Свет

Ну же, Золотая пташка.
Готовясь к следующему удару, я собран, но держу себя непринужденно. Аурен опускает руку, и я устремляю взгляд вниз, на золото, в ожидании, что оно снова атакует.
Вот почему я совершенно застигнут врасплох, когда Аурен набрасывается на меня. Я напрягаюсь, почувствовав, как с силой она врезается в меня, вынудив сделать шаг назад, чтобы устоять.
Спустя мгновение я понимаю, что это совсем иное нападение. Аурен больше не пытается меня ударить. Она пытается меня поглотить.
Когда она набрасывается на мои губы, я приоткрываю рот и обхватываю ее за бедра, которыми она обвивает мою талию. Но теперь Аурен не отталкивает меня, а запускает руки мне в волосы и, требуя большего, с силой притягивает к себе. Когда я сплетаюсь с ней языком, Аурен стонет, но теперь не от боли или досады, а от истинного восторга и наслаждения.
Черт возьми, как сексуально.
Когда она с такой силой кусает меня за нижнюю губу так, что та трескается, я отстраняюсь и встречаюсь с ее вызывающим взглядом. Аурен снова пытается приникнуть ко мне с поцелуем, но я поднимаю руку и, запустив пальцы в ее волосы, слегка дергаю, удерживая ее на месте. Она рычит в ответ, и я ухмыляюсь.
– Давай поиграем, Золотая пташка, а потом я буду целовать тебя сколько захочешь.
В глазах Аурен вспыхивает предупреждение, и спустя миг она вскакивает на ноги, а я оказываюсь прижатым к стене пещеры ее золотом. Оно не настолько жидкое, чтобы проникнуть под мою одежду, но настолько твердое, что удерживает меня на месте. Аурен стоит напротив, горделиво выражая торжество. Я же будто насекомое, что запуталось в нитях паутины.
– Очень хорошо, – хвалю я.
Она довольно ухмыляется и проводит рукой по моей шее, размазывая золотые полосы по коже. Аурен словно помечает меня, что чертовски нравится моей фейрской сущности.
Проведя пальцем по заостренным шипам над моими бровями, Аурен наклоняется и прижимается губами к моей шее. Я с трудом сдерживаю стон.
– Появись, Золотая пташка.
Она касается моей щеки нежной и теплой рукой и поворачивает мою голову, чтобы я на нее посмотрел.
– Вернись, детка, – мягко говорю я, а потом протягиваю руку и обхватываю пальцами ее подбородок, проводя большим пальцем по щеке. – Вернись ко мне.
В ее глазах что-то мелькает. Будто искорки мерцающего света. А потом Аурен моргает, и внезапно выражение ее лица меняется.
На меня, словно удар кулаком в грудь, обрушивается несомненное и подлинное облегчение.
– А вот и ты.
У нее перехватывает дыхание. Аурен приоткрывает губы, сосредоточив на мне взгляд, а потом шепчет:
– Слейд.
– Я здесь. И ты здесь.
Она неторопливо вдыхает, а затем прижимается своим ртом к моему. В один миг ее хватка над магией как будто разлетается, и золото выплескивается на землю, забрызгав нас обоих.
Но она словно этого не осознает. Аурен пытается залезть на меня, будто не может вынести, что между нами есть сколько-нибудь расстояния. Я прячу шипы под кожу, но все во мне буквально вспыхивает. Волнение и смертельный страх растворяются в скопившемся у наших ног золоте, и их сменяет грубое желание.
Потому что она проснулась. Она жива. Она теплая, извивается и прижимается ко мне телом.
Слава, нахрен, богам.
Аурен отрывается от моих губ и судорожно вздыхает:
– Мне нужно…
– Что тебе нужно, Аурен? – спрашиваю я, царапнув клыком ее шею. Она хватает меня за горло, обвив ногами талию, а я придерживаю ее под бедра, сжимая ягодицы.
– Ты, пожалуйста. Мне нужно. Сейчас мне нужен ты.
Аурен опускает руки к завязкам моих брюк и тут же их развязывает. Эта картина так отличается от нашего первого раза, когда она вела себя смущенно и неуверенно. Однако из головы вылетают все мысли, когда Аурен запускает руку в штаны и сжимает мой член.
– Черт.
Она быстро и исступленно водит по нему ладошкой, словно отчаянно нуждается во мне и отчаянно хочет сбежать.
– Мне нужно, чтобы ты заставил меня чувствовать.
От ее прикосновений в паху появляется напряжение, и в голове только мысли о том, как бы побыстрее войти в Аурен и дать ей то, что нужно.
 
Я ставлю ее на землю, и золото брызжет вокруг нас.
– Что ты делаешь? – протестующе рычит она.
Я хватаю ее за подбородок и заставляю посмотреть на меня. Без слов протягиваю другую руку и стягиваю с нее чулки, оставляя рубашку, что едва прикрывает нижнюю часть.
Она ахает, но, когда я обхватываю ее рукой между ног, вздох сменяется стоном.
– Пожалуйста…
– Ты умоляешь, детка.
– Знаю! – кричит Аурен, запрокинув голову, когда я провожу большим пальцем по ее клитору.
Я наклоняюсь вперед и провожу языком по ее шее, вызывая у нее дрожь.
– Мне нравится.
Положив руки на ее попку, я снова приподнимаю Аурен, и от ощущения ее тепла на члене стискиваю в удовольствии зубы.
– Прижмись ко мне, – приказываю я. – Сядь мокрой киской на мой член.
Она делает в точности, как я приказываю, и покачивает бедрами, покрывая меня своей влагой.
– Вот так, – вкрадчиво произношу я. – Именно так…
– Слейд…
Из-за ее голоса дергается член, и я больше ни секунды не могу ждать, желая побыстрее погрузиться в ее ожидающий жар. Я двигаю бедрами, и Аурен опускается на меня.
Я замираю и смотрю ей прямо в глаза, чувствуя, как она дрожит.
– Поспеши, – умоляет она.
Я вскидываю бедра и вхожу в нее до упора.
Аурен прижимается ко мне всем естеством, обхватив руками шею и сжимая своим лоном.
Я хватаю Аурен за попку и приподнимаю ее, а потом с силой опускаю обратно – из нее тут же вырывается страстный крик.
– Это тебе было нужно, Аурен? – говорю я, приподняв ее, а потом снова опустив на себя. Руки напряжены от каждого движения, а шипы снова хотят прорваться сквозь кожу.
– Сильнее.
Ее запыхавшаяся мольба подавляет мое самообладание, и больше всего на свете сейчас мне хочется ей услужить. Я начинаю насаживать ее на член с такой силой, что она напрягается всем телом, оказавшись полностью в моей власти.
– Сильнее, – кричит Аурен и опускает голову мне на плечо. Она впивается зубами мне в кожу, отчего кровь еще сильнее приливает к члену.
Я вхожу сильнее, быстрее, вонзаюсь в нее с чувственным пылом.
– Сильнее, – снова просит она. И снова. И снова.
И снова.
Я запрокидываю голову и вижу, как по ее лицу стекает пот, а губы приоткрыты от участившегося дыхания.
Но замечаю в ее безумных глазах проблеск чего-то еще. Что-то, что вынуждает меня замедлиться.
– Нет! Продолжай, – говорит Аурен и впивается мне в шею ногтями, дергает за волосы. – Давай сильнее. Так сильно, чтобы стало больно. Мне нужна боль.
Я перестаю двигать бедрами и, подняв руку, стискиваю кулаком ее волосы, повернув лицом в сторону. Аурен шипит сквозь зубы, а потом у нее вырывается стон.
– Это тебе нужно? – спрашиваю я, прижимаясь к ней бедрами и запустив в ее волосы пальцы, чтобы она смотрела мне в глаза. – Тебе нужно наказание?
Она сглатывает, и я вижу, как в ее позолоченных омутах что-то мелькает.
– Да…
Я медленно вхожу в нее, и она закатывает глаза.
– А знаешь что? – говорю я напротив ее губ и считаю ее выдохи. – Ты не заслуживаешь наказания, Аурен.
Она замирает в моих объятиях и смотрит круглыми глазами.
– Я тебя вижу. – Начинаю трахать ее в медленном и ровном темпе, а еще отпускаю волосы, чтобы освободившейся рукой нырнуть в маленькое пространство между нами и погладить ее клитор. – Тебе нужно сбежать? Нужно, чтобы я доставил тебе удовольствие? Черт меня подери, это я могу.
В подтверждение своих слов я глажу пальцами, вызывая у нее дрожь, и Аурен прикусывает блестящую губу.
– Послушай меня, – приказываю я, заставляя ее посмотреть на меня. – Ты совершенно точно не заслуживаешь наказания. Ты заслуживаешь награды. – У нее вырывается всхлип, и мне не нужны ее слова, потому что я все вижу в ее взгляде. – Я войду в тебя так глубоко, что ты почувствуешь лишь удовольствие от того, насколько ты великолепна. Но наказания не будет.