Я переродился бесом в аду и вынужден жрать других демонов чтобы вернуться домой (СИ)

Но выбора особого нет. Либо я сейчас рискну всем, либо стану обедом для этого жирного монстра.
Я оглядываюсь вокруг, оценивая обстановку. Шеф, как заправский повар-гладиатор, ловко уклоняется от ударов Ненасытного, нанося ему быстрые и точные порезы.
Кровопийцы, сбившись в кучу, смотрят на происходящее с ужасом и непониманием. Горг, кажется, все еще не отошел от удара и лежит без сознания у стены.
  
Нужно использовать этот хаос, чтобы подобраться к Ненасытному и совершить этот рискованный маневр. Иначе нам всем тут конец.
Шеф-Шеф, словно танцуя с самой смертью, уклоняется от неуклюжих, но мощных ударов Ненасытного, нанося ему быстрые и точные порезы своим огромным тесаком. Кровь хлещет из ран обжоры, заливая пол и стены.
Его лицо искажено яростью, но в глазах горит азарт. Кажется, он получает удовольствие от этой смертельной схватки.
– Ну что, обжора, не нравится моя стряпня? – кричит он, уворачиваясь от огромной лапы, которой Ненасытный пытается его схватить. – Сейчас ты у меня наешься до отвала! Будешь потом три дня блевать!
– Жрать! – ревет в ответ Ненасытный, словно эхо из преисподней. – Дай жрать! Хочу мяса!
Он с яростью обрушивает свои удары на Шефа, круша все вокруг. Новые столы и стулья вновь разлетаются в щепки, костяные стены трещат под натиском его мощи.
Я понимаю, что Шеф долго не продержится. Ненасытный слишком силен и неуклюж, а Шеф хоть и ловок, но не бессмертен. Нужно действовать, и действовать быстро.
Воспользовавшись моментом, когда Ненасытный отвлечен на Шеф-Шефа, я бросаюсь вперед, словно выпущенная из лука стрела. Мои костяные ноги твердо ступают по скользкому от крови и жира полу, и я чувствую, как во мне поднимается волна адреналина.
Активировав навык «Поглощение», я вцепляюсь в ногу демона, словно клещ впивается в плоть своей жертвы. Я чувствую, как мое тело пронзает волна боли, но я игнорирую ее, сосредоточившись на своей цели.
Система тут же выдает очередное предупреждение о крайне низком шансе успеха и высокой вероятности летального исхода. Да знаю я, знаю! – мысленно огрызаюсь я, сжимая зубы от напряжения.
Начинается отчаянная борьба за поглощение души Ненасытного. Это похоже на перетягивание каната, где на одной стороне – я, жалкий Костяной, а на другой – огромный, вечно голодный демон. Исход этой битвы решит мою дальнейшую судьбу.
Отпрянув назад, Шеф-Шеф вновь вонзает свой окровавленный тесак в принесенное кровопийцами тело. На этот раз он делает это с каким-то особым, кулинарным изяществом доступным лишь ему. Кажется, он знает, что делает.
И тут происходит нечто странное. От удара тесака обгорелая туша словно рассыпается на отдельные компоненты. В воздухе поднимается вихрь аппетитных запахов, смешиваясь с вонью крови и гнили.
Запеченные части тела, вяленый язык, глаза, обжаренные в кляре внутренности… Передо мной предстает настоящий адский деликатес, от одного взгляда на который слюнки текут даже у меня.
Эти ароматы, словно по волшебству, достигают обоняния Ненасытного, и тот, словно зачарованный, замирает на месте, забыв про свою ярость. Его единственное желание сейчас – поглотить эти восхитительные блюда.
Он медленно поворачивает свою жирную голову в сторону Шефа, словно гипнотизируемый запахом еды. Его единственный глаз, налитый кровью, загорается неистовым огнем.
Ненасытный, словно подкошенный, отвлекается от меня и буквально заваливается на пол, устремившись к разбросанным деликатесам. Он жадно хватает куски обгорелой плоти, заглатывая их целиком, не пережевывая.
Запеченные глаза лопаются у него во рту, вяленый язык скользит по его глотке, а жареные внутренности аппетитно хрустят между его зубами. Кажется, он нашел свой рай, и ему больше ничего не нужно.
Именно в этот момент, неожиданно для меня самого, система выдает уведомление об успешном поглощении. Что? Как?! Я, честно говоря, уже и не надеялся на успех.
