Меж светом и тьмой 4 (СИ)
Вика вздрогнула и достала телефон из внутреннего кармана, округлила глаза и стала осматриваться. Само собой, я смотрел на неё лишь краем глаза и заметил улыбку.
Перехватив идущую группу Волковых, прежде всего поздоровался и сразу перешёл к делу.
— Ваше сиятельство, уделите мне несколько минут?
— Не в этот раз, Покровский, — коротко отказал он, продолжая путь. Ах… вот как?
Однако его жена, Елизавета — статная, отлично выглядящая блондинка остановилась.
— Ваш поступок доставил довольно много проблем. Отдавали ли вы себе отчёт о последствиях, убивая княжича Корсакова?
Мне не хотелось играть, потому сказал именно так, как считал.
— Само собой. Корсаковы чётко и ясно увидели, что за угрозу моей семье и друзьям полетят головы — их головы.
— Андрей, вы слишком много на себя берёте. Вам лучше остыть, — нахмурился Артур. — Корсаковы недовольны какими-либо отношениями с вами. Вы убили не кого-то, а второго сына.
— В… нечестной с его стороны дуэли, которой тот сам добивался, планируя убить меня или поставить на колени, — качнул я головой. — Я…
Как он здесь очутился⁈
За моей спиной стоял великий князь Романов.
— Прошу прощения, что напугал. Не хотел вмешиваться в разговор. Василий Фёдорович, после приёма у вас найдётся время согласовать грядущий проект? — после подтверждения Романов обратился уже ко мне. — Как вам техника? Объективно, без преувеличений, справитесь с задачей?
Вопрос выбил меня из размышлений, что только что произошло. Сыграть немного самоуверенности? Вообще с моей стороны как провинциального графа крайне смело и даже нагло отклоняться от договора, изменив технику без предупреждения.
— С самой задачей никаких проблем. Если честно, техника интересная, но слишком однобокая. Я бы предпочёл её модифицировать.
— Вы? Мы говорим об одной и той же технике? — удивился Романов. И нахмурился, едва я подтвердил догадку. Кстати, Волковы резко перестали торопиться и наблюдали со стороны. — Граф Покровский, вы же понимаете задачу и её важность? Лучше обойдитесь без самодеятельности или можете подвести меня.
— Вы дали мне кисть и краски, требуя нарисовать картину. Я всего лишь хочу расширить цвета и взять больше разных инструментов. Да будет богиня свидетелем моих слов, я могу сделать лучше.
Я нашёл эту форму наивысшей клятвы. Нарушить такую, значит понести огромный репутационный ущерб. Злоупотреблять — кощунство с точки зрения церкви.
Романов несколько секунд с интересом смотрел в мои глаза.
— Что же… у аномальщиков свои пути… Но если результатом самоуверенности станет бесполезность, вы очень меня разочаруете, — судя по постановке вопроса, как мне дали жемчужину, так же легко и заберут. И это если у «разочарованного» представителя правящей династии будет хорошее настроение. Здравое суждение, он констатировал факт и не пытался меня отговаривать,
Великий князь посмотрел в сторону.
— Кстати, слышал о ситуации с Юсуповой. Надеюсь, вы решите и эту проблему, поскольку её присутствие нежелательно.
Прямого отказа не дал, но всё же лишние люди в экспедиции не нужны… ну да посмотрим, как пойдёт. Вокруг меня ситуация меняется столько стремительно, что загадывать нет смысла. А тянуть с исцелением я и не собирался.
Романов оставил меня и удалился с Волковыми. Хотя вместо них ко мне подошёл княжич Александр под руку с Юлей Корсаковой. Ох… вот с ним точно говорить не желаю, ибо в этот раз выглядит недружелюбно. Шатенка пришла в красивом тёмно-синем облегающем вечернем платье и смотрела на меня чуть ли не свысока, заговорив первой.
— Покровский, должна сказать, вы поступили очень некрасиво, требуя за исцеление Харитоновой столь высокую плату.
— А кто вы такая, чтобы решать, сколько я должен запрашивать? — выгнул я бровь. — Или хочется поддеть шпилькой за потерю союзников, но ничего лучше не придумали?
