Юрисдикция Такаши Сайто (СИ)
- Когда я приходил в себя после травмы, у меня было слишком много свободного времени. Не знаю, как так вышло, но я добрался до русской литературы, и вот немного изучил язык. Не лучший период в моей жизни. Лучше ты расскажи, как ты нашла это заведение?
- О, это интересная история – мне таки удалось переключить ее внимание.
Не думаю, что мое невнятное объяснение удовлетворило девушку, но продолжать допрос она не стала, посчитав, что вызывает у меня травмирующие воспоминания о тех событиях. И я был ей за это благодарен.
После этого Хикари рассказала, что заведение принадлежит Тосиро Сакамото, а Катя его дочь, приемная дочь. По словам девушки, Тосиро какое-то время жил и работал во Владивостоке, где и познакомился с русской женщиной по имени Елена, у которой тогда была маленькая дочь – Катя. Тосиро и Елена стали жить как муж и жена, а девочку он удочерил. В последующем они и вовсе переехали жить в Японию, вступив в официальный брак. Открыли этот ресторан и жили тихой и спокойной жизнью.
Но идиллия не продлилась вечно. Кому-то не понравилось, что гайдзины смеют открывать заведения на японской земле. Длившийся долгие годы тихий конфликт в конечном итоге перерос в открытое противостояние, что стоило Елене жизни. Ее убийство расследовала тогда еще только начинающий детектив отдела убийств Хикари Ватанабе, справившаяся со своей работой блестяще. Виновные были в итоге наказаны. С тех пор Тосиро и Катя считали девушку практически членом семьи.
Я видел, как эти воспоминания задели некие тонкие струны в душе девушки и успокаивающе взял ее за руку, предложив все же выбрать блюда и поесть. Хикари, тайком смахнув слезу, углубилась в меню. Я же, пробежав его взглядом, даже не стал задумываться что взять. Хотелось всего и сразу, но понимал, что возможности моего желудка несколько ограниченны, поэтому я остановился на классике: Щи, гречка, котлета по-киевски, на десерт пирожное «картошка» с кокосовым кремом, ну и чай, с облепихой и медом.
Боже! Как же давно я не ел всего этого. Да в общем-то никогда и не ел, если вдуматься. Такаши Сайто даже не знал о таком явлении, как русская кухня.
Хикари остановилась на борще и пельменях. Прекрасный выбор. Одобряю!
Ожидая заказ, мы болтали о всякой ерунде. Я намеренно задвинул все мысли о работе подальше - сегодня был день только для нас двоих. В этот день я запретил себе думать о работе. Но она обо мне думать неперестала, как выяснилось в будущем.
Наконец-то принесли наш заказ, который был мною проглочен практически в одно мгновение. Я наслаждался вкусом знакомых блюд, которые местные повара (интересно, японцы ли они) приготовили просто божественно. Так, как и следовало их готовить, по моему сугубо личному мнению.
Объевшись, я осоловело наблюдал за тем, как Хикари доедает пельмени, макая их в сметану. Самое забавное, что девушка ела пельмени палочками для еды. Я же свои блюда уничтожил исключительно с помощью ложки и вилки. Черт возьми, еще один просчет в моей легенде и так белой нитками шитой версии знакомства с русской культурой.
Закончив с едой, мы тепло попрощались с семейством Сакамото, пригласивших заходить нас в любое время и направились к автомобилю Хикари. Тут меня что-то насторожило. Я уловил, направленные на нас эмоции. Нет, там не было ничего, что я мог бы считать признаком агрессии. Я бы сравнил это внимание с наблюдением. Ого, да нас, что называется, пасли.
Сосредоточившись на источнике направленного на нас внимания, я «совершенно случайно» уронил на землю свой смартфон. Боже, сколько падений он уже пережил. Наклоняясь за ним, я незаметно огляделся, однако, не смог заметить, откуда за нами наблюдали, уточнив только направление.
Я забрался в автомобиль, решив пока не тревожить Хикари своими подозрениями. Тем более, как только её Марк ловко нырнул в поток машин, ощущение чужого внимания растворилось. Возможно, моя паранойя начала играть в детектива, и я принял за слежку что-то совершенно безобидное. Хотя интуиция подсказывала обратное.
