Двойня на двоих (СИ)

Освобождённый от белья, член Давида налит кровью и стоит колом. Девушка берет его в руки, проводит по стволу рукой, склоняет голову на бок, любуясь членом, и тем, какую власть имеет над телом Давида.
Когда она, облизнув губы склоняется к головке и берет ее в рот, мой собственный член, отключает мне голову, требуя, чтобы я перестал быть пассивным свидетелем и присоединился.
  
На ходу скидываю с себя одежду, и не отвожу взгляда от девушки, которая старается, как можно больше взять член Давида в рот, а он взяв ее голову в руки, трахает ее в рот.
Встаю на колени позади Саши и начинаю целовать ее шею, спину, беря в руки обе груди, глажу их, мну, перекатываю соски, она на секунду замирает и отвлекается от Давида, и начинает мурчать от удовольствия, откидываясь спиной ко мне на грудь, но при этом ствол Давида не отпускает, а продолжает ласкать его рукой.
Я провожу рукой между грудей девушки, ниже по животу и достигаю кромки трусиков. Отодвигаю ниточку стрингов и провожу пальцами по мокрым половым губам. Растираю влагу по губкам, и проникаю двумя пальцами во влагалище. 
Мое возбуждение упирается в Сашу, она его чувствует и трется телом об него, потом заводит руку назад, берет колом стоящий член, который пульсирует в ее руках и начинает проводить по нему ручкой, большим пальцем размазав выделившуюся смазку. 
Голова в отключке, мною руководят инстинкты. Я готов кричать от удовольствия, не то, что стонать.
Саша в одной руке держит член Давида, в другой мой и начинает наращивать темп.
— Нет малышка, так легко ты не отделаешься, — говорит Давид, и убирает руку Саши с члена, отползает дальше на кровать. Я легонько подталкиваю девушку, и она развернувшись садится на кровать лицом ко мне. Не долго думая, она берет мой член в рот, и начинает его посасывать, обводя язычком головку, помогая себе ручкой, гладит яйца, потом вынимает его изо рта и начинает посасывать мошонку, при этом не забывая дрочить член. Я готов кончить как зеленый сопляк, которому первый раз делают минет.
Давид смотрит на нас и поглаживает свой член, его явно возбуждает эта картина.
Я хватаю голову девушки и с ожесточение начинаю вдалбливаться в ее ротик, у неё от неожиданности слезятся глаза, и текут слёзы, а я хочу сильнее, жоще, грубее, приходится сдерживать себя, что бы не сделать ей больно, яйца звенят, член ноет и требует разрядки, я не могу, а главное не хочу останавливаться. 
Давид подбирается со спины к Саше, и помогает ей взобраться на кровать, ставит ее на колени, лицом ко мне. Я беру себя в руки, если так будет продолжаться, то я кончу, а я хочу членом попробовать ее киску.
Давид замирает около раздвинутых ног девушки и входит в неё, она судорожно вздыхает и прогибается в спине ещё сильнее. Друг начинает вколачиваться в девушку, а она стонет и кричит от удовольствия, я сам готов кончить, но придерживаю Сашу, а она закрыв глаза стонет, ее лицо раскраснелось, на нем отражена страсть и порок, губы припухли от поцелуев, это все нереально красиво.
И я снова ввожу свой член между этих алых припухших губок, вот так идеально. Давид вдалбливается в девушку сзади, я тараню ее спереди, а она кричит и стонет между нами. 
Не знаю сколько по времени мы так трахаем Сашу, но я уже на последнем издыхании, желание кончить становится навязчивым. Тело девушки замирает и вздрагивает, ее тело расслабляется, она кончила. Следом за ней и Давид судорожно вздыхает и кончает с громким стоном. Выходит и Саша готова упасть на кровать, но я не даю, быстро вынимаю член из ее ротика, и развернув ее, вхожу в киску. Она горячая, ещё пульсирующая от оргазма, полная спермы друга. Со всем ожесточением начинаю трахать Сашу, да я люблю жесткий секс, на грани грубости, на границе с жесткостью. Девушка стонет, но я чувствую ее приближающийся оргазм, ее тело натягивается как струна, и в какой-то момент эта струна лопается и Саша начинается биться в судорогах оргазма, стенки влагалища начинают сокращаться, и я уже не могу сдерживаться, кончаю, с грудным рыком.
Я выхожу из неё и она просто падает на кровать. То ли от такой «физкультуры» действие наркотика ослабло и начался откат, то ли она просто банально устала, но она как пластилиновая.
Прихожу в себя спустя минут десять, Давид тоже лежит кайфует на кровати, уставившись с мечтательной улыбкой в потолок.
— Не знаю как ты, а я готов хоть завтра ей предложить встречаться, такого охренительного секса у меня сто лет не было, — мечтательно растягивая слова говорит он.
— Завтра она нас обоих пошлёт на хрен, хорошо если в полицию заявление не напишет, об изнасиловании, — отвечаю я другу, потому что осознание случившегося накрывает меня волной.
— Ты сам видел в каком она состоянии была, если б не мы, ее бы трахнул кто-то другой, и не известно сколько человек за ночь, а так мы совершили благородное дело, — ухмыляется Давив.
— Вот ты мне друг, но иногда таким мудаком бываешь, — отвечаю Давиду. — Помоги мне, — беру спящую девушку на руки и ухожу с ней в ванну.
Давид идёт за мной, и включает воду в ванну, а я опускаю Сашу в воду, быстро в четыре руки, мы ее моем, намыливая грудь, снимаем наконец-то белье, которое хоть и целое, что удивительно, но мокрое, и я его вещаю на сушилку. Высушиваем девушку и возвращаем на кровать, Давид достаёт из комода мою футболку и мы одеваем Сашу.
— Иди в душ, я побуду с ней, — предлагаю Давиду и он воспользовавшись предложением, уходит.
А я ложусь рядом с девушкой, которая наверно нас завтра возненавидит, но которая подарила немыслимое, крышесносное удовольствие. Как бы я хотел, что бы она осталась в моей жизни и такие жаркие ночи были ежедневно, можно и без участия Давида, но что бы она отдавала отчёт в своих действиях, что бы все было с ее согласия и осознанного желания.
Когда вернулся Давид, я предложил ему занять пустующую гостевую комнату, но он отказался.
— Я хочу спать с нашей сладкой кошечкой, — говорит он и прижимает ее к себе, устраиваясь поудобнее.
Ладно, что уж теперь, пусть спит, размеры кровати позволяют и пятерым в ней спать, мы то втроём точно поместимся.
Сходив быстро в душ, я привожу комнату в порядок, убираю вещи, и устраиваюсь по другую сторону от Саши, главное, чтобы она нас не прибила утром, пока мы спим. На этой оптимистической ноте я проваливаюсь в сон.
  