— Андрей, прошу, будьте уважительнее к моей невесте, — ещё сильнее нахмурился Александр. — Харитоновы — это род с безупречной репутацией. Я тоже считаю, что ваша ненависть к ним основана лишь на том, что вам требовался виновный.
О вечная вселенная! По глазам вижу, этот человек ещё слишком молод, чтобы им не крутила любвеобильная красавица… плевать.
— Желаю вам всего наилучшего, Александр. Я не собираюсь влезать в ваши отношения. Равно как и слушать претензии по поводу смерти кого-бы то ни было.
— Клянусь, когда-нибудь вы ответите за брата и слёзы моей матери, — прошипела Юлия, понизив голос и сильнее прижав руку Волкова.
— Вы слишком много на себя берёте, — я попрощался и двинулся назад. Танец… уже объявили и Яна смотрела на меня, встав около отца вместе с Леной.
Плохо, если честно. У князя Волкова есть своя голова на плечах: едва ли им легко манипулировать. Но Корсаковы явно не на пустом месте начали постепенно наращивать влияние в Пскове и всюду внедрять агентов. Уже несколько поколений не было прямых союзов наследника и княжны «большой тройки» Пскова. И это сильный аргумент.
Мои слова о сказанном Кириллом — это лишь моя позиция. Даже память если что можно подделать и ничто не даст стопроцентной гарантии. А они всё ещё подозревают за моей спиной могущественную четвёртую силу извне Пскова. Юсуповы же оказались мудрее. По крайней мере «добрый дедушка».
— Покровский, не переживайте. Ваша попытка усидеть на двух стульях похвальна, но почти наверняка обречена на провал. В любом случае Волковы — не те, кто совершают поспешные действия в неясных ситуациях. Лучше скажите, как вы могли утаивать подобное?
Я резко выпрямился и посмотрел на Яну. Под моим взглядом она резко сжалась и замотала головой. Я уже думал о фатальной ошибке. А оказалось… что меня самого обманули как простофилю. Видимо, потому, что сам боялся этого.
— Покровский, право слово, так легко показали, что вам и даже моей дочери есть что скрывать от меня. Значит, между вами есть взаимное доверие.
— Ну у вас и методы, князь… — пробормотал я. А если честно, мне он искренне нравится. Тоже в орден, однозначно!
— Так и есть, — согласился старик. — Но на самом деле я говорил о ваших способностях управления маной и таланте проектировщика колец. Ведь освоенная вами техника была артефактом. Причём вы умеете выполнять полное поглощение артефакта…
Ах… он о замыкателе? Это уже стало общеизвестно. Так что обходительно поговорил на эту тему. Анатолий точно убедился, что я знаю о «духовных техниках» гораздо больше, чем показываю.
Поговорили о прогрессе смущающейся Лены. Яна сделала комплимент её талантам. Однако начался новый танец, и я пригласил Яну. Заскучавшую в одиночестве Лену не оставил Костя. Волкова же… наблюдала со стороны с задумчивым выражением. А вот Вика танцевала с каким-то парнем — немного неуклюже, но искупала вину улыбкой.
Закончилось без эксцессов, и мы вернулись в Покровское. И этой ночью Яна не позволила мне оставить её. Заснула уставшая, но улыбаясь и обнимая меня… Правда как оказалось спала она беспокойно, но очень крепко. Пришлось сковать её движения тонким одеялом и держать.
Новый день был полон планов, но начался он с прибытия Демьяна Назарова, Маховых и Полины. И я без разговоров прекрасно знал, что нужно всем им от моей скромной персоны.
Глава 16
Две недели
Демьян ещё не успел поздороваться и дождаться, когда я останусь с ним наедине, когда прибыли Маховы. Оба — знакомый мне пиромант и его отец. Предавший доверие по большей части сам справился с ядом, но обрушение трёх колец нанесло много травм и подстегнуло недуг.
И сейчас он, без обиняков, попросил одолжить жемчужину, которую мне даровали Романовы. Я рассмеялся, чем удивил его.
— Андрей… я понимаю, как это звучит. Но в определённых рамках ты можешь распоряжаться. Мы…
— Да нет, забудь, — махнул я рукой и развалился в кресле. — Ты про Харитонову не слышал? Могу тебя вылечить.
Савелий расцвёл, уже начал улыбаться, а его отец перестал хмурится, глядя на меня, как я выставил ценник.