Доверься мне (ЛП)

Стоит ли мне ответить: — Благодарю, не нужно? — вероятно. Но вот в чем дело: у него большие руки, широкие пальцы, сильное прикосновение, а я слишком много выпила прошлой ночью, а значит, слишком много танцевала. И его прикосновения чертовски приятны. — Господи Иисусе, — непроизвольно завываю я, наклоняясь к нему. — Спасибо.
— Да не за что. Если ты любишь массаж, мы можем вернуться в мое…
— И ты все испортил, — я вырываю ноги из его волшебных рук и подбираю их под себя. — Зачем тебе нужно было портить что-то настолько хорошее?
Его взгляд оглядывает меня сверху вниз, и наоборот.
— Я жажду разрушить тебя, и поверь, это будет прекрасно, — на мое ошеломленное выражение лица, Картер смеется, ловя джостик Xbox, который Эммет бросил ему. — Ты часто краснеешь, Оливия.
Кара фыркает из другого конца комнаты.
— Я уверена, тебе трудно это понять, но она не заинтересована, Картер.
Он пожимает плечами.
— Сомневаюсь, но ладно.
Они с Эмметом садятся играть в НХЛ, вероятно потому, что, когда они не играют в хоккей, им нужно делать это виртуально. Несмотря на то, что Картер сосредоточен на игре, он не перестает болтать.
— Любишь снег, коротышка?
— Не очень.
— Почему?
— Потому что мне приходится носить носки.
— Весна или лето?
— Лето.
— Сладкое или соленое?
— Сладкое.
— Как ты вчера добралась до дома?
— Я спала здесь.
Картер ухмыльнулся, и у меня возникает желание ощутить его.
— Если бы я знал, что ты ночевала здесь, я бы вернулся сюда, а не поехал домой. Мы могли бы поговорить еще немного.
Неужели это правда? Неужели он не помнит девушку, которую прижимал к себе через полчаса после того, как я ушла? Он не мог забыть ухмылку, которую бросил мне, подмигнув при этом и наклонив голову. Это могла быть ты, вот что говорил этот взгляд; я уверена в этом.
— Ну, твои руки были заняты невысокой хорошенькой блондинкой.
Он впервые отрывает внимание от игры, и переводит его на меня.
— Не такой красивой, как ты.
Это должно быть комплиментом? Девушка, с которой я переспал прошлой ночью после того, как ты мне отказала, не дотягивала до тебя, но я все равно ее трахнул? Он такой блядушник, мне не хочется стать еще одной хоккейной зайкой, которую он использует, поэтому я в отвращении закатываю глаза.
— Она не поехала со мной домой, Оливия.
Я фыркнула в недоверии. И вообще мне наплевать.
— Сомневаюсь, но все равно.
— Похоже, ты ревнуешь.
— Поверь мне, это не так.
— Не мог заставить себя сделать это, когда смотрел на тебя всю ночь, — он забивает гол и бормочет о, да, черт возьми под нос, пока Эммет проклинает все, а потом заявляет, что ему нужна еще пицца.
— Мне наплевать.
Картер кладет джойстик на колени и поворачивается, и с нечитаемым, почти пустым выражением наблюдает за мной. Не нравится мне это. Из-за его взгляда у меня опускаются плечи, мне хочется спрятаться. Если я не могу прочитать его, то я не хочу, чтобы он прочитал меня.
— Думаю, так и есть, — наконец отвечает он хриплым шепотом.
Его пальцы скользят по моему бедру, по рваному разрезу на колене… Его прикосновения на моей коже так нежны, что я не уверена, что это действительно происходит. На мгновение я наслаждаюсь ощущением его теплых, мозолистых рук. На мгновение я хочу большего.
На мгновение. А потом я включаю свой мозг.
Какого черта я здесь делаю? Почему я развлекаю этого эгоистичного придурка? Я могла бы сидеть дома, без лифчика и дремать.
— Мне пора идти, — говорю я. — Спасибо за обед.
— Что? Уже? — в отражении двери во внутренний дворик Кара сердито угрожает Картеру пальцем.
— Мне нужно заглянуть к Джереми, — это полуправда. У меня есть пара часов, прежде чем мне нужно будет куда-то идти.
