Сказание об Оками 7 (СИ)

– Команды, попрошу вас на письменный экзамен, правила объяснят вам на месте, – хокаге приветливым жестом гостеприимного хозяина указал на двери академии. – Наставники команд, вас прошу пройти на планёрку. 
Дождалась! В том смысле, что вот он, хокаге, можно теперь ему стукануть на беспредел упоротых миньонов из Скрытой Травы, устроенный кем-то из его подчиненных. 
Передала малых под охрану Фумито, который пообещал сводить их на тренировку к своему приятелю Гаю. Им будет полезно… еще бы и других мелких туда же, того же Наруто, но, наверное, не с руки будет позитивному парню Майто Гаю против системы идти и так запросто тренировками изгоя заниматься. Это мне плевать, кто что скажет, а типичного джонина и загнобить общественным порицанием могут. Белый клык Хатаке Сакумо, к примеру, руки на себя наложил, после того как всего-то миссию провалил. Интересно, пытались ли это расследовать? И не помог ли кто-нибудь одному из крутейших джонинов своего поколения с принятием решения? Ну а чё? И у Кумо, и у Ивы их спецслужбы тоже работают, ничуть не хуже, чем теневое АНБУ Шимуры-сана, знаете ли. 
  
Собрали нас в обычном учебном классе академии. В похожий, но на другом этаже увели экзаменуемых. Как они там? Вообще, письменный тест – это максимально стрёмно. К такому мои генины не готовы. Не входили контрольные в мою программу обучения учеников. У Дея еще и почерк отвратный, весь в меня. Кацую у ребятишек при себе есть, но я попросила ее сообщить, только если какая-то реальная опасность будет. А так вмешиваться не буду. Не потому, что дофига честная, а по причине, что если запалят, то это позор, потеря лица и больше не позовут.
Хорошо быть миниатюрной девушкой. Это я поняла, когда из всех присутствующих только мы с Марин нормально уселись за ученические парты, без большого дискомфорта, не считая того, что деревянные сидушки жесткие и нифига не анатомической формы. Плоские, как я до того, как втянула чакру наставницы. Ну или просто повзрослела, уверенности до сих пор нет. А вот толстому дяденьке-джонину, скорее всего, из клана Акимичи, только посочувствовать с его попытками уместиться за столом, рассчитанным на детишек.
Кроме полутора десятков шиноби Конохи и нас с Марин, еще и ублюдки из Скрытой Травы приперлись. Джонин Яширо и еще один, такой же убогий. Еле-еле удержалась от того, чтобы приласкать их техникой дистанционной передачи боли. Сандайме – это не какой-то там лошара, наверняка и заметит, и поймёт, и выводы сделает. По тем же соображениям я с проклятым танто в гостиницу, где кусанины поселились, до сих пор не наведалась. В городе, где не протолкнуться от сенсоров, таких, как Хьюга, запалят на раз-два любую попытку навредить послам. 
– Рад приветствовать вас в роли джонинов-наставников, господа, – я аж мысленно застонала, когда Хирузен затянул привычную для себя бодягу про природу, весну и пацифизм. 
Обычно хокаге таким словоблудием в переписке занимался, а тут прямо-таки речь толкнул. Может, это вообще другой человек под хенге? Распознаю, если только дотронусь. Сенсор я контактного типа. Хотя нет, это меня обмануть, как два пальца, а вот Марин встречалась раньше с Сарутоби-саном, знает, как ощущается его чакра. Ее уже не облюбишь. 
– Перейдем же к вопросам проведения экзамена, – добрался наконец-то до сути старый налюбщик. – Всего будет традиционно три этапа. Первое испытание – письменное, оно будет длиться шесть часов, его провалят все. Оно специально сделано таким, что сдать его невозможно, а если найдется уникум, способный ответить на все вопросы, к нему несправедливо придерутся и он тоже не сдаст. При этом мы создадим видимость того, что другие команды успешно справились. Суть первого этапа в проверке готовности бороться до конца. Всем “провалившим” испытание организаторы тонко намекнут на то, что у них еще есть шанс реабилитироваться, но не все его получат. Первая часть экзамена – это проверка моральных качеств, тест на отсутствие границ, на целеустремленность и готовность нарушить правила. Попрошу вас не делать попыток сообщить озвученную информацию своим ученикам. Я знаю, что у некоторых из вас такая возможность есть.
