Меж светом и тьмой 4 (СИ)

Точно кто-то важный послал. Может даже сам великий князь.
Выбежал обеспокоенный Тимур, который уже спал. Я объяснил ему ситуацию. Старый управляющий был безмерно рад увидеть моего котика.
Я прекрасно знал, почему они заострили внимание, но ночными событиями не интересовался. Андрею Покровскому никто не звонил.
Довольный прошедшей ночью, наконец ушёл спать.
В жизни всегда есть баланс — пора разрушать и пора созидать. Наконец я займусь чем-то мирным.
  
Сон казался странным. Почти наверняка наведённым воспоминанием из прошлого.
* * *
— Осборн… всегда знала, что ты умрёшь в бою. Или это не считается.
Я открыл глаза, ощущая себе неожиданно… хорошо.
Получилось?
Схватился за грудь — целую, без сквозной дыры. Биение сердца вернулось, и оно наполняло меня силой.
— Вивьен, какая честь, сидела… — я поднял голову, встретившись взглядом с… самыми узнаваемыми глазами Альдарана. Серые, отсвечивающие синим и фиолетовым — особенно ярким в моменты выброса силы. Архонт накручивала рыжие локоны на палец с ехидной улыбкой.
— Неужели разочаровала? Вивьен ушла едва твоё сердце забилось. У неё нет времени нянчится с сомнительными магическими тварями.
— На данный момент у меня всего два варианта: ты — Герман и поставил себе целью подшутить надо мной очередной искусной иллюзией. Или всё же настоящая Лира — пролетела четверть мира, чтобы посмотреть на моё творение.
Я свесил ноги с кровати и осмотрел грудь, на которой появился странный знак в виде четырехлучевой звезды. Кажется… повторяет основной контур духовного сердца? А кожа как настоящая…
— Ну тогда я тебя озадачу… — Лира встала с кресла и подошла ко мне, покачивая бёдрами. Ещё и сложный наряд как всегда облегающий. У меня было много вопросов и вместе с тем интересно, что она сделает — наклонилась и поцеловала в губы. — Вот теперь гадай, сделал ли это Герман. Пойду я.
— Главное — это вера, — вздохнул я. — А ещё он не умеет имитировать запахи. Ладно, слушай… я чуть не умер. Можешь ввести в курс дела? Как видишь, моё безумство сработало. Но ты ведь не просто так осталась здесь.
Рыжая ухмыльнулась и грациозным, плавным движением села на край кровати и положила на звезду пальцы правой руки.
— Я бы сказала, что ты и сейчас где-то между жизнью и смертью. Эта рана… нанесена концептуальной магией — нечто, взаимодействующее с законами вселенной. Она никогда не заживёт. Но для существа магии она не опасна. Ты больше не человек.
Пожал плечами.
— Пусть так. Ты тоже многое с собой сделала. Целенаправленные магические мутации, слияние с фрагментами духов… кое-что из твоих наработок вдохновило меня.
— Рада слышать, но ты пошёл гораздо дальше. Сила созидания и разрушения… когда-нибудь преобразует тело. Даю девяносто девять шансов из ста, что ты рассыплешься, потеряв стабильность. Если повезёт — станешь бессмертным.
Словам мага хаоса несомненно можно верить. Её дар — это такое же чудо, как и Равновесие. Конечно за громким названием скрывается способность всячески тонко манипулировать силой — разбивать сложнейшие системы и возводить новые, ещё более стабильные. В бою она порой перехватывает контроль над чужой магией — разбивает мощнейшие атаки щелчком пальца. Я мастер контроля внутренней силы, она — внешней.
— Поможешь с этим?
— Может быть… во всяком случае, повышу шансы. Но когда отдохну. И так пришлось поддерживать тебя несколько часов, пока артефакт не сросся с душой и не перестроил сущность. А ещё Габриэль попросил научить тебя кусочку магии хаоса, чтобы ты всегда мог подлатать себя.
— А как же изнанка и война? Того монстра хоть убили? — удивился я.
— Сбежал, эта битва займёт годы. Пора учиться, создавать новое оружие и становиться сильнее. Уверена, теперь ты выдержишь ещё два кольца.
Что же… похоже, придётся дальше усиливать память и умещать в неё больше знаний. Олеандр же как-то справляется и знает побольше моего!
Ощущаю себя живым и помолодевшим лет на двадцать. Но не могу же я вечно полагаться на Лиру. Кстати, я понимаю, почему у неё такой ехидный взгляд. Кажется, духовное сердце разогнало все функции организма на максимум. В том числе и либидо… мог быть убрать в сторону, но критической спешки нет.
— Пожалуй, нужно сначала проверить, насколько восстановилось моё тело.
— О, хочешь ролевых игр вместо познания принципов управления хаосом? — Лира перекинула через меня изящную ножку. — Ситуация учитель пришёл к нерадивому студенту, который не хочет учиться. Но она нашла выход?
Я засмеялся и попросил так не делать: жутко сбивало настрой!
Воспоминание резко оборвалось, выхватив лишь пару приятных моментов и перешло к магическим формулам, другой сфере рунологии и плетений. Всё глубже и глубже.
* * *
Проснулся… слегка уставшим. За окном уже светло, духовное сердце немного потеряло в заряде. В памяти освежилось многое из того, что успел подзабыть в конце войны. Уверен… часть из этого я вообще не знал. Детали занятий не помнил: всё тонуло в сонном тумане, кроме ключевой информации.
Ещё полчаса прогонял важные знания через себя, боясь что-то потерять, пока в дверь не постучали.
— Андрей, извини. Правда не хочу тебя будить…
— Буду через пять минут! Подожди в гостиной, — я понял, чего ждала рыжая. И другая рыжая сейчас обязана меня слышать, потому понизил голос. — Лира… во-первых, жестоко так избирательно останавливать сны. Во-вторых, ты считаешь, что это так нужно? Честно, очень хочу знать, каким образом ты сама смогла заставить духовное сердце потратить заряд. Но зачем — помочь Лене? Нет, ты не настолько великодушная.
Мне требовался ответ, и я обдумывал его, на автопилоте поднявшись с кровати и принимая освежающий утренний душ. Осознал уже когда брал телефон.
— Это связано с техникой, которую мне дали Романовы? Тратить на подобную защиту кольцо расточительно, даже если потом его сносить. Хочешь… сделать меня магом хаоса на полставки?
Ответа, конечно, не последовало, но Лира явно имела в виду именно это. Решение конечно за мной, но всё следовало обдумать. Принципы ветви «хаоса», защита… и совместить как-то с Равновесием?
«Назовёшь технику „Равновесный хаос“. Как по мне звучно», — ехидно заметил Чешуйка.
«Хозяин и так много исследует! Не пойти ли проторённым путём? Прошлый хозяин говорил, что важна мудрость предков», — Люмьер хотел, чтобы я отдохнул. Но на самом деле мне хотелось именно нырнуть с головой в исследования. Это мне местные распри не позволяют на пару месяцев отключиться от мира.
Котика ужасала идея на столько месяцев добровольно изолироваться: в той башне он и так натерпелся страха. Чешуйка же напротив считал стремление побыть одиночкой здравым.
Впрочем, мысли ушли не туда. Это немного ломает план… а попытка балансировать на одной ноге, жонглируя нестабильной материей, крутя обруч и держа на голове поднос с горячей едой… безумна.
О, кажется мне идея начала нравиться, но займусь позже.
Я пришёл к Лене, немного бледной, с синяками под глазами и сразу проверил её состояние. Эрозия энергетических меридианов заметна, но пока ничего критичного — много неприятных царапин.
— Андрей… я боюсь… ощущаю как… Неужели ты чувствовал себя так же?
— Тише, всё хорошо… сейчас кое-что принесу. У меня есть пара идей, как это побороть. Только нужны материалы. Кое-что снимет симптомы.
Сестра обняла меня… и я понимаю, что пусть даже я магистр ордена, а семью ценю. И меня жутко бесит поступок Корсакова, умершего слишком быстро.
Чтобы немного помочь, я взял флакон вытяжки из Ирги и жемчужину, которая за время сна полностью заполнилась энергией. Как теперь знаю — той в какой-то мере «божественной». Только если Шейд и Хина в порядке, то Сариэль в каком-то неясном состоянии и потому сила деградировала.
  
Часть энергии накачал в эликсир. Остальное кристаллизовал в камешек и принёс Лене вместе с банкой порошка из корня эдельвейса, реквизированной у Махова.