Непобедимый 2 (СИ)

А он хорош. Опять угадал мои мысли, хотя я старался держать лицо непроницаемым.
— Проще говоря, твой Харя умеет залазить человеку в голову. Он полностью отождествляет себя со своим противником. Настолько хорошо копирует его жесты и поведение, что почти становится им самим. Есть такое направление в психологии, оно сейчас еще только развивается, но в скором будущем станет очень популярным. Ну как, в скором будущем, относительно в скором. Так вот, Харя проникает таким образом в мысли соперника, понимает его стратегию и тактику, возможно, предугадывает приемы и поведение. И за счет этого может даже управлять противником, когда полностью сливается с ним. Это сложно объяснить, но в гипнозе тоже есть такое направление. Это так называемая подстройка и ведение.
Ну что же, в этом есть определенный смысл. Я вспомнил, как пристально Харя смотрел на соперников и то, что иногда он повторял за ними движения.
Черт, а ведь действительно, он так и делал. Что, неужели Климов на раз-два сходу расщелкал метод Хари? Это и вправду так?
— Некоторые люди очень восприимчивы к такого рода подстройке, — продолжал вещать Климов. Против воли, как он не старался, но все равно сбивался на академический менторский тон. — Таких легко сломить и повести за собой. Некоторые из этих методик присутствуют в так называемом цыганском гипнозе. Другие люди менее восприимчивы, я бы отнес к таковым и тебя, но во время соревнований вы все находитесь в жесточайшем стрессовом состоянии. А это тоже благоприятная среда для внушения. Психическая защита человека волей-неволей все равно ослабевает во время стресса. Потому что мозг занят соревнованиями. Адреналин зашкаливает.
Ну, понятно. Он все объяснил со своей башни. Со стороны гипноза.
Хотя, может, в его словах есть смысл? Теперь у меня есть хоть какая-то гипотеза о том, что делает мой враг. Может, Харя и вправду внушает нам, его противникам, дурные мысли? Если это так, как этому противостоять?
Климов кивнул.
— Отлично. Теперь ты хочешь знать, как в таком случае с ним справиться? Это не так уж трудно. Во-первых, постараться сохранять хладнокровие. Не надо слишком погружаться в эту среду. В атмосферу соревнований.
Это верно. Раньше мне приходилось изучать психологию спорта. В прошлой жизни.
Одним из основных требований как раз и является умение абстрагироваться от ситуации. От соперника. От жуткого давления на соревнованиях. Надо уметь проявлять разумный пофигизм.
— Ага, вот-вот, ты уже где-то слышал об этом, — удовлетворенно кивнул Климов. Он продолжал читать меня, как открытую книгу. — Значит, понимаешь, о чем я здесь толкую. А во-вторых, надо помнить о его методе и стараться противостоять его внушению. Делать неожиданные приемы. С самого начала. Надо сбить его концентрацию. Чтобы он не мог залезть в твои мозги. Чтобы не мог понять тебя. Соображаешь, о чем я?
Хоть и не совсем понятно, но я примерно разобрался. Если Харя и вправду отождествляет себя с противником, надо не дать ему это сделать. Удивить и ошеломить.
Климов опять кивнул. Он встал, снова налил себе чаю. На столике стояли чайники, большой и маленький, блюдце с печеньками и конфетками.
— Ну вот, ты кое-что понял, — сказал он, наклонился и забрал у меня пустую чашку из-под кофе. — А теперь ты спрашиваешь себя, с чего это я вдруг решил тебе помочь.
Он остановился, помешал в чашке ложечкой, отпил чай и прошелся по комнате туда-сюда.
— Я не просто так трачу на тебя время, — сказал гипнотизер. — Если позволишь, я буду откровенен. С одной стороны, я всем известен, как артист эстрады. Выступаю с гипнотическими трюками. Забавляю публику и наслаждаюсь сам. Да, я люблю выступать. Но у меня есть еще одна задача. Я помогаю милиции выслеживать опасных преступников. Поскольку я не состою в штате милиции, у меня иногда бывают с ними разногласия. Приходится действовать одному. А преступники, знаешь ли, опасные ребята. Я специалист по мозгам, работать руками и ногами не умею. Поэтому мне требуется помощь таких людей, как ты. Не скажу, что это займет много времени. Тем более, что я обычно действую в Ленинграде. Сюда приезжаю редко. Но хотел бы знать, что у меня здесь есть человек, на которого я могу положиться.
 
Хм, теперь понятно. Забавный человек этот Климов. И хобби у него занятное. Я подал плечами.
— Вкусный у тебя кофе. А что касается твоего предложения, то я не против. Только есть два условия. Они не такие уж и трудные. Первое, помощь тебе не должна мешать моим соревнованиям. Моему спорту. Это у меня в приоритете, сам понимаешь. А второе, я хотел бы сначала проверить твою догадку. Если она поможет мне победить Харю, то я помогу тебе всегда, в любое время дня и ночи.
Климов допил чай.
— Отлично. Совершенно согласен. Более того, если моя догадка не подтвердится, я сам сведу тебя с моими знакомыми из института психиатрии, чтобы они тоже дали свои рекомендации. Ты же так и планировал сделать, не правда ли?
Ну что же, вполне справедливо. Он опять угадал мои мысли, потому что в этот момент я как раз и думал, как бы узнать у него адреса знакомых психологов.
Ничего, визитом я доволен. Познакомился с интересным человеком, получил кое-какую опору против Хари. Надо подумать об этим на досуге.
— Договорились, — я протянул руку.
Климов подошел и пожал ее. Теперь его глаза снова лучились добродушием, как у самого хорошего в мире человека. Но я-то знал, что это не так.
— Если нужна помощь с психологической подготовкой к соревнованиям, искоренению страха или боли, обращайся, помогу без проблем, — добавил он. — Если хочешь, я могу сделать из тебя настоящую боевую машину, без страха и сомнений, идущую напролом и сметающую противников, как шар в кегельбане. Ну как, заманчиво?
Конечно, соблазнительная перспектива, но я хотел бы в первую очередь сам достичь вершины. Без посторонней помощи. Но я, конечно же, кивнул и сказал, что это очень интересно.
Климов проводил меня до двери и я вышел в коридор. Ну вот, встреча и состоялась.
  
Глава 15
 
Тренер
 
Утром я впервые проснулся позже семи часов. Слишком уж вымотался накануне.
Открыл глаза, оказывается, я лежу на раскладушке в сторожке. Вверху древний закопченный потолок нашей избушки.
Металлические прутья поперек ложа раскладушки впивались в спину. Ох уж эти раскладушки. Лучше спать на полу, чем на них. Наверное, я так и сделаю в будущем. Тем более, что завтра дежурство у меня и я смогу спать на диванчике на законных основаниях.
Дядя Жора сидел у стола, смотрел в открытое окно и сосредоточенно курил. Меня он не видел, зато я мог созерцать его четкий профиль.
Старик о чем-то думал. Интересно, о чем думают в таком возрасте? Вспоминают прошедшую жизнь, взлеты и падения, сожалеют о несбывшемся? О том, что в той или иной ситуации надо было поступить по-другому. Сказать иные слова?
Да, мне кое-что известно по этой теме. Все-таки, я тоже уже не молодой. Теперь мне достался еще один шанс. Возможность сделать то, чего я не сделал в прошлой жизни. Посмотрим теперь, удастся ли это достичь.
— Вот черт, наверное, опять щи прокисли, — проворчал дядя Жора, разом перечеркнув мои возвышенные предположения. — Сказал же ей, убери с плиты.
Ну что же, иногда отведать вкусных щей это ничуть не менее важная задача, чем стать чемпионом страны по самбо. Особенно, если ты чертовски голоден.
Поэтому я понимал старика. Чтобы показать, что проснулся, я потянулся и заскрипел на раскладушке. Дядя Жора обернулся.
— А, проснулся. Ну что, оклемался? Как сходил к зазнобе? Как мартовский кот, понимаешь ли. Сытый теперь и довольный.
Это он преувеличивает, конечно же. Думает, что я ночью шлялся к девушке. Но какой там. Если бы только так.
Я же стоически ходил совсем по другим местам. К неким мозгоправам гипнотизерам.
О чем там вчера говорил этот шарлатан? Про какие-то подстройки и невероятные умения Хари? Вот дьявольщина, как я только мог поверить в эту чушь? Зря только время потерял драгоценное.