Клеймо Солнца (СИ)

Они смотрят друг на друга почти зло. Взгляд Дэнниса темнеет. Незнакомка складывает руки на груди.
— Последствия передозировки могут приводить к худшим проблемам, чем головокружение и рвота. Однажды начнётся отмирание ткани вокруг импланта. Если орган жизненно важный — а так обычно и бывает — это летальный исход. Тебя ли мне учить? — голос девушки сочится ядом. — И вообще ради чего? — она прищуривает глаза. — Опять внедрил какой-то модный гаджет? Никак не сделаешь выводы, чего тебе стоит служба славному государству?
Они внимательно смотрят друг на друга, словно находя общий язык без слов, и дыра в моём сердце разрастается…
— Я думала, тебе хоть немного дорога жизнь, — почти с презрением, но в то же время с болью говорит девушка, а потом произносит шёпотом: — Хотя бы из-за меня.
Взгляд Дэнниса смягчается. В нём отражается отчаяние, и он вымученно просит:
— Дана, не начинай.
— Ты всегда был лучшим из нас, — игнорируя парня, произносит незнакомка. — Но сломался. Ты даже не захотел отправиться с нами в Эпицентр, хотя мы просили тебя, — с каждым словом девушка говорит всё громче, а её глаза заметнее блестят. — Плевать, что сказал отец: Дэн, ты не приехал ко мне.
По её щеке течёт слеза. А боль такая сильная, что ударяет по мне, как будто чужое горе проживаю я сама. Но Дэннис говорит сухо:
— Я уже слышал это. Одного раза достаточно.
Незнакомка не сводит с Дэна обиженного взгляда, выпячивает губу и всем своим видом демонстрирует, как сильно её задели его слова, но, судя по невозмутимому выражению лица Дэнниса, его это не волнует. Она глотает слёзы и произносит:
— Я бы не была так уверена.
Какое-то время они смотрят в разные стороны: девушка внимательно рассматривает дверь в ванную, а парень вперяется взглядом в свою ленту, пока я обдумываю, не спрятаться ли мне в белоснежной комнате под струями воды и дать им поговорить наедине?
— Рэй ведь пытался дозвониться до тебя, верно? — вдруг говорит девушка, как ни в чём не бывало, хотя её голос ещё дрожит. — Он тоже намекнул, что за тобой не плохо бы присмотреть, но как обычно, ни на один мой вопрос ответа не дал.
Дэн меняется в лице. Его глаза становятся темнее космического пространства, а на шее нервно пульсирует вена.
— Ты не ответил, — продолжает незнакомка, — только вот я живу от него не так далеко. И мы встретились.
— Ты давала мне слово, что больше не совершишь такую глупость! — восклицает Дэннис и падает на диван, как будто обессилел, как эдем, который не молился много дней. — Боюсь представить, что с тобой сделал бы отец, узнай он об этом.
— Но он не узнает, — уверенно говорит девушка.
— За тобой ежесекундно следит такое большое число охранников, и ты думаешь, что ни один тебя не сдаст? — в голосе парня слышится угроза. — Даже если кто-то из них согласился молчать, то это только пока ему не начал угрожать отец. Хотя нет, даже не угрожать — правильнее сказать, пока на него не посмотрит отец.
— Ты видишь здесь кого-нибудь, кроме меня? — с вызовом спрашивает девушка, приподняв подбородок.
— Ты под личной ответственностью генерала! — тихо шипит Дэннис. — Поэтому отец согласился, что охранники — это лишнее. Но они точно где-то неподалёку от тебя. Мы проходили это столько раз и вновь совершаем одни и те же ошибки!
— В этот раз всё иначе, — парирует девушка. — За этот год изменилось многое.
— Например? — с вызовом спрашивает парень, приподняв бровь.
— Он прислушивается ко мне, — со значимостью произносит незнакомка, и Дэннис делает глубокий вдох, явно собираясь что-то сказать, но в последний момент передумывает.
Спустя вечность он наконец произносит, делая паузы между словами:
— Он. Ни к кому. Не прислушивается.
На нас давит гнетущая тишина. Однако наши с незнакомкой взгляды встречаются, и она обращается к Дэннису:
— Может, наконец познакомишь меня с девушкой, которой доверяешь семейные тайны?