Глава 7.
 
Голова болит, тело ломит, и жутко жарко, а ещё кто-то рядом похрапывает. Что за ерунда?
Открываю глаза, и сразу понимаю, я не у себя дома. Спальня явно мужская, брутальная, стены в кофейный тонах, комод, два кресла, между ними столик, на окнах темные шторы, которые не плотно задвинуты. В щелку попадает яркий свет, значит не утро, а как минимум обед, вот это я поспала. Кручу головой справа от меня голое тело, в боксерах, слева голое тело в боксерах. Зашибись. 
Не помню вчерашний вечер совершенно, как приехала в клуб, как выпила сок, потом как парни сказали, что мне что-то подмешали, потом как ела, как не в себя тоже помню, а потом провал, темнота.
— Эй, голубки, просыпайтесь, — ору и расталкиваю парней. Это они дрыхнут, больше некому. Ко мне поворачивается Давид, ну так и есть парни притащили меня к себе, что ж я набедокурила вчера??? Надеюсь никакого непотребства не творила. Все в гробу я видела эти клубы, это был последний раз.
— Чего ты орешь с утра пораньше, — бурчит вторая темная голова.
— Выгляни в окно, там утром и не пахнет, — отвечаю я умнику.
— Ты как себя чувствуешь? — спрашивает Тимур.
— Херово, если честно. Голова и все тело болит, будто меня отлупили вчера. Меня же не били? — спрашиваю с опаской я.
  
— Нет, тебя никто не бил, — говорит Тимур. — А ты ничего не помнишь?
— Совершенно, последнее что есть из воспоминаний, это как я ела все меню в випке, — усмехаюсь я. — Вчера я думала, что наелась на год вперёд, но сейчас снова голодная и готова слона съесть.
На удивление, несмотря на головную боль, и боль во всем тебе, у меня довольно хорошее настроение.