Большой. Зеленый... Новый год (СИ)

Блуждали между фургончиков они недолго. Клоун привел их к одному из самых больших, на его стенах были нарисованы короткие клинки и крупные красные цветы.
Работник цирка коротко постучался:
— Альбин, Альбина, ты там?
Агата с Макаровым переглянулись. Разве их не сразу к Нику должны были привести?
Дверь фургончика распахнулась, на пороге показалась миниатюрная белокурая девушка в легком халатике. Кожа была очень светлой будто пергаментной, а раскосые глаза имели странный фиолетовый оттенок. Из ее рта тут же вырвалось облачко пара.
Клоун указал ей на гостей:
— К хозяину просятся. Вести, нет?
Девушка скользнула по ним взглядом и улыбнулась, на ее лице отразилось узнавание, хотя Агата была готова поклясться, что никогда ту раньше не видела. Орчанка ожидала расспросов: кто такие, зачем пожаловали? Но их не последовало.
Вместо этого блондинка наклонилась к клоуну:
— Ты там хотел выходной попросить? Отведешь их, и будет самое удачное для этого время. Не тяни только, — доверительно сообщила она и, развернувшись, закрыла за собой дверь.
Клоун переменился в лице и повернулся к Агате и Илье уже как к самым дорогим гостям.
— По утрам хозяин обычно у вольеров, так что пойдемте скорее, — он вприпрыжку помчался показывать дорогу, огибая сугробы и трейлеры.
На этот раз они остановились у большого серого шатра с открытыми проходом. Несмотря на зиму и минусовую температуру, оттуда веяло теплом. Должно быть, какая-то магия.
Клоун сделал знак подождать и забежал внутрь:
— Хозяин, доброе утро, — услышала Агата обращение. — Прошу прощения за беспокойство, но тут вас двое спрашивают: мужчина и женщина. У входа ждут. Альбина сказала, можно к вам отвести.
— Альбина сказала? А своя голова на что? — голос Альбеску было не спутать ни с кем. — Если не нужна, так только скажи, я мигом оторву за ненадобностью.
Шорох и короткий чавкающих звук, Агате представилось, что вампир действительно оторвал своему слуге голову, но тот почти сразу появился в проеме:
— Проходите, пожалуйста.
Агата с Ильей вошли в шатер. Тут действительно было тепло. Градусов двадцать, не меньше. Со всех сторон стояли большие, больше человеческого роста клетки и загоны. Некоторые пустые. В некоторых сидели животные, Агата увидела нескольких свиней, лошадей в стойле, какую-то тварь, напоминавшую льва, только имевшего крылья и чешуйчатый хвост, и вместе со всем этим зверьем в клетках были так же и люди. По крайней мере, те двое, которых заметила женщина, выглядели именно как люди.
— Так это вы, госпожа уже-не-Адрон, ко мне в гости пожаловали? — Нику выскочил перед ними как черт из табакерки. На его губах расцвела улыбка. — Я же вам говорил, что моя провидица никогда не ошибается. А вы мне не верили. Хи-хи. — Он перевел взгляд на Макарова и округлил глаза. — Ох, быть может, я ошибаюсь? Вы пришли с внеочередной арбитрской проверкой?
— Не спорю, проверки по этому месту так и плачут, но мы здесь не за этим, — взял на себя инициативу Илья, и Агата была очень ему за это благодарна. Место было жутким.
— Так потому и плачут, потому что им меня не достать. На своей территории, со своими… друзьями хи-хи, я делаю что хочу. — Нику обвел загоны, стойла и клетки руками.
— Хозяин… — клоун, оставшийся позади них, подал внезапно голос.
— Ты еще здесь? — раздраженно перевел на него взгляд Нику.
— Я у вас на пятницу отпрашивался, в город выйти. Можно ведь? — на его лице безумная надежда мешалась с готовностью бухнуться на колени в любой момент.
— Хорошо-хорошо, только сгинь поскорее, — шикнул на него Альбеску.
Дважды повторять было не нужно. Клоун, не веря своему счастью, пулей вылетел из шатра.
— Агата сказала, ты предложил ей увидеться с бывшим мужем, — продолжил Макаров.
— Предложил. — Нику делано засмущался и начал крутить носком сапога в песчаном полу. — А что мне за это будет?
— Ты сказал, это бесплатно и безвозмездно! — не выдержав, возмутилась Агата.
Нику погрозил ей пальцем.
— Всё-то ты помнишь. — Он хмыкнул. — Ну, пойдем, покажу вам своего любимого питомца. Он такой занятный, право слово.
 
Нику двинулся в глубь шатра, обошел несколько клеток, завернул за угол.
— Тадам! — пропел он и выставил обе руки вперед. — Можешь передать малышке Рихард, всё так, как я ей и обещал. Надел ошейник, посадил на цепь. — Он пихнул Илью плечом в бок.