Речь идёт обо мне, я понимаю это, только когда Дэннис растерянно отвечает:
— Её зовут Оливия, она моя коллега, и ей действительно можно доверять.
 
Что это значит?..
Наверное, всё написано у меня на лице, потому что, продолжая, парень смотрит на меня пристально, словно намекая, чтобы я молчала.
— Оливия, это Дана.
Я поворачиваюсь к девушке. Она искренне улыбается, несмотря на недавнее напряжение, и показываются очаровательные ямочки на щеках. Она совершенная, среди эдемов её внешность сделала бы её по-настоящему особенной.
Чувствую, как ком снова давит на горло, спускается ниже, и становится трудно дышать, жгучая боль расползается по шее и груди.
— Какая красотка, — произносит Дана, оценивающе, но в то же время приветливо осматривая меня с ног до головы. — У такой девушки наверняка есть парень?
Она ослепительно улыбается мне, а потом поворачивается к Дэннису, и улыбка в тот же миг тает: на парня она смотрит призывно и даже снисходительно.
— Ты сама тактичность, — хмуро замечает Дэннис.
Его лента пищит, он вставляет в ухо наушник.
— Да, Коди? — отзывается он и, не сводя с Даны недовольного взгляда, уходит в тесную маленькую комнату, замирает на пороге, но, помедлив, всё-таки скрывается за дверью.
Девушка облегчённо выдыхает, словно расслабилась только сейчас, и оборачивается ко мне с прежней приветливой улыбкой.
— Так есть избранник?
Вот о чём она спрашивала…
К щекам приливает кровь, когда я осознаю, что впервые вспоминаю о Фортунате: ни на Нимфее, когда Дэннис обнял меня, ни после я не думала о парне, с которым собиралась связать жизнь…
— Видимо, есть, — весёлое щебетание Даны возвращает меня к реальности. — Он не утомил тебя? — спрашивает она и вдруг замирает, словно обдумывая собственные слова. — Я имею в виду Дэнниса — не утомил?
Пытаюсь что-нибудь придумать, но время неумолимо бежит, и, отчаявшись получить ответ, девушка говорит:
— Дэннис — одинокий волк. Когда-то он был душой компании, однако эти времена прошли. Теперь стоит собраться группе людей, и он ведёт себя так, будто в любой момент ему нужно убегать по делам. С ним очень непросто, ведь его жизнь разделена на «до» и «после».
Дверь открывается, и показывается Дэннис. Он всё ещё говорит с Коди, но тревожно поглядывает на нас.
Раздаётся стук в дверь. В ту, за которой находится мир…
Парень подходит к ней и порывисто открывает её, но не полностью, поэтому я больше догадываюсь, нежели действительно вижу, что на пороге стоит незнакомый мужчина. Проходит всего несколько секунд, пока Дэннис вытягивает ладонь вперёд, словно прикладывая её к чему-то, а затем берёт свёрток из рук незнакомца и поспешно закрывает дверь.
— Да, я тебя слушаю, — откликается Дэннис на слова невидимого собеседника, бросает свёрток на кухонный стол и вновь скрывается за дверью в ванную.
— Но даже если рассматривать то, каким он был до всех событий, — продолжает в том же тоне Дана, как только парень исчезает из виду, — то его характер — это столкновение противоположностей. Многие из достоинств доведены до такой крайности, что становятся больше похожи на недостатки. И наоборот. Вы давно знакомы?
Очередной её вопрос застаёт меня врасплох, но теперь я соображаю быстрее.
— Не особенно.
Брови девушки приподнимаются.
— А он уже доверяет семейные тайны? — переспрашивает она, всё ещё улыбаясь, но подозрительно прищурившись. — Значит, ты особенная. Я имею в виду, не только внешность, потому что это и так очевидно, — она усмехается и округляет глаза. — Но красивого лица — даже совершенного — было бы недостаточно. Тем более для Дэнниса. Так что, добро пожаловать в семью.
У меня приоткрывается рот. Я хочу спросить, что это значит, но вновь раздаётся стук во входную дверь. Дана направляется к ней, но в этот момент из маленькой комнаты снова показывается Дэннис.
— Боюсь, с этой новостью ты опоздал, Коди.
Он отключает ленту и вынимает наушник из уха, в то же время обращаясь к Дане: