно, что едят светлячки?
Тут пришли мои сокамерники.
На мой вопрос: видели ли они снаружи порхающего светлячка, те отрицательно замотали головами.
Вскоре случилось еще оно событие.
Вначале послышался женский визг. Так как девушка на базе была одна, то это кричала медсестра. Позже уже всем стало ясно, в чем причина. У медсестры отошли воды. Она рожала! Шла пятая неделя ее беременности и вот она готовилась к родам. Амбал находился рядом с ней. Он выгнал всех зевак, а сам, взяв ее на руки, потащил в медкабинет.
Я же с остальными остался ждать за дверью.
Как-то очень быстро все произошло. А как же девять месяцев или это здесь неактуально? Во всяком случае, Амбал в скором времени станет папочкой. Он и так сильно изменился, перестал докапываться до людей, начал вести правильный образ жизни. А в последние дни он все свободное время посвящал медсестре и своему ребенку.
Время шло, но двери не открывались.
Нервничали все, включая и меня. Это так волнительно! Будто сам участвовал при зачатии. А, да… я же и участвовал, когда спалил эту парочку во время секса. Так, Мажор, ты не об этом думаешь! Сейчас главное сосредоточиться на ребенке. И тут я задумался: а есть ли на базе ясельная группа или на крайний случай самые обычные подгузники? Что-то мне подсказывало, что нет.
В медкабинете послышались крики.
Некоторые, самые слабонервные, предпочли уйти. Остались лишь стойкие и закаленные. Я же особой стойкость не отличался, но любопытство брало вверх.