Хорошие девочки тоже лгут

– Что ж, в путь. Я напишу тебе, как доберусь.
– Удачи, – желает Морган и бредет к дому.
Мы с Джейми забираемся в машину и пристегиваемся. Мама сдает назад и медленно выезжает из переулка. Я включаю радио и нахожу ее любимую новостную радиостанцию.
Лишь когда нас с «Чистюлей» разделяют несколько километров и Джейми тормозит на красный свет, я сообщаю:
– Планы немного изменились.
  
– М-м-м? – рассеянно уточняет Джейми, поправляя козырек от солнца.
– Мы с Ханной решили пойти сегодня в «Страну брызг». Можешь подвезти меня туда, а не к ее дому? Не хочу несколько часов торчать с ее жутким братцем.
– С каких пор Джош стал жутким? – моргает Джейми.
– Уже целую вечность, – отвечаю я, мысленно извиняясь перед совершенно нормальным Джошем.
– Что ж, для меня это новость. Так где тебя высадить? У «Страны брызг»? – спрашивает Джейми. Это аквапарк в Портленде, штат Мэн, в полутора часах езды отсюда. – Одну? Что ты будешь делать, пока не приедет Ханна?
– Кататься с горок. Что же еще?
– Могла бы предупредить заранее. – Джейми прикусывает губу. – У меня ведь расписание. В одиннадцать первое собрание персонала.
– Это совсем рядом с шоссе, – убеждаю я, когда загорается зеленый свет. – Всего-то пятнадцатиминутный крюк.
– Ладно, – вздыхает она. – Уговорила.
Отлично. Я знала, что Джейми согласится.
 