Душа Ненасытного, словно огромный ком энергии, переходит ко мне, наполняя мое тело небывалой силой. Я чувствую, как во мне пробуждается что-то новое, что-то темное и могущественное.
Тело обжоры оседает на пол, превращаясь в бесформенную кучу жира и слизи. Кажется, от него осталась лишь оболочка, выжатая до последней капли.
Я чувствую небывалый прилив энергии и злорадство. Победа! Я сделал это!
Теперь я чувствую, что могу горы свернуть. И Ад больше не кажется мне таким уж страшным местом.
Я окидываю взглядом остальных обитателей «Пальчиков Оближешь». Кровопийцы смотрят на меня с ужасом и восхищением, Шеф-Шеф – с каким-то странным, непонятным выражением на лице, а Горг все еще лежит без сознания у стены.
Поглощение этого жирного ублюдка, Ненасытного, стало для меня крепким бустом. Система, эта бездушная железяка, тут же отчиталась:
– Внимание! Получено 500 единиц жизненной силы. Достигнут необходимый порог для повышения ранга. Начинается немедленное повышение до 7-го ранга. Поздравляем, вы – Пламеглот!
Преображение, как обычно, началось без предупреждения. Такое ощущение, что Система просто тыкает пальцем в кнопку "пуск", не заботясь о моих чувствах.
Боль пронзила все тело, словно тысячи раскаленных игл вонзились под кожу. Костяные наросты, служившие мне неплохой броней, начали трескаться и осыпаться, словно старая штукатурка. Под ними проступала новая кожа – чешуйчатая, горячая на ощупь, словно я сам превращался в ходячую печь.
Шеф-Шеф, этот старый черт, похоже, ничуть не удивился. Он, словно опытный дрессировщик, знающий повадки своих питомцев, рявкнул на моих новоиспеченных кровопийц:
– Вы, сосунки, чего уставились? Живо на улицу, пока я с вас шкуру не спустил! Мне тут шабаш не нужен!
Кровопийцы, словно стая испуганных крыс, бросились к выходу, толкаясь и визжа. Только Кровоглот, их здоровенный вожак, бросил на меня быстрый взгляд, полный уважения и, кажется, даже страха. Оно и к лучшему. Пусть знают, кто тут главный.
Дверь за ними захлопнулась, оставив меня наедине с Шеф-Шефом, Зои и, кажется, очнувшимся Горгом.
Шеф, скрестив руки на своей необъятной груди, рассматривал меня, как диковинную зверушку в зоопарке. В его глазах читался неподдельный интерес, смешанный с какой-то хищной оценкой. Будто он прикидывал, сколько пользы я могу принести его забегаловке в новом обличье.
Тем временем, процесс трансформации набирал обороты. Из спины начали прорастать перепончатые крылья, словно у летучей мыши, но более крупные и мощные.
Я чувствовал, как кости вытягиваются, мышцы перестраиваются, а зубы и когти удлиняются, превращаясь в острые, как бритва, клинки.
Сознание тоже менялось. Злость, ярость, жажда крови – все эти инстинкты хищника нахлынули на меня, заглушая остатки прежнего Алексея Петрова.
Горг, кажется, только сейчас пришел в себя после оглушительного удара Ненасытного. Он сидел на полу, прислонившись спиной к костяной стене, и мотал головой, пытаясь сфокусировать взгляд. Его лицо было перекошено от боли, а в глазах плескалось непонимание.
– Какого черта?.. – еле сказал он, оглядываясь вокруг.
Шеф-Шеф, не дожидаясь, пока я закончу свою метаморфозу, подошел ко мне вплотную. Он задрал голову, разглядывая меня с головы до ног, словно оценивая качество товара.
– Всего сутки, сукин сын, – прорычал он, ухмыляясь. – Сутки назад ты был жалким Сквернотником, а теперь…Неплохо, неплохо.
Я расправил свои новые крылья, чувствуя, как они наполняются силой. Ощущение было просто невероятным. Словно я заново родился, став сильнее, быстрее, опаснее.
– Великолепно, Шеф! – произнес я, радуясь смене тембра голоса. Он стал более низким, хриплым, словно в нем потрескивал огонь. Я широко улыбнулся, демонстрируя свои острые зубы. – Продолжим?
  
Он хмыкнул, явно довольный произведенным эффектом.
– Продолжим, говоришь? – переспросил он, вглядываясь в мои глаза. – Ну что ж, посмотрим. Закусочная нуждается в защите, а Лихой Берег полон голодных тварей. Ты ведь помнишь?