Двойня на двоих (СИ)

— А нас распишут, прям сегодня? — я удивленно вытаращила глаза, я понимаю, деньги решают все, но не думала что вот буквально «все». 
— Конечно, так что одевайся, у нас мало времени, — поторопил меня Давид, а сам отвлекся на вопросы Алисы, о новых кроссовках, которые ей не терпелось купить. 
Я моментально собралась, зависла при выборе одежды, но так как ничего парадного у меня естественно с собой не было, то натянула на себя чёрные джинсы и белую футболку. Чем не свадебный наряд. 
  
Мы вышли из номера, а Алиса все рассказывала о кроссовках, какие они должны быть, с блёстками, а ещё лучше, чтоб подошва светилась. Я слушала ее вполуха, главное в нужном моменте кивала и соглашалась. 
К ЗАГСу мы прибыли уже через пятнадцать минут, все же у нас маленький городок и все расположено рядом. Выйдя из машины, я остановилась перед презентабельным зданием с колоннами. А все ли я делаю правильно? Может, нужно остановиться и подумать? 
Отвлекаюсь от грустных мыслей, когда Алиса не получив ответ на свой вопрос дернула меня за руку.
— Мы здесь купим кроссовки? — ребёнок был занят своими заботами. 
— Нет малышка. Вы с Сашей идите, вооон туда, — это Давид, увидев мое замешательство, отвлек ребёнка, и показал на обувной магазин через дорогу.
— Ты не передумала? — мужчина внимательно посмотрел на меня. 
— Нет, все хорошо, — я отогнала от себя сомнения и улыбнулась ему в ответ. 
— Тогда давай паспорт, а сама не думай о плохом, мы все правильно делаем. Ей нельзя в детский дом, и с мамой алкоголичкой тоже оставаться нельзя. Ты же понимаешь, что из неё может вырасти, если она останется с Клавдией? — я утвердительно кивнула и протянула паспорт. Мужчина сунул мне деньги в руку, и недвусмысленно указал на обувной магазин, в сторону которого меня тянул ребёнок. 
Покупка и примерка обуви заняла около часа, и купили мы не как планировали две пары кроссовок, а ещё красивые босоножки и балетки, и уже были на кассе, когда в магазин заглянул Давид. 
— Вы готовы? — мужчина осмотрел наши пакеты и улыбнулся ребёнку. 
— Да, — Алиса довольно прищурилась. Вообще она очень быстро привыкла к нам с Давидом и уже без тени опасения или недоверия выражала свои искренние эмоции. 
— Тогда идём жениться, — мужчина взял меня за руку, а Алиса сама вложила в его другую руку, свою ладошку. Так мы и отправились к ЗАГСу, где в течение, каких то пары минут нас расписали, поставили штампы в паспорте, и выдали свидетельство о браке. 
— Теперь ты моя жена, — Давид довольно улыбнулся и поцеловал меня в губы, а я была в какой-то растерянности. Слишком все быстро закрутилось.
Получив наши документы, мы отправились в частный медицинский центр, где за пару часов Алису осмотрели и обследовали все необходимые врачи. Как выяснилось, у ребенка имелось несколько старых переломов, которые, слава богу, правильно срослись и не беспокоили малышку. Дольше всех с ребенком беседовал психолог, который дал неутешительное заключение. У ребенка психологическая травма, которая может «бомбануть», в любое время, поэтому ей рекомендованы консультации психолога. Получили необходимые рекомендации и уже собирались выходить из медицинского центра, когда Давид сообщил что приехали Тимур с адвокатом.
Устроившись в удобном кафе неподалеку, мы накормили ребенка и отправили ее играть в детскую зону. Она с радостью пошла, играть к другим детям, но я заметила, что она не упускала нас из поля зрения. Я постоянно ловила на себе пристальный взгляд ребенка и улыбалась ей ободряюще в ответ.
— Какие документы вы успели собрать? — адвокат без сантиментов и выражения эмоций выслушал всю нашу историю. Он начал рассматривать документы, что мы успели собрать, и разложил их на столе в кафе.
Тимур не сводил взгляд с меня, но при постороннем человеке не решался обнять и поцеловать, и вообще был каким-то скованным.
Когда адвокат разложил наши паспорта и свидетельство о браке на столе и начал делать какие-то пометки у себя в блокноте, Тимур посмотрел на свидетельство о браке.
