Обещать (не) значит жениться (СИ)

— А перевод будет? — громко спросили.
— Она ему спасибо сказала и еще что-то… — услышала я, когда уходила из аудитории.
Хотелось плакать и пить одновременно. Где справедливость?! Надеюсь, после нас с Кирой оставшаяся защита курсовых будет ему чистилищем с лентяями!
— Gute Zeit, Herr Schmidt![3]— сказала в закрытую дверь
Решила попить и успокоиться, написала Кире, что буду в кафе.
Она меня там и нашла в компании бутылочки воды без газа из талых вод Кавказа.
— Вот ты где! Что это было на защите? — спросила она.
— Ты о чем?
— Я про ваш немецкий рэп-батл.
— А это. Он меня назвал всезнайкой, представляешь?
— А еще я лучше всех расслышала, так как сидела к вам близко. За что он так с тобой? Как ты ушла, группа стала перебирать столько версий… до самых неприличных. Пока он не сказал, что каждый получит по вопросу из лекции.
Мне бы кто объяснил, за что?
— Ты защитилась?
— Отлично. Не напугать меня дополнительным вопросом.
— Счастливая, автомат в кармане, — грустно улыбнулась я.
— Только придется прийти за автоматом, в день зачета. А там, кто знает, что придумает в этот день Эдуард Альбертович. Мне кажется, он самоутверждается за наш счет. Сам вчерашний выпускник, он ненамного старше нас, тридцать плюс. Не переживай, сейчас он окажется в аду с малограмотными будущими адвокатами, оценит глубину декольте, высоту юбки и нескладный русский речитатив.
— Не знаю. Видеть его не хочу!
— А придется еще два раза как минимум.
— Ага. Сдам все и забуду!
— Конечно, все сдашь и работу на высший бал. Не ему, так заведующему кафедрой. Но вы так смотрите друг на друга иногда, особенно сегодня.
— У меня ассоциация только с ледяной глыбой.
— Не знаю даже. Он часто останавливал на тебе взгляд, когда была первая лекция. Где ты успела перейти ему дорогу?
— Где я, и где он. По одежке встретил, наверно, — ответила и сделала глоток воды.
Стыдно признаться подруге, что причинила легкие телесные повреждения преподавателю в первый день знакомства. Может, и не в этом причина вовсе?
— Пошли на следующую пару, сдадим еще один зачет автоматом и поднимем тебе настроение, — сказала Кира.
— Это запросто!
— Право интеллектуальной собственности, мы идем за тобой, — сказала она.
Я только рассмеялась, а Кира поддержала, она всегда могла поднять мне настроение, словно чувствовала и знала, что надо сказать.
День оказался прожит не зря, и мы получили зачет автоматом.
[1] Всезнайка, только очков не хватает! Я преподаватель, а ты студентка. — нем.
[2] Большое спасибо! Я прекрасно вижу, гер Шмидт! — нем.
[3] Хорошо провести время, гер Шмидт! — нем.
  
Глава 5
 
Эльза
Свободными от смены вечерами я включала ноутбук и ждала заветного звонка от бабушки по скайпу. Она звонила от подруги, внук которой подарил ей ноутбук, все настроил и написал в тетради алгоритм, что куда нажимать. Ева Альбертовна видела его раз в год, а я была счастлива увидеть бабушку хотя бы два раза в месяц на экране.
В этот вечер, накануне зачета по уголовному процессу, я услышала входящий от Евы Альбертовны и сразу ответила. Хорошая практика немецкого языка, скажу я вам, мастер-класс от бабули.
— Здравствуй, мой одуванчик! Что-то ты похудела, — заговорила она, всматриваясь в экран.
— И тебе не болеть. У меня сессия и… работа, — постаралась я улыбнуться.
— Беречь себя надо. Здоровье на детей оставить.
— Хорошо, бабушка.
— Скоро к моей подруге внук приедет, хочу передать с ним тебе подарки. Он, кстати, неженат.
— Не стоит, бабушка. Я уже не маленькая, могу себе купить все необходимое.
— А я передам все равно. У меня в твои годы сын в школу собирался, а ты все ждешь кого-то.
— Я тебя поняла и даже не обиделась. Я работаю и учусь, времени нет. Закончу, подумаю над продолжением рода.
Бабушке мой ответ не очень понравился, и она закатила глаза.
 
— Одуванчик, ты помнишь Эди?
— Конечно, помню. Он пал смертью храбрых в руках моих сестер-варваров, его порвали на запчасти. А после ремонта смотрелся жутковато, отдала сестрам на растерзание. Хороший был медвежонок.
— А ты помнишь, кто его подарил?
— Ты или папа.
— Нет, мой одуванчик, его подарил тебе Эди. Назвал своей невестой и попросил у твоего отца разрешенияжениться на тебе, когда вырастишь. А ты назвала медведя его именем. Помнишь?
— На память не жалуюсь, но не помню. А сколько мне было лет?
— Года три-четыре.
— Бабуль, кто так долго помнит?
— Мы с фрау Штерн помним.
— Записали, что ли, где-то, чтобы не забыть?
— Лучше, одуванчик. Есть фотография, где вы обнимаетесь в тот день.
— Не помню такую.
— Я фотографии забрала, твоя мама порвала и сожгла большую часть.
— Понятно.
— Так вот с Эди передам тебе гостинцы, он живет в одном городе с тобой.
— Спасибо, бабушка, но, может, не стоит напрягать внука фрау Штерн?
— Стоит, она сама предложила. Мой одуванчик, я буду очень счастлива обнять тебя в этой жизни, а еще больше, если увижу правнуков. Но, боюсь, мы с фрау Штерн не доживем до правнуков
— Доживешь, бабушка. Мы обязательно встретимся. Я тебе обещаю.
— Береги себя, мой одуванчик.
— Хорошо, а ты себя.
Я выключила ноутбук и принялась штудировать материал к зачету. Надо спросить на кафедре, когда можно будет пересдать работу на высший бал. Когда уже рябило в глазах, отложила конспекты и легла спать.
На зачет, как на войну, черная водолазка и джинсы, волосы в высокий хвост. Прошли в аудиторию за преподавателем, подождали, пока он разложит свои принадлежности на выверенном расстоянии. Кира первая подошла к его столу с зачеткой, он быстро написал и вернул ей.
— Жду тебя в коридоре, — сказала мне тихо подруга.
— Хорошо, — прошептала я одними губами.
— Фролейн Гельм, прошу. Вижу, как вы желаете ответить первой. Не буду вас задерживать, — сказал преподаватель.
Я присела напротив преподавателя, положила зачетную книжку и совершенно неожиданно услышала от него:
— Ich entschuldige mich, Fraulein Helm, Sie hatten Recht[1], — сказал он тихо, глядя в мои глаза.
— Worin?[2]
— Bewertung Bewertung Zwietracht[3].
— Ich akzeptiere Ihre Entschuldigung, Herr Schmidt[4].
Я посмотрела ему в глаза и не обнаружила там того холода, который пронизывал до этого. Только синюю гладь воды. Он спокоен?! Или это напускное спокойствие, перед тем как отправить меня на пересдачу?
— А перевод будет в этот раз? — спросили с галерки.
— Зачет на иностранном языке?! По-русски бы ответить… — сказали слева.
— Дополнительный вопрос для утопающего обязательно будет, — ответил Эдуард Альбертович, глядя поверх моей головы.
Протяжный коллективный вздох замученных студентов был ему ответом
Он взял мою зачетную книжку, зачеркнулоценку «хорошо», поставил «отлично, исправленному верить» и роспись. Затем ниже написал название дисциплины, «зачет» и расписался. Я не поверила своим глазам, мне это снилось.
— Sie haben mir keine Frage gestellt[5], — сказала я.
— Ich sehe, Sie sind bereit zu Antworten. Wir sehen uns bei der Prüfung, Fraulein Helm[6].
— Wir sehen uns, Herr Schmidt[7].
Я забрала зачетку и вышла, как сомнамбула, из аудитории. Что это сейчас было? Справедливость? У меня настала белая полоса? Попробовать купить лотерейный билет? Вдруг повезет?
Вышла за дверь, ко мне подскочила Кира.
— Ты быстро. Не зверствовал? — спросила обеспокоенно подруга.
— Нет. Он извинился, Кира.
— Даже так.
Я открыла зачетную книжку и посмотрела, чтобы удостовериться в реальности, протянула подруге. Нет, не показалось.
— Он тебе исправил оценку по курсовой работе. Значит, автоматом зачет?