И посмотрел сандайме прямо на меня, конечно же. Ну да, чуть шепнуть Кацую и Королева слизней предупредит команду. Но нафига? Пусть мелкие сами выпутываются, у них есть всё необходимое – мозги и характер. Провалятся – попробуют в следующем году, а я их до второй попытки буду нещадно стебать. Тоже педагогический эффект, знаете ли. 
– Прошедшие фильтрацию готовностью проявлять упорство путем тайной жеребьевки получат одну из двух миссий – сопровождение ценного груза, либо захват его же. Победители второго этапа обязаны будут предоставить груз на точке финиша. Объектом доставки станет, – хокаге достал из-под стола комнатный цветок в горшке. – Вы можете задать свои вопросы, уважаемые джонины.
Любит он играть роль такого доброго дядечки, близкого к народу. Во время моего экзамена Ооноки-сама вроде как с наставниками команд не беседовал. Или это всё мимо меня прошло? Да пофиг, на самом-то деле.
– Что будет, если цветок завянет? – спросила эффектная блондинка, чем-то похожая на мелкую Ино. Родственница, наверное.
– Яманака разбираются в цветочках, не зря магазин открыли, – хохотнул толстяк Акимичи. Реальный человек-гора. Раза в два тяжелее Миуры, который просто здоровенный лоб, без внушительного пуза, как бы Каноно ни старалась его откормить. Вот бы с ним спарринг. Мне интересно, смогу ли я побить кого-то, кто настолько не в в моей весовой категории. А че бы и не спросить по окончании собрания?
– Если цветок завянет, его съедят вредители или он будет поврежден иным способом – миссия сопровождения считается проваленной, но у команды останется шанс присоединиться к бандитам и добыть другой цветок.
– Печати хранения? Их можно использовать? – протянула руку Марин. Дура. Нефиг подсказывать коноханинам! Это за нами, чужаками, будут внимательно следить, чтобы не нарушали правила. А вот местные наверняка уже передали весточку своим командам и им за то ничего не будет. 
– Печати – это оружие ниндзя, они допустимы. Но экзаменуемым придется создать их самим, – ответил Хирузен.
В тему! Тару не зря внучка дедули Эна, а Дей с Фумито под одной крышей живет и тоже к рисованию фуин постоянно привлекался, несмотря на то, что ворчал. Сообразят ли? Надеюсь, что да, они у меня умненькие. А еще забавно выглядит идея сделать фальшивые цветочные горшки, посадить в них всякие сорняки и раздавать всем, кто захочет ограбить, пока настоящий груз в печати. Но это если повезет попасть в команду сопровожденцев, а не охотников. Че-то в честности жеребьевки у меня лично биджево большие сомнения. Уверена, моим так не свезет. 
Джонины Конохи задали еще с десяток откровенно тупых вопросов, ответы на которые оратор выдал в своей не такой и длинной речи. Туповаты они как-то. Не все, конечно. Умных больше, хочется в это верить.
– А можно к вам на аудиенцию записаться? Есть важная тема, знаете ли, – я стрельнула глазами в сторону джонина Яширо, который, походу, тоже умеет чувствовать взгляды, так как поёжился. А ведь я даже и не пыталась ублюдка энергетикой пронять пока что.
– Да, Оками-сан, мы с вами и Юки Марин-сан переговорим сразу по окончанию собрания, как только отпустим остальных участников. Ваш вопрос ведь не касается экзамена? 
– Ага, спасибо, – буркнула я.
Рано или поздно вся эта тягомотина закончилась. Посторонние вышли, остались только мы с Марин.
– По поводу вашей записки, Оками-сан… – Хирузен изобразил, что ему неловко поднимать тему. Старый же налюбщик, отлично играет лицом, я бы прям поверила, если бы не знала заранее, какой он скользкий. – У шиноби Кусагакуре нет никаких прав производить любые аресты на территории Страны Огня. Но их суверенитет предполагает, что скрытая деревня сама решает, кого считать преступником. Простите, Юки-сан, отменить ваш розыск, в легитимности которого есть сомнения, я не в силах, только обеспечить вашу безопасность в своей юрисдикции.