Глава 6
 
Кэт
 
– Тянучку? – Я помахиваю перед Джейми трубочкой жевательного мармелада.
– Ты же знаешь, мне нельзя, – отвечает мама, не отрывая взгляда от дороги.
– Можно. Просто ты сама не хочешь.
Джейми не ест сахар, а продукты с глютеном ей противопоказаны по состоянию здоровья, так что нам нравятся совершенно разные перекусы.
– Лучше достань мне пакетик хрустящего нута.
– Какая гадость, – фыркаю я, но все же разворачиваюсь и тянусь к пакету с продуктами на заднем сиденье.
Безуспешно покопавшись в нем пару минут в поисках любимых маминых снеков, я сдаюсь, расстегиваю ремень безопасности и вытягиваюсь подальше, чтобы достать из багажника ее рюкзак. Открываю боковой карман и вытаскиваю пластиковый контейнер, встряхиваю его на пробу.
– Может, горсть мюсли?
– Нет. Я уже съела немного на завтрак.
– Еще утро.
– Не хочу, чтобы они закончились.
Спорить бессмысленно. Мама – человек привычки. Она много лет ест на завтрак домашние мюсли и, даже будучи в отъезде, не собирается менять своих предпочтений. Джейми настойчиво пытается контролировать различные мелочи в своей жизни, и пусть я подтруниваю над ней по этому поводу, мне ясно, откуда берется такое желание.
Запихнув контейнер обратно в рюкзак, я роюсь дальше и вытягиваю первый попавшийся пакетик снеков.
– Крошки тофу?
– Пойдет.
Я вскрываю упаковку и протягиваю Джейми.
– Наслаждайся. Если такое возможно.
Расправившись с половиной пакетика, она подается вперед, рассматривая на экране мобильного, прикрепленного к приборной панели, карту из приложения Гугла.
– Следующий поворот ведет к «Стране брызг».
«Ну вот, время пришло».
– Кстати, насчет аквапарка, – начинаю я. – Мы с Ханной не договаривались там встретиться.
– Что? – Джейми убирает ногу с педали газа, и едущая позади машина перемещается на другую полосу, чтобы нас обогнать. – О чем ты? Кэт, у меня нет времени возвращаться и…
– Знаю. Да и зачем? Ханна с семьей уехала на выходные в Нантакет.
– Катрина Куинн, – самым зловещим своим голосом произносит Джейми. – Что ты творишь?
– Еду с тобой.
– Ах ты мелкая… Не-е-е-ет! – бессильно рычит Джейми. – О чем ты вообще думала? Тебе даже приближаться нельзя к этому поместью!
– Почему? Там опасно?
– Само собой, нет! Но в эти выходные я работаю. Не могу же я просто заявиться туда с ребенком…
– Не волнуйся, не собираюсь я портить праздник этому старикану. Просижу все выходные в помещениях для персонала. Ты сказала, они находятся за пределами поместья. И у каждого из вас будет своя маленькая квартирка. Никто даже не узнает о моем приезде.
– Но зачем? – напряженным голосом спрашивает Джейми.
– Потому что мы держимся вместе. Всегда.
Точнее, не всегда. И в этом как раз проблема. Обычно неприятности случаются, если мы врозь. И речь не только о Вегасе. До него все было еще серьезнее. В те времена, когда ее звали Эшли Берк, а меня Кайли.
В детстве маме пришлось несладко. Ее родители умерли от передоза еще до того, как ей исполнилось восемь, и девочка осталась с двоюродной бабушкой, понятия не имевшей, что делать с ребенком. Почти десять лет бабушка старалась изо всех сил, но умерла за месяц до того, как Джейми исполнилось семнадцать. Не желая жить целый год в приемной семье, она сбежала. И прежде чем по-настоящему успела понять, что значит быть взрослой, сама стала матерью, забеременев от того, кто решительно не хотел брать на себя обязанности отца.
О первых годах жизни у меня осталось очень мало воспоминаний, да и те живут в самых темных и глубоких уголках сознания. И всякий раз, когда угрожают всплыть на поверхность, я быстро и безжалостно заталкиваю их обратно.
Это почти физический процесс. Вот они всплыли. Толчок. Исчезли.
Джейми с недовольным пыхтением откидывается на спинку сиденья.
– Само собой. Только не в подобных случаях. Меня ждут важные выходные, и не нужно, чтобы кто-то отвлекал.
– Я не стану тебя отвлекать, – уверяю я, когда мы проезжаем мимо поворота к «Стране брызг». – Может, даже смогу помочь. Проверить вместе с тобой план действий, убедиться, что ты не упускаешь никаких деталей. Для начала расскажи мне об этих Сазерлендах.
___________
Пару часов спустя я знаю все о Россе Сазерленде, который из-за неудачных деловых решений потерял часть состояния и теперь лишь наполовину миллиардер.
– Бедняга, – вздыхаю я, роясь в сумке – вдруг там случайно завалялся еще пакетик жевательного мармелада. – Он вообще может позволить себе этот праздник?
– Едва ли, – сухо отзывается Джейми. Похоже, на данный момент она меня простила. – А вообще, я думаю, это номинальные убытки, которые восстановятся вместе с фондовым рынком, рынком недвижимости или любым другим рынком из тех, на которых обычно торгуют такие же Россы Сазерленды по всему миру. Сомневаюсь, что у него изменился уровень жизни.
– Наверное, это здорово, – говорю я, вспоминая приятный вес кольца с бриллиантовой лозой. Для Сазерлендов купить нечто подобное – то же самое, что для меня приобрести пачку жевательного мармелада. Капля в их финансовом море. – А что его дети? Тоже купаются в деньгах?
– Естественно, они ведь его дети. Но никто из них не добился успеха самостоятельно. По правде говоря, все четверо даже не работают. Ну, разве что занимаются чем-то необременительным, как могут позволить себе только богатеи. Похоже, у них проблемы и в личной жизни. Двое разведены, двое никогда не вступали в брак.
– В одиночестве нет ничего плохого, – возражаю я. Уж Джейми, как никто другой, должна это знать.
– Конечно, – соглашается Джейми. – Просто интересный факт, поскольку сам Росс Сазерленд женился на девушке, в которую влюбился еще подростком, и прожил с ней всю жизнь. Она умерла несколько лет назад. Ее смерть очень сильно на всех повлияла. Этот праздник в семейном поместье – первый за долгое время.
За окном машины мелькает указатель с надписью: «Биксби, 5 миль». Значит, маленький городок, расположенный в предгорье с видом на заповедник, совсем рядом.
– Почему дом Сазерлендов зовется поместьем? – спрашиваю я. – Из-за ограды вокруг территории?
– В том числе. На самом деле это огромное земельное владение – более двухсот акров, и не все из них огорожены. Особняк Росса Сазерленда, само собой, главный, и у всех четверых его детей есть дома на территории поместья, которые, несмотря на большие размеры, зовутся просто «коттеджами». Еще там есть офисное здание и развлекательная зона, поле для гольфа, теннисные корты, два ангара с коллекцией автомобилей Росса и куча всего прочего… и не припомнить. Кажется, даже виноградник есть. Но он не приносит дохода.