Наследница проклятого острова (СИ)
Продай эту Цилаф подороже, и дело с концом. Караулить её несколько лет я точно не собираюсь — особа она артистичная и явно не совсем уж дура, с такой проблем не оберёшься. Из заточения сбежит, сбежала же из-под носа у аберрийцев. А несколько лет держать её при себе и изображать неземную любовь я не смогу, поставь ты на карту хоть два Цейлаха.
Мы неплохо зарабатываем, двигая товары. К чему всё усложнять и лезть в большую политику? В том море плавают такие акулы, которые нас съедят и не подавятся. Поэтому я предлагаю сделать то, что мы так хорошо умеем — продать уникальную штучку за большие деньги и скрыться в предрассветном тумане.
Ярц
Последний день15-го лаурдебата 6973-го года
Недальновидность тебя погубит, сын. Цилаф — сокровище, а годы и вес она наберёт так стремительно, что и моргнуть не успеешь, как она станет старой и толстой.
Чего тебе стоит подружить с ней пару лет? Ты же сам написал, что девица будет красоткой.
Вот не зря тебя прозвали Везунчиком, а не Умником.
Сведения о Цилаф мне передал один должник из Эртзамунда. Даже интересно, откуда он узнал о её побеге, до того как это стало известно аберрийским дознавателям?
Сейчас этот эрт просит транспорт для товара и трёх сопровождающих. Теперь, когда благодаря его весточке у нас в руках Цилаф, отказывать ему мне не с руки.
Ты возьмёшься?
Н. Г.
25/¾/6973
Почему нет? Лучше это, чем играть роль влюблённой няньки. А с Цилаф я могу подружиться, попробовать втереться в доверие и немного пофлиртовать. Она может стать ценным контактом в будущем, если сейчас ей немного помочь.
Ярц
Последний день 15го лаурдебата 6973-го года
Помочь, говоришь? У меня возникла одна идейка.
Что у Цилаф с манерами? Хорошо ли она говорит на аллоранском? Можно ли сделать из неё человечку?
Н. Г.
25/¾/6973
Человечку? Вполне. Глаза у неё скорее голубые, чем синие. Волосы пепельные, но можно и покрасить, а манеры вполне подходящие для высшего света, она же аристократка. На аллоранском она говорит бегло, с едва уловимым северным акцентом. А что?
Ярц
Последний день 15-го лаурдебата 6973-го года
Помнишь, я несколько раз пытался внедрить своего человека в Нинарскую Академию? Но каждый получал отказ то по уровню дара, то по критерию «общей эрудиции», так они деревенщин отсеивают. А Цилаф — урождённая аристократка. Магесса из неё должна получиться неплохая, а спрятаться в элитной академии для людей она может и сама захотеть. Там её аберрийцы искать не станут точно. А мы взамен получим то, чего добивались столько лет — информатора в закрытой академии для элит. Ты только представь, сколько весёлого компромата на отпрысков родовитых семейств мы получим.
А сами тем временем прикроем девчонку и будем держать паруса по ветру: если захотим кому-то продать её местоположение, то из академии-то она никуда не сбежит. А через пару лет, возможно, и ты на неё иначе посмотришь.
Н. Г.
25/¾/6973
Капитула четвёртая, волнующая
Следующие три дня я отъедалась и отсыпалась. Корабль шёл уверенным курсом на Аллоран, капитан Эддар был обаятелен и учтив, разрешил пользоваться своей библиотекой и оберегал меня от ненужного внимания команды.
Их всех, конечно, удивило количество еды, которую я оказалась способна поглотить, но что поделать — после оборота человеческий облик исхудал окончательно, гайрона вытянула все запасы и соки.
В каюту постучали, как раз когда я приканчивала печеньку с мангором. Сочетание нежной жёлтой фруктовой мякоти и ройсового теста — божественно! Я съела уже целую коробку этого печенья и искренне надеялась, что у капитана припасён ещё ящик.
— Зайта Инор? Вы позволите? — раздался незнакомый голос.
Я слезла с постели и распахнула дверь, за ней стоял бородатый мужчина в возрасте, я его уже видела на корабле, но мы пока не были представлены.
