Лисицын, жги! (СИ)
Я прохожу под его рукой, все еще пользуясь инерцией рывка и бью под колено, выворачивая кулак. Взмахнув руками в воздухе, он падает на одно колено, но я уже у него за спиной. Секунда — и его голова в захвате.
— Только за твои заслуги перед настоящим владельцем этого тела твоя смерть будет быстрой, — презрительно сообщаю я.
Поняв, что дело дрянь, он тут же «опомнился», и начал причитать как девица.
— Господин… Господин, пощадите! Это же я, Игнат! Я не знаю, что на меня нашло… Я…
— И это все? Мог бы придумать что-нибудь более оригинальное. — Хмыкнул я, в одно движение лишая бывшего слугу жизни.
Да уж, и это только первый день. Что ещё ждёт меня впереди? Даже подумать страшно…
Немного отдышавшись, всё-таки высокие нагрузки для этого тела в новинку, особенно магические, я притащил все четыре тела в одно место. Трое мертвы и один без сознания — тот, которого я бросил через себя. Правда рука у него в плачевном состоянии.
Специально сохранил ему жизнь, чтобы допросить и сдать полиции. Вот только здесь этого не сделаешь, да и в себя он вероятно так просто не придет… Что же делать?
Черт, похоже посещение банного комплекса откладывается. Придется заскочить туда в другой раз.
Немного помучившись, упаковываю бессознательное тело в машину. На коврик перед пассажирским сиденьем, чтобы и я за ним присматривал, и патруль чего доброго не остановил.
Немного подумав, забрал также и тело Игната, запихнув его в багажник. Не подумайте, что на меня накатила сентиментальность, просто негоже оставлять на месте преступления улики, явно указывающие на мою фамилию.
— Ну, давай, родная… — почти что нежно прошептал я, поворачивая ключ в замке зажигания. Машина ведь могла и не завестись, с такой страшной вмятиной на капоте.
Но все обошлось, и через несколько минут я уже ехал по знакомой дороге в свой особняк. Если бы меня остановил патруль, это был бы конец — что могут сотрудники органов сделать с щеглом без водительских прав, едущим с огромной вмятиной на капоте и трупом в багажнике? Боюсь, на этом моя история бы завершилась.
Но все обошлось, и я доехал без происшествий. Во дворе меня сразу же встретили взволнованные служанки, наверное увидели машину в окно.
— Господин, что случилось?
— На вас напали? Почему вы так тяжело дышите? И почему вы за рулём?
— Да, где дядя Игнат? Если он опять пьяный в гараже валяется, я ему…
— Остыньте, девушки, — мрачно говорю я, открывая перед ними багажник. — Он продал меня Коршунову.
Лика зажала обеими ладошками рот, а Вика едва не бухнулась в обморок, и если бы не поддержка сестры, наверняка бы тут на травке и растянулась.
— Похороните его? Ну, потом.
Сестры переглянулись, а когда снова посмотрели на меня, в их взглядах была решимость.
— Похороним, конечно. За домом, рядом с вашими отцом и дедом.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — А сейчас мне нуж…
— Саня… Саня, ты где? Мы че опять того этого что ли?.. Перебрали?..
Полуразборчивые стоны раздаются из-под пассажирского кресла, а через секунду наружу высовывается голова в покосившейся балаклаве.
— Че?.. Где я?
* * *Поместье Акульевых.
Комната младшей дочери.
Алина лежала на кровати и читала учебники. Дочитывая до конца страницы, она раздраженно закатывала глаза и вновь возвращалась к началу.
У нее никак не получалось сосредоточиться. Чертов Лисицын! Да что с ним, блин, не так⁈ Почему он так резко изменился? И самое ужасное, почему княжне это нравилось⁈
— Бесит, — шептала она, признав наконец бессмысленность своего занятия и отложив книгу. — Бесит, бесит, бесит!
Княжна не понимала, что ей делать. Она ведь не просто так становилась целью такого количества парней, ей не просто так постоянно предлагали и замужество, и вещи… эм… более пикантные.