Хикари направила машину к парку аттракционов - классическому месту свиданий японских парочек. В «прошлой» жизни мне бы и в голову не пришло, что там можно приятно провести время. Сейчас же, прислушавшись к себе, я с удивлением понял, что меня даже воодушевляет мысль о том, чтобы прокатиться на парочке аттракционов или пострелять в тире. Наверное, остатки личности Такаши Сайто влияют на мое сознание.
Оказавшись в парке развлечений где-то в центре Токио, мы с головой окунулись в атмосферу беззаботного детства. Носились от аттракциона к аттракциону как подростки, объедались сладкой ватой, соревновались в меткости в тире. Я даже выиграл для Хикари какого-то нелепого плюшевого монстра, больше похожего на результат генетического эксперимента, чем на игрушку.
Время летело незаметно. Мы подшучивали друг над друга, смеялись над общими промахами, и впервые за долгое время я чувствовал себя по-настоящему счастливым. Тревожное ощущение слежки растворилось без следа, словно его и не было.
Стоя в очереди на очередной аттракцион, мы затеяли шуточный спор на тему нашей меткости.
- И все же я лучше стреляю! – заявила Хикари. В целом это была правда, девушка уверено попадала в десятку там, где я не мог даже попасть в мишень, но сдаваться я не собирался.
- А толку, нам даже пистолеты не выдают, - я махнул рукой, - Зато, ты вряд ли сможешь победить меня в рукопашною!
- Да тебя даже девчонка побьет! – со смехом возразила девушка.
Я же, изображая уличного грабителя, резко приблизился к ней и схватился за выигранную для нее игрушки, резко дернув ее на себя, схватив ее за руку, дернул к себе, наверное излишне резко. Мне просто хотелось над ней подшутить.
В эту же секунду я почувствовал злость, но она исходила не от Хикари, а от кого-то за моей спиной. Похоже за нами все-таки велась слежка! А сейчас происходило нападение. Задвинув девушку за спину, резко развернулся, заметив, как какой-то мужик в темной куртке наносит удар мне прямо в лицо. Увернувшись, я сделал хук правой, ударив мужика прямо в лицо от чего тот резко отступил от меня. Я приготовился отражать нападение врагов, однако, рядом не было никого, кто мог бы на меня напасть,
Именно в этот момент, я почувствовал удар правую голень и боль затопила мое сознание.
- А ну не трогай папу и тетю Хикари! – на меня закричала какая-то девочка лет десяти.
Я же, держась за ногу, ничего не мог понять. Какой, к чертовой бабушке, папа и тетя Хикари!
- Кенджи, придурок! – голос Ватанабе, - Ты что творишь?
Она что знает кто за нами следил? Я вообще ничего не понимаю.
Неожиданно между мной, разъяренным мужиком и маленькой фурией, наградившей меня пинком по голени, возникла Хикари. Очередь к аттракциону замерла, наблюдая за нашим представлением как за уличным театром. Я-то готовился к появлению наемных убийц, а тут развернулась самая настоящая семейная драма. Оказывается, в парке развлечений мы были не одни - здесь же гулял старший брат Хикари, Кенджи Ватанабе, со своим семейством. Его жена Мидори пыталась успокоить четырехлетнего Харуто, который пытался броситься на помощь сестре и тете, а их старшая дочь Аяка, уже готовилась нанести мне новый удар. Увидев, как какой-то подозрительный тип (то есть я) пытается что-то выхватить у их обожаемой тети Хикари, семейство Ватанабе ринулось на защиту родственницы. Ситуация была бы комичной, если бы не пульсирующая боль в ноге. У малышки Аяки определенно было большое будущее в боевых искусствах.
Когда недоразумение разрешилось, наша компания увеличилась вчетверо. День пролетел как один миг, и к вечеру мы всей толпой завалились в какой-то семейный ресторан. С явным облегчением сплавив вымотавших нас детей в игровую комнату, взрослые наконец смогли расслабиться.
Мы с Кенджи практически сразу нашли общий язык. Он, как и Хикари, работал в полиции, но не в простом подразделении, а в управлении внутренних расследований главного управления полиции Токио. Если по-русски, Кенджи работал в управлении собственной безопасности. Как рассказала мне сегодня Хикари, традицией ее семьи была работа в полиции.