Девочка Сокола (СИ)

— Следующий бой проиграешь, поняла? — голос с акцентом, в тембре звучит угроза.
— Как получится, — пожимаю плечами, корча из себя дурочку.
— Это не просьба. Поддашься на ринге, получишь два миллиона, — давит на меня своим тяжелым взглядом.
— Ого, два миллиона мне одной, — в горле от страха пересохло, но я не собираюсь уступать. Меня ведь перемыкает в такие моменты, думаю я уже после того, как открываю рот. — Нас в команде семь человек, получается, четырнадцать миллионов на всех? Я правильно вас поняла?
— Ты неправильно поняла…
— Тогда мне нужно посоветоваться со своим наставником, чтобы он пригласил юристов. Крупные сделки на словах не заключают, — я пытаюсь строить из себя дурочку, но ярость, что меня сжигает, все-таки прорывается в нотках голоса. Он сокращает между нами расстояние и хватает за горло, сразу сильно его сжимая.
— Мы тебя по кругу пустим, сучка, если ты продолжишь…
Вот тут приходит осознание, что рыпаться мне не стоило. Но я не успеваю начать задыхаться, ручку двери с той стороны настойчиво дергают, и нападавший замолкает.
— Кира, ты здесь? — раздается голос Майи.
— Молчи, — шепчет и прикладывает палец к моим губам.
— Да! — хрипло выкрикиваю я — раньше, чем мудак успевает договорить. Рука жестче сдавливает горло. Неужели меня убьют? А вроде так безобидно начинались эти игры… 
— Открой, Кира! — кричит Майя.
— Отойди, — слышу родной голос, теперь становится не страшно. Удавка на шее ослабевает. 
Удар ногой, и дверь отлетает, ударяется о стену. Артем мигом оказывается рядом, он даже не спрашивает, что происходит, бьет нападавшего. Пусть Сокол уступал ему в габаритах, но злость и точность удара сделали свое дело — мужик потерялся и упал. Поднялся шум. Артем оседлал мудака, который угрожал пустить меня по кругу. Методично наносит удары по лицу урода, тот даже не сопротивляется, но я не хочу, чтобы Сокол его убил.
— Артем, пожалуйста, — всхлипывая, подлетаю к нему и хватаю за руку. — Ты его убьешь!
Мне на помощь приходят его друзья, оттаскивают Сокола от потерявшего сознания урода. Надеюсь, что он просто потерял сознание.
В раздевалке полно людей, еще больше их за дверью. Сокол уже успокоился. По крайней мере он не бросается на лежащего без сознания, хотя желваки на его лице ходят ходуном, а руки все еще сжимаются в кулаки. Возле него друзья, что-то негромко обсуждают.
— Что случилось, Кира? — спрашивает Женя. Задыхаясь, начинаю рассказывать. Меня всю трясет, но мне кажется важным оправдать Сокола. Он ведь из-за меня чуть не убил человека, пусть и подонка. 
— Тихо, маленькая, — Артем оказывается рядом, укутывает объятиями, гладит по спине, вплетает пальцы в волосы, массируя затылок.
Кто-то забирает из рук Майи минералку и выливает на окровавленное лицо нападавшего. Я не вижу, дает это какой-то результат или нет, потому что Артем меня отворачивает. 
— Пропустите, — раздается голос организатора игр. — Полиция сейчас будет здесь! Скорую уже вызвали?
— Тигр, убери эту мразь, или я за себя не отвечаю, — произносит негромко Артем, но его слышит каждый, кто находится в раздевалке.
— Полиция — это хорошо, Рамис. Отец лично возьмет на контроль это дело, — наверное, это тот самый Тигр, которого Артем просил убрать Рамиса. — Ты же знаешь, что случится, если ты окажешься причастным к нападению?
— Я? Причастным? Михаил, вы меня все время в чем-то подозреваете. Я здесь точно ни при чем! Никаких махинаций с моей стороны точно нет, — занервничал организатор. — Пусть полиция во всем разбирается. Я чист. Моя задача продать билеты и организовать интересные состязания, — поднял он руки перед собой. — Лучше девочку чаем отпоите, чем на меня набрасываться. — Ей, — он посмотрел на циферблат наручных часов, — через восемнадцать минут на ринг выходить…
* * *
Кира
На ринг я все-таки вышла не через восемнадцать минут, как требовал Рамис, а через час. Артем не пускал. Злился, даже угрожал. Не мне, а организаторам игр, но пока их вина не доказана, они имеют право принимать решения. Терять рекламные контракты и возвращать букмекерским конторам убытки они не собирались. Всячески отнекивались, что причастны к моему нападению. Это действительно мог быть обычный игрок, который проигрался в пух и прах и таким образом решил улучшить свое материальное положение. Игромания — хуже наркомании, эти люди одержимы, не контролируют свою зависимость и могут быть опасны. Чаще для своих родных, но не исключены и подобные случаи.
 
Если бы не Артем, неизвестно чем бы все это закончилось. Как хорошо, что он шел в это время в раздевалку, хотел лично удостовериться, что я не сильно пострадала. Я даже благодарна была Касьян, что получила по носу. Оказывается, череда случайных событий может спасти жизнь.
— Кира, зачем? — Артем навис надо мной. — Пусть засчитают технический нокаут, — с трудом сдерживая злость.
— Ты бы сдался? — я видела, как вспыхнул в его глазах протест, что он мужчина, но Сокол проглотил его.
Если бы ребята отказались участвовать дальше, я бы их поддержала, но они не могли, как и я, связанные контрактом, мы должны выполнять условия. Но прежде мне хотелось сломать планы махинаторов. Выиграть этот бой, чтобы кое-кто потерпел колоссальные убытки.
— Кира, мне все это не нравится, — притянув к себе, выдохнул прямо в губы. — Это последнее паскудное мероприятие, в котором ты участвуешь! — впился в мои губы, выплескивая чувство обреченности.
Я ответила с жаром, подставляя губы, углубляя поцелуй. Он наполнял меня силой, энергией, жизнью. По венам неслась кровь. Вцепившись в рубашку Артема, я подалась ближе, выгнулась, желая полнее ощутить тепло его тела…
— Кира, уже пора, — ворвался в раздевалку Женя. Я дернулась, но Сокол не выпустил меня из объятий.
— Ты какого хрена без стука врываешься? — прорычал Артем, а я буквально повисла на нем. Хватит сегодня одного забитого. Хорошо, что он пришел в себя, но в больнице мужик проведет не одну неделю.
— Я не знал… Ты бы сказал, что вы вместе… — бросив на меня осуждающий взгляд.
— Я перед тобой о своей личной жизни отчитываться должен?
— Артем, нужно идти, пока мне технический нокаут не засчитали, — решила отвлечь парней, пока не случилось еще одного инцидента. Первым отвел взгляд Женя, не глядя больше в нашу сторону, он вышел из раздевалки.
— Не бери в голову. Сейчас ты должна думать только о бое. Если ты пропустишь хоть один удар, я выкину на ринг полотенце.
— Только попробуй! — разозлившись. — Я выиграю этой бой!
— Верю. Но мне легче сдохнуть, чем наблюдать, как в твою ангельскую мордашку летят кулаки, — он сжал меня в своих объятиях с такой силой, что ребра затрещали. Прикоснувшись губами к виску, втянул громко воздух, только после этого отпустил. 
Как только я вышла в ринг, увидела судей, организаторов, которые сидели за их спинами, во мне вновь всколыхнулась злость. Я была уверена, что судейство будет честным, двое из трех судей — друзья Сокола. А они уже, наверное, догадались, что я для Сокола чуть больше, чем просто участница игр.
Одиннадцатый час ночи. В это время организм готовится ко сну. Тем более после такого тяжелого дня. Главное, чтобы колено не подвело, которое все это время болезненно ныло. Придется работать с двойной, а может, тройной нагрузкой, но фиг я сдамся.
Моя соперница, видать, тоже думала, как я, потому что жестко кинулась в бой. Стала прессинговать, наносить удары. Будто тренер ей подсказал, что у меня болит колено. Она старалась в него попасть, но тогда пропускала удары и после третей попытки свалить меня с ног отступила от первоначального плана, но расслабляться было рано, в любой момент соперница может нанести роковой удар.
Наверное, те, кто ставил на Тоню, и ей угрожали круговой расправой, если она проиграет бой. Она отчаянно бросалась на меня, злилась, когда удар уходил в «молоко». Теряла силы, а нужный результат выдать не получалось. Я, наоборот, сумела сконцентрироваться и успокоиться. Чувствовала поддержку за спиной. Мне нельзя пропускать удары, а то с Сокола станется выполнить угрозу….