— Давид, что это? — Тимур схватил со стола бланк розового цвета.
— Ну, ты же видишь, свидетельство о браке, — Давид как-то виновато отвел взгляд и не смотрел на Тимура.
— Мы же договаривались! Как ты мог? — я с непониманием посмотрела на Давида, потом перевела взгляд на Тимура.
Адвокат поднял взгляд от своих записей, собрал документы в папку, вместе со свидетельством и нашими паспортами, и благоразумно отошел в сторону, сославшись на необходимость позвонить.
— Объясните, о чем вы договаривались и почему снова за моей спиной? — я снова смерила парней взглядом.
Парни недовольно отвернулись и не смотрели друг на друга, и помолчали минуту. Первым прервал молчание недовольный Тимур.
— Мы договорились с Давидом, что мы оба предложим тебе расписаться, а ты бы выбрала, но видимо наша договоренность для него ничего не значит, — Тимур укоризненно посмотрел на друга.
— Это правда? Давид, почему ты молчишь? Это правда? — я сама завелась от этих слов Тимура. Снова они что-то делают за моей спиной.
— Да, правда, медлить было нельзя. И потом, Алиса ко мне привязалась уже и я к ней тоже, я не хотел, чтобы ты выбрала Тимура. Ты бы его выбрала, да? — мужчина смотрел на меня взглядом побитого кота, и я замолчала. Я не знала, что ему ответить. Ведь он был прав, если бы предложения поступили одновременно, то я бы однозначно выбрала Тимура, хоть и любила я обоих парней, но именно Тимура я видела в роли заботливого отца. — Вот и ответ на мой вопрос, — Давид резко встал и вышел из-за столика и направился к Алисе, которая сразу же заметила его и подбежала к нему, увлекая в игру.
— Саша, он ведь прав? — Тимур пристально посмотрел на меня.
— Да, прав, — я ответила на прямой взгляд мужчины.
— Тогда он все правильно сделал, — Тимур положил свою руку на мою ладонь, легонько сжал ее. — Не сердись на него.
— Не буду. И ты не сердись, — я улыбнулась Тимуру.
— Я уже не сержусь, — мужчина заключил мою ладонь в свои руки и нежно поцеловал в тыльную часть ладони. — Я люблю тебя.
Дальше все завертелось как в плохой мелодраме, меня с Алисой отвезли в полицию, где в нашем присутствии и в присутствии адвоката были опрошены все. Алиса не растерялась и в красках рассказала об издевательствах, которые ей иной раз приходилось терпеть, а иной раз она сбегала из дома. Даже ночевала на площадке, в домике детском, когда попойка мамы и ее ухажера длилась всю ночь. Я расплакалась, гормоны шалили, и я не смогла сдерживать себя. В рекордные сроки был собран увесистый материал о недобросовестном исполнении Клавдией родительских прав. Но это была ерунда, самое главное предстояло впереди. Мы планировали переговорить с горе мамашей и предложить ей деньги, в обмен на отказ от ребенка, заверенный нотариально. Я предвидела тяжелый разговор, и старалась подготовиться к нему морально, но так и не была готова, когда мы подъехали к моему дому.
— Может, ты не пойдешь? Тебе вредно волноваться, — Давид искренне переживал и с осуждением посмотрел на Тимура, который и не думал меня отговаривать от разговора.
— Нет, я должна пойти. Тимур, присмотри за Алисой, погуляйте или съешьте мороженое, — Тимур киснул и подмигнул девочке, которая радостно заулыбалась, как только прозвучало заветное слово «мороженое».
— О нас не волнуйся, мы придумаем, чем заняться, — Тимур внимательно посмотрел на Давида и тот кивнул. Они будто разговаривали мысленно, на одном им понятном языке.
Я выдохнула и вышла из машины. Не оборачиваясь, чтобы не промелькнуло и тени сомнения, что можно спрятаться за спинами своих мужчин, я пошла к подъезду.
  
Поднимаюсь на нужный этаж и чувствую спиной присутствие Давида, и понимаю, что это лучшая поддержка, лучшая помощь.
Дверь в квартиру Клавдии открыта, я, не стучась, толкаю дверь и прохожу в квартиру. Вид самый удручающий, обшарпанные стены, местами ипачканые, местами порванные обои. Вонь, непонятного происхождения ударяет в нос, и я останавливаюсь, что бы перевести дух, так как к горлу начал подкатывать тошнота.