— Приветствую, — поздоровалась я.
— И я вас, — кивнул он. — Позвольте представиться, я — корабельный лекарь зайтан Синатур. Я хотел бы вас осмотреть.
Я лихорадочно попыталась сообразить, как избавиться от такой акульей услуги, но в голову ничего не пришло, поэтому мы с зайтаном лекарем так и замерли друг напротив друга, разделяемые лишь возникшей неловкостью.
— Не беспокойтесь, зайта, всё обнаруженное при осмотре останется строго между нами. Я просто хочу убедиться, что вы здоровы и не представляете опасности для экипажа.
Вот тут он меня действительно удивил. Я-то, конечно, вполне могла представлять опасность для экипажа, но ему-то об этом откуда знать? Гайрону во мне сходу не определить — этому мешает подаренный бабушкой кулон. А болезней у меня никаких нет. Вроде бы.
Лекарь переминался с ноги на ногу, но уходить явно не планировал.
— Хорошо, — сдалась я.
Отказаться от осмотра врача — вызвать лишние подозрения. Лучше договориться. Лекарь запер за собой дверь, подставил к постели стул и жестом попросил меня сесть на кровать.
— Скажите, есть ли у вас какие-то жалобы? Крутит живот? Бывает ли тошнота?
— Нет, ничего подобного.
— Позвольте вашу руку, — целитель наложил на меня диагностический аркан, и его глаза увеличились в размерах.
— Да вы гайрона!
— Доктор, прошу вас, — тихо проговорила я. — Видите ли, гайрона я не совсем полноценная. Оборачиваться не умею, хотя крови во мне довольно много. Предпочитаю считать себя человеком.
Это, конечно, ложь, но не совсем уж огульная. Моя мама — полукровка, и перекидываться не могла. Но зверь отца выбрал её, а на потомстве это никак не сказалось, все мы получились полноценными. Тут никогда не угадаешь, как лягут вероятности — у двух гайронов может родиться слабенький смесок, а у гайрона с человеческой магессой — сильнейший гайрон. У всех нас есть больша́я доля человеческой крови, так что потомство — игра в лотерею. И лучше слушать зверя и соблюдать ритуал, чем идти против природы и выбирать партнёра человеческой ипостасью.
— Что ж, а в ком её нет? — согласился пожилой целитель с отливающей голубоватым сединой. — А в остальном вы здоровы. И никаких глистов! Зря мы беспокоились.
Я вытаращилась на лекаря, переваривая информация. С чего они беспокоились, что у меня глисты? Сначала я не поняла. А потом как поняла! Краска стыда мгновенно залила лицо, кожу запекло, а дыхание сбилось. Я так много ела, что они подумали, что у меня глисты, и прислали лекаря. Какая забота!
— Ох, простите, вышло несколько бестактно, — смутился вдруг зайтан Синатур. — Но я очень рад, что вы просто молодая здоровая зайта с отменным аппетитом. Я распоряжусь, чтобы вас не ограничивали в питании. Вы достаточно сильно истощены, и это нужно исправлять.
— Меня мачеха… не кормила, — выдавила я, сгорая от стыда.
— Что же, это всё объясняет. Но поймите верно, такой аппетит при подобной худобе — дело подозрительное с медицинской точки зрения. Ах да, я рекомендую вам пока что воздержаться от применения магии. У вас довольно слабые магические каналы при очень большом резерве. Вы рискуете выжечь их, если будете плести арканы. Необходимо время для их укрепления, обычно в вашем возрасте таких проблем уже нет, чаще всего они возникают сильно раньше, если резерв формируется быстрее, чем магические протоки. Но годам к двенадцати-тринадцати эта проблема уже уходит. А вам уже почти шестнадцать, не так ли?
— Да, верно.
Я прекрасно понимала, о чём он говорит. Блокираторы на меня надели в одиннадцать лет, видимо, невозможность колдовать и нарушила процесс развития магических каналов. Это не просто плохая новость, а отвратительная. Хорошо, что лекарь решил меня осмотреть, прежде чем я по незнанию выжгла свою способность чаровать.