Я целую в щеку Кару и обнимаю Эммета, игнорируя Картера. Это бессмысленно, потому что он встает и идет за мной по коридору, наблюдая, как я натягиваю сапоги до колена.
— Кто такой Джереми? Это твой парень?
Я колеблюсь, потом вру.
— Да.
— Ты заскочешь к брату? — кричит Эммет из коридора. — Скажи Джеру, что я буду в сети в десять вечера, если он захочет поиграть!
 
Вот дерьмо. Эммет. Он серьезно?
Я виновато улыбаюсь Картеру сквозь зубы.
Он скрещивает руки на широкой груди и в удивлении вскидывает темную бровь.
— Ты маленькая грязная лгунья.
Да, что ж, так и есть. Я невинно поднимаю плечи и опускаю их, натягивая пальто. Картер хватает меня за воротник и притягивает к себе. На мгновение я пугаюсь того, что он попытается меня поцеловать, а еще сильнее того, что я его не остановлю, но вместо этого он застегивает пуговицы моего шерстяного пальто.
Картер Беккет застегивает мое пальто.
— Могу я взять твой номер?
Я моргаю и смотрю на него.
— Э-э… — я хочу сказать — нет. Я не уверена почему не получается.
Он видит в моей нерешительность возможность, и начинает подкрадываться ко мне, с каждым шагом продвигаясь вперед. Я прижимаюсь к входной двери спиной, когда грудь Картера касается моей, пульс зашкаливает. Господи, он потрясающий. Теплый и крепкий, широкий и сильный. И высокий. Черт, он такой высокий. Моя вагина начинает танцевать, будто думает, что сейчас ей что-то перепадет. Но это не так.
Его ладонь скользит по моему боку, и мое сердце бьется чуть быстрее, когда он вытаскивает мои волосы из пальто и кладет их мне на плечо.
— Вот что я тебе скажу, коротышка. Я дам тебе свой номер. Я никогда не даю его девушкам. Ты будешь первой, — в его глазах светится самодовольство, он думает, что это сработает. Это меня точно зацепит. — Потому что ты особенная, Оливия.
Вот оно. Это действительно его лучший подкат? Как, черт возьми, этому человеку удается уговорить стольких девушек переспать с ним?
Положив ладонь на его ключицу, я слегка надавливаю, достаточно, чтобы он отступил на шаг, и следую за ним. Когда я флиртующе улыбаюсь ему, его улыбка растет, как и ямочки с морщинками.
Сейчас он крайне самоуверен.
Не могу дождаться, когда лишу его этого.
— Да… — я провожу кончиком пальца по горловине его рубашки. Моя ладонь огибает его затылок, когда я направляю его лицо к своему. Он кладет руки на мои бедра, крепко меня обхватывает, а мои губы касаются его уха, и меня бесит что он так приятно пахнет. Какая-то безбашенная часть меня хочет лизнуть его, как чертово мороженое. — Я скажу нет.
Я смотрю на то, как самодовольная улыбка исчезает с его прекрасного лица, которое скрывается за захлопнутой мною дверью.
Черт, это было приятно.
ГЛАВА 5
ЭТО МОЕ ЛИЦО?
Обычно, я отлично живу со своим маленьким ростом.
В кабинете я держу табуретку на случай, если она мне понадобится, а дома, чтобы дотянуться до чего-то, что лежит на верхних полках, забираюсь на кухонную столешницу. Проблема в том, что после стольких лет я порой все еще забываю об этом. Я потянула мышцы бесчисленное количество раз, пытаясь дотянуться к полкам, вставая на цыпочки и дотрагиваясь чуть выше, пытаясь превратиться в Человека-паука и потянуть волейбольную сетку, чтобы снять ее.
Сегодня один из тех дней, когда я противостою волейбольной сетке. Звуки, которые я издаю, весьма непристойны, очень похожи на те, что я издаю, когда остаюсь в своей спальне наедине с вибрирующим карманным парнем. Я постоянно смотрю в сторону своего кабинета на другом конце спортзала — эта чертова табуретка придерживает дверь, чтобы я не забыла ее взять.
Я забегалась и совсем забыла, что сегодня последний день перед школьными рождественскими каникулами, и меня ждут две недели отдыха, когда причин носить лифчик практически нет.