Кодекс Инквизитора. Книга I (СИ)
Нет, точно не привиделось. Подпрыгнув, словно ужаленная, забегала по козырьку взад-вперёд. Противоположная стена неспешно, но неотвратимо двигалась навстречу. Совершенно бесшумно, сантиметр за сантиметром. Засечь передвижение было крайне сложно. Камень, будто живой организм, нарастал на глазах. Дистанция сократилась метров на пять, не меньше. Ещё немного, и я смогу перемахнуть пропасть.
Прошло около часа томительного ожидания. Расщелина сузилась настолько, что я без особого труда осилила преграду. Оказавшись на той стороне, с облегчением перевела дух. Уж лучше полозу брюхо колупать, чем ждать у моря погоды.
Такая же площадка, рычагов не видать, зев тёмного тоннеля маячит неподалёку. Идти никуда не хочется, но придётся. Пряники закончились, вода на исходе. Немилосердно чешется, регенерируя, перемотанный палец. Настроение на нуле, несмотря на то что очередной этап пройден. Сколько таких этапов на пути?
Шагала долго, стараясь наступать мягко с пятки на носок. Не помогло — эхо от шагов распространялось на сотни метров вокруг, предупреждая о моём появлении загодя. Если вообще было кого предупреждать. Даже привычные плотоядные амёбы куда-то попрятались. Классических ловушек тоже не было видно: как ни вглядывалась, ни одной не обнаружила. Расслабляться не спешила, ведь именно в такие моменты зазевавшийся герой попадает из огня да в полымя.
Сама не заметила, как оказалась в очередной пещере, на этот раз не такой большой, как предыдущие. Лишь когда ровные плиты коридора сменил необработанный камень, а замкнутое пространство перестало давить на нервы, я встала и огляделась по сторонам. Фосфоресцирующий мох на изрезанных стенах, из продольных трещин растут бледно-зеленоватые грибы, похожие на поганки, а посредине — криница. Крохотная совсем, не больше тридцати сантиметров в диаметре. От чистейшей ключевой воды распространялось сияние. Если это не та самая живая вода, тогда что?..
Не доверяя глазам, вытащив зеркало Мораны, взглянула в отражение: родник на месте, никакого подвоха нет. Стараясь не дышать, подступила ближе. Нет, не глюк. Тихое журчание и сырость вокруг говорили об одном: я на месте! Неужто дошла?
А ведь вовсе не трудно было — подумаешь, несколько дней мытарств и безнадёги. «Подумаешь»? А как же приставучий змееголовец? Полоз длиною с футбольное поле, способный сожрать корову целиком? Сотни, если не тысячи смертоносных ловушек, наполненных всякой мерзостью? Легко ли тебе было, девица? Короткая же у тебя память, княжна!
Дожилась — обращаюсь к себе в третьем лице, или это мой внутренний голос вопрошает? А не наведённый ли морок всё это? Может, не было ничего? Достав из подпространства прозрачную флягу из магического полимера, что позволял воде сохранять прохладу, постучала ногтем по донышку.
— Привет, малыш! Проголодался, поди?
Едва видимая глазу полупрозрачная сопля, почуяв тепло, распласталась по стенке сосуда.
Безбоязненно засунув палец в горлышко, принялась наблюдать за тем, как мелкая пакость аккуратно цедит кровь. Наевшись от пуза, существо отвалилось и впало в спячку. Мне всё-таки удалось заполучить образчик амёбы. Артефакт уже провёл кое-какие предварительные исследования, определив, что аномалия является полуразумной. Имеет трёхмерное тело, обитает в четвёртом, а его жизненно важные органы, включая желудок, находятся в пятом измерении. Что это, ошибка природы или неудачный эксперимент злого гения, оставалось только гадать. Научники займутся этим вопросом, и, возможно, у меня появится охранная система, какую доселе не видел мир, а родовая казна пополнится звонкой монетой.
Вытащив берестяную фляжку Мары, набрала живой воды под пробку. Тщательно завернув крышку, задумалась: «А не испить ли мне живицы из ключа? Вдруг стану бессмертной, что тот Кащей?» Заманчиво, конечно, но пожалуй, что нет. Не зря же её принимают только вместе с мёртвой. Сто процентов имеется нюанс — скорее всего, фатально-каверзный.
Позарился на дармовщинку. Возжелав бессмертия, выпил чарку, а кишки возьми да вывались под ноги из насквозь прожжённого пуза. Может же быть такое? В этом странном месте возможно всё, так что ну его на хер! Упрятала берестянку в хранилище с глаз долой. Плевать в родник не стала, вдруг пригодится. Не мне, так другому доброхоту.
Обошла по кругу пещеру, в надежде сыскать что-нибудь полезное. Многоцветный мох не впечатлил, бесцветные поганки не моё — я же не травница. Подумала и аккуратно сорвала пару грибниц. Всё-таки грибочки из царства мёртвых — это вам не чёрную икру с вареньем хавать. Неизвестно, какими свойствами они располагают. Может, рога на лбу отращивают, а может, жизни миллионов спасти способны. Алхимики разберутся, а сейчас пора валить, пока ещё какая оказия не случилась.
Выходов из каменного мешка было три, но на этот раз я не мучилась выбором. По отражению в зеркале, безошибочно определила нужный.
Источник покинула задом наперёд. Пройдя чуть больше сотни метров, оказалась в знакомом сопливом гроте. Не мешкая, призвала мечи. Чутко прислушиваясь к звукам, огляделась по сторонам. Шипения не слыхать, змей не видать. Судя по всему, я таки упокоила демона, чтоб ему пусто было! Плита, перекрывающая выход, поднята, через огромное круглое отверстие проникал призрачный свет чёрной луны.
В Нави стояла ночь. Тянуть не стала: я прошла этот квест достойно, пора и честь знать. Не всякому дано побывать в царстве мёртвых и выйти оттуда живым. Понимала, конечно, что побывала всего лишь в преддверии ада, ноготком ковырнув корочку многослойного пирога. А сколько тех слоёв? Мне и пары хватило, чтобы навек отбить желание возвращаться сюда. Не хочу, не буду — ни за какие коврижки!
Курганы миновала быстро: карта стояла перед глазами, будто её на сетчатке кислотой вытравили. Никто не напал. Черепа безмолвно провожали пустыми глазницами. Это ощущение мне привычно, давно перестала обращать внимание. Покинув гигантский некрополь, активировала навык иноходца. Приветливо помахав масляному пятну зеркального портала, нырнула в аномалию. Нуль-переход, и я стою подле дубового стола, на котором всё так же лежит тело Лютого.
— Я не сомневалась, княжна, что ты справишься! Хочешь петушок? На амброзии варила, лакомый, попробуй, не побрезгуй! — Морана, поднявшись со скамьи, обогнула прялку и в самом деле всучила мне леденец.
А что я говорила?
Нос воротить не стала, прибрав угощение в хранилище. Ничего, не гордая. Выжила в подземельях — переживу и божественный троллинг.
— Не дождёшься, Мара. Жива, как видишь, и вполне здорова. Воду достала, возвращай генерала, да пойдём мы. Загостились. Наверху потеряли, поди.
Богиня бросила взгляд на песочные часы.
— Не тревожься, часа не прошло, как ты спустилась в Навь. Время в царстве мёртвых течёт иначе. В зависимости от слоя реальности замедляя либо ускоряя бег. Ты побывала на втором ярусе, а там время фактически застывает.
— Сколько ярусов всего? — задала вопрос Моране, не особо надеясь на ответ.
— Двадцать три. Первые два слоя можно уподобить песочнице. Дальше ни один смертный не проходил. Там балом правит смерть. К источнику живицы в былые времена ходили часто, но не все возвращались. На моей памяти лишь два человека воротились. Дурной царевич да не очень умная княжна. — Мара, подмигнув, подошла впритирку и крепко обняла.
Хрустнул хребет. Кровь застыла в жилах, а от лобзания в макушку померкло сознание. Входит в силу Снегурка! Ещё пару дней, и её дружеские объятия загонят меня в могилу.
— Забирай служивого и ступайте с богом. Нельзя ему долго находиться в Нави в статусе живого, может и не отпустить обратно.
Услышав слова Мораны, едва не перевернула стол.
— То есть как это «забирай»? А живая вода? Что это значит, Мара⁈
— Какая вода? Эта, что ли? — Хозяйка терема грациозно подошла к деревянному ведру, набрав полный ковшик, подала мне.
— Испей, княжна, бодрит, особенно с дороги!
Достав берестяную флягу из хранилища, повертела перед носом богини: