Последний реанорец. Том XII – Часть I (СИ)

Сейчас я чувствовал себя не гордым реанорцем и Жнецом Бездны, а сопливым и нерешительным мальчишкой.
Правда, уже в следующий миг кованные стальные ворота слегка вздрогнули и начали отъезжать в сторону. Судя по тому, как быстро расходятся слухи, я догадывался, что девчата уже знали о том, что я жив, но легче мне от этого не становилось.
Однако выжидать удобного момента и просто смотреть на свой дом не дело. Когда-нибудь это случилось бы и пусть это случится сейчас. Чем быстрее, тем лучше. Пару секунд я так и стоял, подставив своё лицо под проливной дождь и вглядываясь в пасмурные облака, а затем сам того не ожидая сделал шаг, после другой, а затем и третий. Ворота остановились в тот самый момент, когда я миновал дорогу и первое, что я смог увидеть это с десяток воителей моего собственного корпуса, которые присели на правое колено и склонили свои головы.
Судя по виду, они вот-вот готовились разразиться уже знакомой тирадой, стоило мне шагнуть на территорию усадьбу, но я их остановил взмахом руки:
— Если вздумайте орать, то забью до смерти горящим поленом…
Однако вместо какого-либо страха или же недовольства, те расплылись в понимающих улыбках, хоть и до последнего пытались это скрыть.
— С возвращением, господин… — почти шепотом пробасили воители.
— Так-то лучше, — фыркнул я, продолжая свой маршрут.
С каждым проделанным шагом сердце стучало как умалишенное, грозясь в любой момент вырваться из груди, пальцы на правой руке невольно дрожали от волнения. Думаю, то же самое было бы и с левой, не будь она живым артефактом.
Вот только проделать я успел лишь половину своего маршрута. Удалось миновать центральный фонтан и занести ногу над первой ступенью лестницы для подъёма к главному входу, а затем сердце вновь пробило предательский такт, потому как двери резко отворились, а за их порогом меня ждали они. Те, кто был так дорог. Наверное, только из-за них я не выбрал в тот раз другую дорогу.
Алиша, Прасковья, Вика, Лира, а уже за их спинами Рита и Хельга.
Каждая из них стала еще обворожительнее и прекраснее. Бледные лица, а в чарующих глазах паника вперемешку с тоской и тревогой. Уже такой вид заставил меня замереть и горько сглотнуть.
Я ожидал многого. Проклятий, криков, обвинений. Всего. Потому как во всём был виноват только я. В прошлой жизни я был счастлив, но лишь краткие мгновения, ведь чаще всего пропадал, Бездна знает где, потому как носитель Высшей речи не может быть предоставлен сам себе. Он защитник и оберег. Во второй моей жизни счастливых моментов было больше, но даже здесь я умудрился всё испортить.
Правда, мне показалось, что в следующую секунду произошло настоящее чудо, потому как первой ко мне рванула Алиша, остальные девчата отстали всего на пару шагов. Причем её мне пришлось в прямом смысле ловить, чтобы не случилось беды.
Но беды не произошло, а сам я оказался в заботливых и нежных объятиях жен и девчат. Они дрожали. Все они сильно дрожали. И не только телом, но и душой. Глаза у них были расширены и напуганы, но самое гадкое было то, что Алина и Вика почти рыдали, да и Прасковья с Лирой далеко от них не ушли, в то время как Рита и Хельга с раскрасневшимися веками то и дело шмыгали носами, вцепившись в меня, словно я оказался спасательным кругом.
— Скажи мне… Я же… не сплю? — прошептала растеряно Алиша, проводя своими дрожащими пальцами по моему лицу лёгкими касаниями, будто увидела призрака. — Скажи… скажи, пожалуйста. Только… не молчи… Ты ведь и вправду Захар?.. Наш… Зеантар?
От осознания всей ситуации и её слов у меня самого навернулись слёзы. Невиданная буря чувств и эмоций. Сейчас они грубыми тисками сдавили не только горло, но и всё реанорское естество.
— Простите… — прошептал хрипло я, поочередно и как можно бережнее касаясь столь чарующих и ангельских лиц. — Простите меня… Я… я виноват… виноват… Я никогда не искуплю того, что сделал… Не заменю этих лет, но простите… Я… я не хотел… Представить не могу как… как вам было сложно все эти годы… Я… я должен был быть рядом… но меня не было… Простите…
 
— Это… это он! — в один голос надрывно прохрипели Лира и Виктория. — Живой… Это наш муж!