Клетка была довольно большой, по сравнению с остальными, она была единственной в которой стоял стол со стулом. Вот только предназначены они были явно не для узника. Потому что тот сидел в каких-то лохмотьях в железном ошейнике, на котором была закреплена тонкая длинная цепь.
Увидев знакомое осунувшееся лицо, болезненные круги под глазами, потухший взгляд, Агата в первый момент опешила. Сердце невольно сжалась. Несмотря на то, что вся семья уверилась, что настоящий Серп давно умер, она оставляла еще сотую долю шанса, что все это какая-то большая ошибка. Вглядывалась в знакомые черты, пытаясь отыскать за ними правду.
— Азурчик, солнышко мое ненаглядное, к тебе гости. — Албеску хлопнул в ладоши. Громкий звук привел бывшего мужа в сознание, тот вскинул голову.
— Агата, Агата, это ты? — неверяще зашептал он, пытаясь подползти поближе к прутьям, но закашлялся — цепь была короткая. — Агата, ты пришла…
— Азур? — Агата резко обернулась к Альбеску, пытаясь понять, не послышалось ли ей. Она ведь только вчера была в поместье и рассматривала портреты орков, предков рода Адрон. Азур — это имя основателя рода.
— Так это правда? — спросил Макаров. — Перед нами не Серп?
— Что правда? — озадаченно похлопал глазами Нику. — Мой домашний любимец, как хочу так и называю. — Он вдруг перешел на шепот. — А хотите, покажу, каким я его трюкам выучил. Он и за палочкой бегает, и через кольцо прыгает. Даже тапочки носит. Такая прелесть, — вампир заливисто рассмеялся.
— Агата, пожалуйста… — было непонятно, о чем просит Серп. То есть не Серп, а Чужак, может быть, даже действительно основатель рода — Азур.
Это сколько же столетий тогда он проворачивал свою страшную схему?
Даже думать не хочется.
Так или иначе, мужчина выглядел жалким, сломленным. Агата впервые в жизни видела бывшего мужа настолько слабым и даже не догадывалась, что он — тиран и деспот, поставивший жизнь семьи под свою пяту, может быть таким. Не страшным, а тем, к кому можно испытывать только брезгливость.
Нику присел перед клеткой, его лицо оказалось как раз на уровне пленника.
— О чем ты просишь, дружище? — он скорчил преувеличено озадаченное лицо. Затем весело воскликнул. — Точно! У нас же время принимать витаминки. Хи-хи-хи.
Он рывком открыл клетку, она оказалась даже не заперта, и узник буквально отшатнулся, заскулил и забился обратно в угол.
— Ох, как ты ведешь себя при гостях? — обманчиво мягким тоном начал Нику, — еще подумают, что я плохо с тобой обращаюсь.
Он засмеялся.
Пленник закаменел всем телом и больше не двигался. Будто понял, что так разозлит вампира сильнее, и не смел ему перечить.
Нику выудил из кармана флакончик и швырнул его в руки Адрону.
— Пей, — сказав это развернулся и вышел.
— Что ты ему дал? — спросил Илья, внимательно наблюдая за тем, как Адрон с ужасом смотрит на флакон, но всё же откупоривает его и ходящими ходуном руками подносит ко рту, а затем залпом опрокидывает в себя.
— Я же сказал, витаминки. Редкие и весьма полезные травки, — снова посмеялся Нику, но быстро стал серьезным. — Госпожа уже-не-Адрон с ними вот не понаслышке знакома.
— Что ты имеешь ввиду? — прищурилась Агата.
— Ну как же, помните тот ритуал, о котором я вам рассказал? Сопереживание? — Вампир выглядел очень собой довольным. — Дело в том, что счет к моему старому доброму другу у меня накопился очень и очень давно, но, к сожалению, братья не позволяли мне снять с него кожу заживо. Они вообще были на редкость благосклонны к этому мерзавцу. Тогда я задумался о том, что снятие заживо кожи — это не панацея. — Он поцокал. — В конце концов — что такое физические страдания? Если посчитать суммарно время, которое провел под пытками я, то можно насчитать десятки лет. Разве похоже, что на мне это хоть как-то сказалось? — Он смотрел на них таким безумным взглядом, что было сразу понятно — сказалось, даже очень, вот только говорить об этом древнему вампиру точно не стоит. Не дождавшись ответа, Нику махнул на них рукой. — В общем, чтобы заставить его страдать не только физически, но и морально, нужно, чтобы эта тварь, не заслуживающая даже тварью называться, хоть что-то внутри да испытывала. А тут ты, моя дорогая госпожа уже-не-Адрон, так удачно подвернулась. Теперь пою его время от времени, нужными травками, чтобы твои чувства горели в нем ярче, страдалось ему всласть, да и в целом был посговорчивее. Можно бы гипнозом, но это так скучно.