Все дело в том, что она была единственной из своего рода, кто мог лично говорить с великой Акулой. Именно она, младшая дочь, самая последняя в очереди на наследство. И никто толком не знал, что это означает, но все понимали одно: что-то экстраординарное было в будущем девушки, что заставляло богиню-покровительницу одаривать ее своим вниманием.
— Как думаешь, — спросила она, ложась лицом в подушку. — Мне стоит ответить что-то этому Лисицыну? На его предложение?
Со стороны казалось, что девушка говорит сама с собой в полной тишине, но на деле…
— Что⁈ — воскликнула она. — Думаешь⁈ Да ладно!
Ещё некоторое время девушка сидела молча, будто к чему-то прислушиваясь, а затем вскочила и побежала собираться. Приём у графа Соснова вот-вот должен был начаться, и как только что выяснилось, она просто обязана была туда прийти.
* * *Бодрствование для него продлилось недолго.
Как только мамкин бандит начал приходить в себя и что-то осознавать, я оказался рядом и вырубил его мощным ударом в челюсть. К счастью, маны в руках уже не было, так что он просто отрубился обратно, сохранив жизнь и целостность костей.
— Господин Андрей, а это кто? — все еще с круглыми от ужаса глазами произносит Лика.
— Конь в пальто. Который возможно даст показания против Коршунова и облегчит мне жизнь. А теперь идите и разыщите веревки.
Взвалив тело в отрубе себе на плечо, понес его в малую гостиную. Плечо Андрея, надо сказать, едва не хрустело от напряжения как французская булка, но все же справлялось — самое главное было направлять нагрузку на нужные области, чтобы удерживать груз безо всяких проблем за счёт одной только крепости скелета.
В гостиной служанки уже вовсю суетились, разматывая целую бухту притащенной откуда-то веревки. Они также принесли очень удобный деревянный стул. Ну вот, как раз то, что нужно.
Усадив на него свою тяжелую ношу, я тщательно привязал его руки и ноги к ножкам и подлокотникам, затягивая самые эффективные морские узлы — будет рыпаться, веревка затянется только сильнее.
— Только никого не вызывайте, пока меня не будет. Если придет в себя, скажите что отрежете язык если начнет орать.
— В смысле не будет? А вы куда? — Встрепенулась Вика.
— В смысле куда? На прием. — Отвечаю, скопировав ее манеру речи.
— Какой еще прием⁈ Нет, я вас никуда не отпущу! Вам нужно…
— Что? — перебил я ее. — Сидеть дома и ждать, пока придут серьезные люди в костюмах, чтобы на законных основаниях его отобрать? Нет уж.
— Но у вас же даже прав нет! Куда вы поедете то? — Вспоминает Лика. — О, точно! Я вас повезу. И не вздумайте отнекиваться, сами знаете, что первый же патруль и…
Я призадумался. Она права, если меня кто-то остановит, сложится… Неприятная ситуация. Ладно, так уж и быть, позволю девушке позаботиться о себе.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда пойдем. Прием наверняка начался уже довольно давно…
На вмятину пришлось закрыть глаза — договорились на том, что пока меня не будет, преданная служанка покатается где-нибудь поблизости и вернётся, когда я ей позвоню. Все равно машина пока что только одна, так что не то чтобы у меня есть выбор. Придется рискнуть.
Однако как я в итоге вынужден был заметить, водит Лика прекрасно. Каким-то чудом она довезла меня до поместья Сосновых быстро и почти без тряски. В общем, добрались без приключений.
Я старался запоминать окрестности и дорогу, но большого смысла в этом не было, ведь поместья большинства тверских аристократов находились вблизи частного сектора или в нем самом.
Особняк этого Соснова… Производил впечатление. Весьма серьезное впечатление, надо сказать. Трехэтажная крепость, обнесенная высоким забором, внутри мангальная зона, фонтан, беседки для отдыха, конура с большой лохматой собакой. Видно было, что живущий здесь граф явно выше меня по статусу.
Во дворе помимо охраны ошивалось множество аристократов, которые мирно беседовали с бокалами вина или шампанского в руках. Я слегка пригляделся к каждому из них, но не нашел ни одного знакомого лица.