Однако мои слова подействовали прямо противоположно. Алиша, Вика и Рита заревели уже громкими голосами, никого не смущаясь, и уткнулись мне в грудь. Хельга же и Лира оккупировали мои руки. Сейчас они казались мне такими хрупкими и беззащитными. От холодных княгинь и строгих женщин не осталось и следа, и от такого их вида мне лишь противнее стало на душе.
А затем без какого-либо смущения со слезами на глазах и громко заплакав Прасковья отвесила мне пощечину.
— Ты подонок и подле-е-ец! — глотая слёзы, завыла Куня.
— Заслужил… — прошептал печально я.
— За-заслужил?.. Д-да я… да я… убью тебя! Где… Где ты пропадал? — всхлипывая надрывалась жена, под плачущий и усилившийся вой других девчат, закатывая истерику. — Почему… почему ты нарушил своё слово?.. Пять!.. Пять с половиной лет… Плевать на сложности! Но нам было страшно представить, что… что тебя больше нет… Что ты… умер неизвестно где… Что… что ты не… вернешься… Мы… мы боялись… а ты… а потом… и после тоже…
Но договорить она не смогла, потому как разрыдалась пуще прежнего и подобно остальным уткнулась мне головой в бок, а я же не найдя ничего лучше, попросту всех обнял, как мог. Поочередно целуя каждую женщину в макушку головы.
— Простите меня… Простите…
Их чувства захлёстывали всё реанорское нутро без остатка. Не нужны были слова. Боль, горечь, отчаяние, душевные страдания, сожаления, досада. Сейчас я чувствовал и ощущал всё. Я переживал эти эмоции и эти годы вместе с ними.
— Надеюсь… Я надеюсь… надеюсь ты теперь никуда не уйдешь? — вдруг спросила Вика, поднимая на меня заплаканное лицо, а следом за ней это сделали и другие. — Не уйдешь же?..
— Если ты здесь, то… то это значит, что со странниками… покончено? — с мольбой в голосе прошептала Лира.
— Нет, больше я никуда не уйду, — со слабой улыбкой кивнул я, целуя экс-Романову в лоб, а затем то же самое проделал с Калирой. — И да. Со странниками покончено.
— Это ты навещал детей? Ты ведь встречался с ними и говорил, а не просто наблюдал издали? — вдруг поинтересовалась зажмурившаяся Алиша, всё также продолжая прижиматься щекой к моей груди, а удивлению девчат после её вопроса не было предела. — Матвей пытался мне солгать, но у него не получилось. Я не хотела поднимать панику раньше времени и поэтому решила никому не рассказывать.
Вот как, значит. Получается, он уже умеет держать слово.
— Да. Я навещал их. Правда, они не знают, кто я на самом деле, — усмехнулся грустно я, а потом вновь обвёл девчат нежным взором. — Они чудесные, а вы замечательные матери, раз вырастили таких сыновей и столь прекрасную дочь, — добавил я, глядя на то, как их улыбки в прямом смысле расцветают. — Спасибо вам за всё. К тому же я был не только в корпусе, но и в квартале альвов… А ещё побывал в резиденции у Дивеева.
От услышанного не только глаза Вики стали шире, выказывая тем самым удивление, но и у всех моих жен.
— Почему я тебя не видела? — растеряно отозвалась Виктория.
— Так уж вышло, — виновато улыбнулся я. — Прости.
— То есть… всё это время вы были рядом? — с любовью вопросила Рита с прослезившимися глазами, крепче ко мне прижимаясь. — Когда вы вернулись, господин?
— В какой-то мере, практически постоянно. Простите, что не пришел сразу, — покаялся я в очередной раз. — Я… переживал…
— Стоять! Ах, ты… Мерзавец! — прошипела грозно Куня, хлюпнув носом, правда, вкупе с раскрасневшимися глазами она выглядела не строгой княгиней, а милой и забавной девушкой. — То есть всё это время, пока мы страдали, ты был рядом и шлялся по округе? Ты совсем…
Правда, договорить она не успела, потому как в следующий миг раздались приглушенные, необычайно тонкие и жалобные голоса:
— Добродетель… нас… нас сейчас задушат…
Лишь через мгновение я понял, что малышки всё это время спали во внутреннем кармане, а секунду спустя из-под одежды выпорхнули три малютки.